«Мы сможем поддержать всех российских станкостроителей»

Вслед за кредитованием Фонд развития промышленности совместно с ЦБ запускает программу льготного лизинга, рассказывает Алексей Комиссаров

Фонд развития промышленности (ФРП) при Минпромторге совместно с ЦБ запускает новую программу – по поддержке лизинга. «Мы предварительно договорились с Центральным банком, что он будет финансировать через уполномоченные банки на льготных условиях лизинговые компании, а ФРП будет давать займы лизингополучателям на авансовый платеж», – поясняет директор Фонда развития промышленности Алексей Комиссаров.

ФРП был основан в конце 2014 г. по инициативе Министерства промышленности и торговли. За год фонд одобрил займы на 21,4 млрд руб. Эти средства на условиях софинансирования под 5% годовых пошли на реализацию 63 проектов общей стоимостью более 167,9 млрд руб.

Кому и по какому принципу фонд одобряет проекты, как снижает риски невозврата кредитов и почему возник лизинговый проект, Комиссаров рассказывает «Ведомостям».

Алексей Комиссаров
Директор Фонда развития промышленности
  • Родился в 1969 г. в Москве. В 1994 г. окончил Московский автомобильно-дорожный институт по специальности «инженер по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей»
  • 1993
    Начал собственный бизнес, включая строительство Тверского лакокрасочного завода (сейчас его доля передана партнеру в доверительное управление)
  • 2003
    Получил степень МВА Kingston University (Великобритания)
  • 2011
    Министр правительства Москвы, руководитель департамента науки, промышленной политики и предпринимательства
  • 2015
    Директор Фонда развития промышленности при Минпромторге

– Почему у фонда возник интерес к лизингу?

– У нас лизинг промышленного оборудования очень слабо развит. Причины этого очевидны. Производственное оборудование зачастую является уникальным, а значит, оно низколиквидно. Поэтому для лизинговых компаний эта история крайне рискованная, и для того, чтобы компенсировать эти риски, устанавливаются высокие проценты и высокая планка по первоначальному авансовому платежу. То есть если вы покупаете автомобиль в лизинг, вы можете заплатить условно 10-20% авансом и потом выплачивать остальную стоимость с относительно небольшим процентом. В случае просрочек платежей и нарушений условий договора лизинговая компания может этот автомобиль взять и легко реализовать. Понятно, что стоимость будет ниже, но тем не менее вероятность возврата вложенных средств высока. Автомобиль относительно ликвидный. А специализированное оборудование – кому его потом продашь? И из-за этого лизинг промышленного оборудования развивается тяжело, предприятия говорят, при большом авансовом платеже – до 50% – это уже и не совсем лизинг получается. А лизинговым компаниям привлечь недорогие деньги для таких программ невозможно, соответственно, конечная ставка получается крайне высокой.

Мы с ЦБ предварительно договорились, что будет работать следующая схема. Заемщик обращается в лизинговую компанию из списка, одобренного ЦБ и экспертным советом ФРП, эта лизинговая компания передает проект нам. Дальше наш экспертный совет его рассматривает и принимает решение о финансировании до 50% от суммы авансового платежа под 5% годовых. А Центральный банк через уполномоченные банки предоставляет фондирование лизинговым компаниям. На сегодняшний день обсуждается ставка в 9%. Конечная ставка для лизингополучателя должна будет составлять около 14%.

– Эта программа только для тех, кто уже получил средства от ФРП?

– Нет, это открытая программа для любого российского промышленного предприятия. Но только на промышленное оборудование, станки. Естественно, мы не будем давать деньги на покупку самолетов, автомобилей.

«Пилотный проект с возможностью продолжения»

– Когда заработает эта программа?

– До конца года.

– Какие банки примут участие в программе?

– Мы предварительно договорились с целым рядом банков об участии в программе. Среди них Сбербанк, ВТБ, Россельхозбанк, Промсвязьбанк, Газпромбанк, Банк Москвы, "Открытие", Внешэкономбанк . Официальный список будет утвержден ЦБ и Экспертным советом ФРП.

– Вы претендуете на участие в докапитализации банков из средств ФНБ?

– Никакой связи нет. Это просто фондирование со стороны ЦБ под конкретную программу. Пока обсуждается 10 млрд руб. со стороны ЦБ и примерно 1,5-2 млрд руб. со стороны фонда. Точнее не могу сказать, это зависит от объема авансового платежа – он разный, в зависимости от проекта и отрасли.

– ЦБ отдаст эти деньги на поддержку лизинга и обратно их не получит?

