Статья опубликована в № 3989 от 25.12.2015 под заголовком: От эмбарго ни вреда, ни помощи

Российским фермерам эмбарго не повредило и не помогло

Те, кто решился на инвестиции, сделали это в основном по иным мотивам

  • Мария Кунле

Эмбарго, закрывшее российский рынок для овощей, мяса, молочной и рыбной продукции из Евросоюза, США, Канады и Австралии, «оказалось весьма выгодно нашему АПК», заявлял российский премьер Дмитрий Медведев: российский рынок «практически не заметил» ухода с рынка импортных продуктов.

Но вот данные Счетной палаты, анализировавшей меры господдержки агросектора за январь – октябрь 2015 г.: российские производители заместили от 70% (мясо) до 15% (молоко) запрещенного импорта. И, вопреки призыву Медведева не допустить дефицита и подорожания, индекс розничных цен на продукты питания в январе – ноябре 2015 г. вырос, по данным Росстата, на 21,4% год к году. А индекс их производства – всего на 1,9%.

Производство говядины выросло за это время на 9,5%, мороженой рыбы – на 9,1%, коньяка – на 11%, сыра и сырных продуктов – на 19,7%, картошки вырастили на 6,9% больше, овощей – на 3,9%. А вот поставки отечественной свежей рыбы провалились на 10,8%, гречки – на 13%, овощных консервов – на 8,4%.

Символом дефицита качественных товаров на полках магазинов стали «сырные продукты» на растительных жирах: Россельхознадзор утверждает, что это 78% всего сыра на российских прилавках. Производители с этой цифрой спорят, но проблему признают: Национальный союз производителей молока оценил уровень фальсификата молочной продукции в 10–12%, а сыра – до 25%.

Часть российских производителей инвестируют в новые технологии производства. Но далеко не всегда это результат эмбарго.

Белебеевский молочный комбинат еще за три года до санкций инвестировал более 1 млрд руб. в разработку линейки сыров «Бельстер» (близких к пармезановой группе) и «Бельфор» (технология эмментальских сыров). К августу 2014 г. были готовы продукты, рассказывает начальник отдела маркетинга комбината Наталья Бердникова, а в январе 2015 г. – и упаковка. Если бы не эмбарго, новинки не были бы так востребованы, признает она: на фоне общего 20%-ного падения спроса на сыр «Белебеевский» ежегодно наращивает продажи на 18–20% в натуральном весе.

Похожая история с «Дамате» Наума Бабаева, которая еще летом 2013 г. приобрела молокозавод в Пензенской области. Это был проблемный актив, несколько лет он простаивал, вспоминает областной чиновник. К весне 2014 г. «Дамате» отремонтировала завод, обзавелась стабильным поставщиком – Русской молочной компанией (совместное предприятие Бабаева и сингапурской Olam) и летом стала выпускать по 600 т сыра в месяц. С введением эмбарго «Дамате» расширила производство до 1000 т в месяц, а с 2015 г. ввела в ассортимент бренд «Молодой пармезан». Пока, по словам представителя «Дамате», завод выпускает его не более чем по 5 т в месяц – это 1% всего его сырного производства. А вот суммарные продажи комбината за девять месяцев 2015 г. выросли на треть к тому же периоду 2014 г. – до 2,1 млрд руб. (данные «СПАРК-Интерфакса»).

Семейное предприятие «Николаев и сыновья» в 2014 г. выпускало 1 т сыра в месяц, а в начале 2016 г. доведет производство уже до 10 т, рассказывает его управляющий партнер Михаил Николаев. Сейчас 80% производства завода – камамбер, который выпускался еще задолго до эмбарго, но наличие мощностей позволило быстро среагировать на ситуацию, говорит он. В 2015 г. предприятие инвестировало 20 млн руб. в рост производства и покупку овечьего стада. На I квартал 2016 г. запланирован запуск производства сыра скаморца на заводе-партнере, у которого есть подходящие технологии.

Крупнейший в России производитель салатов – «Белая дача» в условиях эмбарго в 3,5 раза – до 7 га – расширяет первую очередь теплиц, которые строит в Кисловодске. Агрохолдинг намерен выращивать там салат и помидоры.

Помимо эмбарго есть и непрямые запреты на импорт: например, с июля 2015 г. Россельхознадзор не выдает фитосанитарные сертификаты на голландские розы. Этим воспользовался Мокшанский тепличный комбинат. В начале 2014 г. он выращивал розы на 24 га, а затем расширил теплицы до 32 га, говорит заместитель гендиректора комбината Ольга Комарова. В 2016–2017 гг. компания выделит под цветы еще 38 га и начнет выращивать гвоздики – их ввоз из Турции запрещен с 1 января 2016 г. Заодно она займется огурцами, помидорами и зеленью, под которые отведет еще 50 га. Штат комбината удвоится – до 1200 человек.

Крупные ритейлеры, по словам их представителей, стали больше внимания уделять отечественному производителю: например, Х5 Retail Group (сети «Пятерочка», «Карусель», «Перекресток») с начала 2015 г. заключила договоры почти с 800 новыми поставщиками; совокупная доля российских товаров превышает 90%, а по ряду категорий достигла 100% – это в два-три раза больше, чем в 2014 г. «Дикси» расширила список поставщиков овощей и фруктов из Московской, Тульской, Свердловской областей и с юга, стало больше молочных продуктов из России и Белоруссии (90% ассортимента).

С одной стороны, эмбарго, высокая инфляция и усилия Минпромторга по организации продуктовых ярмарок сделали труд фермера и даже работу на приусадебном участке более благодарными, рассуждает гендиректор «Infoline-аналитики» Михаил Бурмистров. С другой – в выигрыше в основном те фермеры, которые сделали ставку на овощи и фрукты с длительным сроком хранения: яблоки, картошку, кабачки и т. д. В целом спрос на овощи и тем более на фрукты упал «где-то на 30%», оценивает Анна, торгующая на ярмарке выходного дня, хотя «люди теперь всегда спрашивают, откуда везем, и покупают российское». Выручка продавцов на ярмарках после эмбарго выросла, но рентабельность производителей снизилась на 15–20%, сетует продавец, торгующий молочными продуктами от производителя из Подмосковья.