– Получит. Это возвратные деньги. Это заемное финансирование, фондирование для банков, которое ЦБ потом получает обратно.

– В таком случае Центробанк дает банку кредит под низкий процент и за счет того, что этот процент низкий, банк может эти деньги...

– Да, дать их лизинговой компании. А ЦБ получает дополнительную гарантию того, что деньги пойдут не на какие-то непонятные истории, а будут направлены на поддержку проектов, целесообразность которых подтверждена экспертизой ФРП.

– А сейчас стандартная лизинговая ставка, если просто прийти в банк, какова?

– На промышленное оборудование – в районе 20% и выше.

– По лизинговой программе можно будет купить иностранное оборудование?

– Фокус будет однозначно на российском оборудовании. Таким образом, мы сможем поддержать не только лизингополучателей, но и косвенно всех российских станкостроителей. Если российских аналогов нет, то для нас важнее, чтобы заработал промышленный проект, чем говорить, что иностранное оборудование нам не нужно.

– А какие лизинговые компании у нас занимаются лизингом такого рода?

– Мы хотим прежде всего работать с теми компаниями, у которых уже есть опыт работы именно с промышленным оборудованием. Сейчас есть предварительные договоренности с рядом компаний, среди которых "ВЭБ-лизинг", "Газтехлизинг", Тюменская лизинговая компания, Транслизинговая компания, "ВТБ-лизинг", Лизинговая компания "Дельта", "Сбербанк-лизинг", "Газпромлизинг". Как и в случае с банками, мы объявим отбор и в течение нескольких недель будем принимать заявки от лизинговых компаний. Какие из них будут уполномочены для участия в программе, решит экспертный совет, исходя из нескольких критериев: величина капитала (не менее 500 млн руб.), отсутствие просроченных платежей по обслуживанию кредитного портфеля на срок более 90 календарных дней в течение предыдущего и текущего годов, отсутствие убытков, влекущих снижение стоимости чистых активов более чем на 15%, и другие.

– Кто потенциальные получатели?

– Любое российское предприятие.

– А кто стал инициатором программы? Говорят, что у лизинговых компаний сейчас есть вопросы по привлечению фондирования. Какие условия вы им предоставите?

– О трудностях с приобретением оборудования в лизинг говорили и промышленные предприятия, и лизинговые компании, и сами производители оборудования. Хотя все заинтересованы в развитии этого инструмента. Отдельное спасибо ЦБ, который выступил одним из инициаторов программы и активно участвует в ее реализации. Задача ФРП была вместе с участниками рынка «упаковать» новую программу. Мы провели серию встреч с ЦБ, лизинговыми компаниями, предприятиями, банками. И идея специального займа на авансовый платеж в первую очередь очень понравилась лизинговым компаниям . Потому что они говорят: у нас основной процент отказа или несостоявшихся сделок из-за того, что предприятие не может себе позволить сразу заплатить половину стоимости оборудования.

Сумма займов планируется от 5 млн руб. до 250 млн руб. в абсолютных цифрах, что должно составить от 10 до 50% от суммы авансового платежа на покупку оборудования.

– С одним лизингополучателем можно на разные виды оборудования несколько сделок заключать?

– Если одна и та же компания придет еще с каким-нибудь другим проектом, она вполне может получить поддержку дополнительно.

– А цифры, которые вы назвали по объему финансирования, рассчитаны на какой период?

– Это пилотный проект. Поэтому условно на год. Дальнейшее финансирование будет зависеть от его результатов. Понятно, что если мы за год из этих 10 млрд руб. найдем применение для одного, то ЦБ скажет: ребята, что-то с этой программой не так, либо ее надо прекращать, либо корректировать. Если наоборот – за три месяца будут успешные проекты, пойдут возвраты и будет все хорошо, то, наверное, можно будет обсуждать увеличение суммы, она не привязана к годам, к каким-то срокам.

«С нами такие истории не пройдут»

– Сечас клиенты ФРП могут получить только займы от фонда или имеют право пользоваться какими-то иными инструментами господдержки?

– В ФРП есть два основных направления деятельности. Первое – предоставление льготных займов на развитие промышленных проектов. Целевые займы по ставке 5% годовых сроком до семи лет в объеме от 50 млн руб. до 700 млн руб. на условиях софинансирования. Второе направление – консультирование по основным программам поддержки, которые предлагает Минпромторг: субсидирование процентной ставки на реализацию новых инвестпроектов, программа проектного финансирования и субсидирование процентной ставки по кредитам, выданным на пополнение оборотных средств. С лета 2015 г. добавилась возможность воспользоваться специальным инвестиционным контрактом, который предполагает сохранение фиксированных налоговых и регуляторных условий бизнеса для тех, кто готов локализовать производство в России. Решение по заявкам на участие в этих программах принимает правительственная комиссия. ФРП структурирует информацию и помогает промышленным компаниям разобраться в процедуре участия и оформлении документов.

– Сколько стоят ваши услуги по консультированию?

– Эта услуга бесплатна.

– Вы их предоставляете в пакете?

– Это не пакет. Это скорее «одно окно» для промышленных компаний, где они могут получить информацию по различным программам господдержки. К нам ежедневно обращаются около 50 предприятий за консультациями.

– То есть компания может обратиться или за займом, или за другими мерами поддержки?

– Да. Нам важно, чтобы как можно больше производственных проектов было реализовано. На разных стадиях реализации проектов нужны разные меры поддержки. Займы фонда выдаются на один из самых рискованных с точки зрения банков этапов – опытно-конструкторские работы, получение необходимых сертификатов, закупка оборудования, запуск производства. Для дальнейшего развития компания может взять кредит в банке и получить, например, субсидию на компенсацию процентной ставки.

– Нет ли риска неэффективного использования средств?

– Во-первых, мы даем деньги на возвратной основе. Во-вторых, на условиях софинансирования, в зависимости от программы, 30-70% средств должны быть собственными деньгами непосредственно акционеров или инвесторов. В-третьих, слишком долго наша страна теряла позиции во многих отраслях, и если мы хотим прорыва, то государство должно активно помогать в реализации передовых проектов.

– Не слишком большой риск для ФРП? Не боитесь последующего бегства акционеров, понявших, что они не справляются с бизнесом?

– Надеюсь, что с нами такие истории не пройдут. Обязательным условием заключения договора займа является обеспечение, которое должно перекрывать сумму кредита и проценты. При этом оборудование, которое приобретается на деньги ФРП, может быть рассмотрено только как дополнительное обеспечение. В качестве основного [обеспечения] мы принимаем банковские гарантии, залоги ликвидного имущества, зданий, земли. Так что если с проектом что-то пойдет не так, у нас есть механизмы для возврата займа. Но надеюсь, нам не придется ими пользоваться (улыбается).

– С госсектором вы можете работать? Например с ФГУПами, муниципальными унитарными предприятиями?

– Мы работаем с коммерческими предприятиями. Обращаются и предприятия с госучастием, но это акционерные общества, в которых есть доля государства. И, как ни странно, они тоже зачастую не знают обо всех возможностях, которые предоставляют различные правительственные программы.

– С «Ростехом» например, работаете?

– У нас поддержан один проект, где есть доля «Ростеха», – компания «Паритет» из Московской области. Она налаживает производство обуви, предназначенной для работ на сложных промышленных объектах и в особых климатических условиях. Аналогов такой спецобуви в России нет.

– Кто принимает решение по одобрению займа от фонда?

– Решение о предоставлении займа принимает экспертный совет, который состоит из представителей бизнеса, банков, профессионалов в области анализа инвестиционных проектов. Идея в том, что эти люди, опираясь на свои знания, опыт и компетенции, смогут вынести более объективное решение, чем если бы это делала комиссия, состоящая из чиновников.

ФРП в течение пяти рабочих дней проводит экспресс-оценку заявки на предмет общего соответствия мандату фонда и сразу информирует заявителя о принятом решении. Затем идет более тщательная, комплексная экспертиза по критериям: юридическая чистота и финансовая состоятельность заявителя, наличие промышленных активов, потенциал импортозамещения, финансовая и экономическая эффективность проекта.

– Случаются споры: этим давать, а другим нет?

– В основном на заседаниях экспертного совета идет жаркая дискуссия. Члены совета заранее получают все результаты комплексной экспертизы. А непосредственно на заседании руководители компании-заемщика лично представляют проект. Эксперты задают вопросы по финансовым показателям, по технологии, о зарубежных аналогах, рынке и о многом другом. По итогам – обсуждение и голосование. Для получения одобрения нужно простое большинство голосов.

– А право последнего голоса у кого?

– По обычным сделкам формально у директора фонда, де-факто – у экспертного совета. Я точно не буду подписывать соглашение, если оно не одобрено экспертным советом. Займы свыше 368 млн руб. еще должны быть одобрены наблюдательным советом ФРП, который возглавляет руководитель Минпромторга Денис Мантуров.

«Роль города может быть только в регулировании»

– Вы раньше работали в мэрии. Каково ваше мнение в целом о программе вывода промышленных предприятий из центральной части Москвы и предоставления этих площадок под девелоперские проекты? От идеологов этой программы мы слышали такую точку зрения, что надо смириться с тем, что Москва - это постиндустриальный город, который производит в основном услуги и интеллектуальный продукт. Для промышленности и населения пребывание в этом городе слишком дорого, поэтому их нужно куда-то переносить.

– Все время, что я работал в Москве, у меня был очень четкий подход к этому вопросу, он не изменился - и не думаю, что изменится в ближайшем будущем. Конечно, Москва – город постиндустриальный. Но насильно выводить промышленность из города, на мой взгляд, не стоит. И такая задача, кстати, никогда мэром Москвы Сергеем Собяниным не ставилась. Действительно, такая программа была в 90-е гг., когда выводились предприятия и на их месте реализовывались девелоперские проекты. А Собянин ни разу за все время моей с ним работы таких идей не высказывал. Более того, в центральной части Москвы уже давно практически никаких промпредприятий нет. При этом вклад промышленности в ВРП города довольно значителен – около 16%. За что Собянин всегда боролся и борется, так это за то, чтобы соблюдались экологические требования, чтобы жители не страдали от того, что у них под боком находится вредное производство. Например, Собянин убедил «Газпромнефть» провести очень мощную модернизацию Московского НПЗ в Капотне. По некоторым показателям это более чем на 90% уменьшило количество вредных выбросов.

Но перенести МНПЗ, такое огромное, технологически сложное предприятие, в другое место – я даже не представляю, как это возможно. «Газпромнефть» уже вложила огромные средства в реконструкцию МНПЗ, и сейчас закончена только часть работ, а общий объем инвестиций до 2020 г. – около 200 млрд руб. Есть все основания считать, что через несколько лет МНПЗ станет одним из самых передовых и безопасных предприятий в мире.

– Какая индустрия нужна Москве?

– Москва – это прекрасное место для высокотехнологичной промышленности. В первую очередь благодаря научной школе и человеческим ресурсам, которых в таком количестве и таком разнообразии нет больше нигде.

И поэтому мы создавали площадки, на которых могут появиться такие производства. Собянин такую политику всегда поддерживал и поддерживает. Я, например, горжусь и считаю заслугой нашей команды создание технополиса «Москва». В нем развернули производство десятки компаний, которые, возможно, не пришли бы в Россию, если бы не эта площадка. А если бы и пришли в Россию, то не пришли бы в Москву, пришли бы в другие регионы. При этом эти производства не только экологически чистые, но и стимулирующие очень много других компаний проявлять активность в Москве. Потому что для такого рода предприятий нужны научная школа, институты, университеты, научная база. Это с одной стороны. С другой – все те люди, которые туда приехали и сейчас там работают, это люди высокооплачиваемые, с высокими запросами, что тоже важно для города. Они ходят в театры, музеи, рестораны и т. д. Это то, что делает город таким, каким он должен быть, с моей точки зрения.

Мне всегда хотелось, чтобы в столицу больше приезжало людей высококвалифицированных, «продвинутых». Всегда будут те, кто уезжает, это нормально, если мы железным занавесом, надеюсь, не обрастем.

У меня было ощущение, что пусть маленький ручеек [таких людей], но потек обратно. Это было не только в технополисе «Москва», где на некоторых предприятиях работали люди, которые в свое время уехали из России в другие страны, жили, работали, учились там, а сейчас вернулись сюда. Например, в технопарке «Слава» появилось несколько компаний, где люди прямо целой командой из Америки приехали и стали работать в Москве, и сейчас работают.

Конечно, глупо сейчас строить в центре Москвы какой-нибудь новый шинный завод или химкомбинат. Но нужно дать возможность [работать], тем более насильно не выгонять, промышленные предприятия из Москвы. Я знаю несколько частных компаний, которые, работая в Москве, уже несколько лет подумывают над тем, чтобы куда-то уехать, разместить свое производство в другом месте, а площадку в Москве использовать под другие цели. Здесь роль города может быть только в регулировании. Если город хочет, чтобы такие предприятия оставались, значит, должны быть более выгодные условия для промышленных предприятий и менее выгодные для девелоперских проектов. И меня радует, что сейчас у правительства Москвы есть большая программа по развитию технопарков. Я всегда был за то, чтобы создавать льготные условия для высокотехнологичных предприятий. Я последний раз был в технополисе «Москва» пару месяцев назад, меня порадовало, что, несмотря на непростую экономическую ситуацию, там появляются новые компании, площадка развивается. Может быть, не так быстро, как нам всем хотелось бы, но на самом деле других историй [в России], чтобы за несколько лет такая площадка стала настолько значимой, я не знаю.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать