Статья опубликована в № 3942 от 20.10.2015 под заголовком: У Минэкономразвития кончился кризис

Минэкономразвития объявило об окончании кризиса

Экономика прошла дно и глубже уже не упадет
  • Ольга Кувшинова

Кризиса в экономике нет, заявил министр экономического развития Алексей Улюкаев: низшая точка падения пройдена в июне, с сентября началось восстановление. «Уверен, что падать дальше мы не будем, но и восстанавливаться будем медленно», – сообщил министр «Первому каналу».

В конце августа Улюкаев уже заявлял о достижении экономикой «хрупкого дна», также предполагая, что углубления спада не будет, но сомневаясь, будет ли рост. По итогам сентября Минэкономразвития зафиксировало признаки роста: по оценке министерства, сезонно сглаженный ВВП вырос в сравнении с предыдущим месяцем на 0,3% после нулевой динамики в июне – августе, доложил Госдуме замминистра экономического развития Алексей Ведев. «У нас есть осторожный оптимизм», – сказал он, в IV квартале сезонно сглаженные оценки ВВП также покажут рост, ожидает министерство, хотя темпы экономики в годовом сопоставлении (к аналогичным периодам прошлого года) останутся в минусе. Спад ВВП в III квартале в годовом сравнении Минэкономразвития оценило в 4,3% после спада на 4,6% во II квартале, за январь – сентябрь экономика сократилась на 3,8%. Прогноз Минэкономразвития по 2015 г. остался неизменным: спад на 3,9%, подтвердил Ведев (цитаты по «Интерфаксу»). В 2016 г. ведомство ожидает роста на 0,7%.

По данным Росстата, в сентябре спад промышленности и инвестиций оказался меньше ожиданий и меньше, чем в августе, почти удвоило (до 4%) темп роста проходящее традиционный годовой пик выпуска сельское хозяйство, но усилился спад розничной торговли и услуг. Сентябрьская статистика содержит достаточно аргументов и для оптимистов, и для пессимистов, замечает Дмитрий Полевой из ING. Поэтому к идее чиновников о прохождении дна нужно относиться с осторожностью, полагает он. Так, никакого улучшения внутренних условий, что могло бы поддержать восстановление промышленности, в экономике не замечено. А оценка Минэкономразвития, что спад ВВП в сентябре замедлился до 3,8% с 4,6% в августе (к тем же месяцам 2014 г.) несколько противоречит данным статистики – либо же исходит из сокращения отрицательного вклада в ВВП запасов или увеличения положительного вклада чистого экспорта.

Жить одним днем

Бюджет увеличивает непроизводительные расходы в ущерб производительным, считает Улюкаев. В 2009 г. в ответ на кризис бюджет увеличил госинвестиции, а в 2014 г., наоборот, сократил. Структура бюджета нацелена на решение сиюминутных задач, заключил он в эфире «Первого канала», это «означает, что мы хотим жить <...> сегодняшним днем <...> и не готовы к тому, чтобы исполнять обязательства будущие» (цитата по «Интерфаксу»).

Поддержку промышленности в сентябре скорее всего оказало ослабление рубля и рост инфляционных ожиданий, сомневаются в устойчивости промышленного восстановления эксперты Центра макроэкономических исследований Сбербанка. В любом случае быстрого роста промпроизводства в обозримом будущем не будет, заключают они, внутренний спрос ограничивает жесткая бюджетная политика, а внешний нельзя назвать ажиотажным.

Замедление спада инвестиций (до 5,6%; 5,8% за январь – сентябрь) и скромные темпы падения производства (на 3,7%; 3,2% за январь – сентябрь) означают, что российские производители играют ключевую роль в ограничении масштаба спада экономической активности, заключает Наталия Орлова из Альфа-банка. Но это не отражается на внешней торговле: ненефтяной экспорт в III квартале сократился на 25%, с начала года – на 17%.

Несмотря на продолжающееся снижение безработицы, спад реальных зарплат достигает почти 10%, а падение розницы в сентябре на 10,4% стало максимальным с начала текущего кризиса – на фоне, в том числе, сокращения потребительского кредитования после двух месяцев слабого роста. Кредитование реального сектора также снова сократилось из-за возможных опасений повышения ставки, вызванных новым скачком инфляции, полагает Орлова. Риск ужесточения денежной политики США вкупе с риском торможения китайской экономики будут оказывать давление на кредитную активность в течение всего 2016 года, считает она. Бюджетная политика, предполагающая лишь 4%-ный рост расходов в 2016 г., также ограничивает возможности восстановления экономики, добавляет Орлова.

Можно сказать, что экономика почти достигла дна и существенного углубления рецессии не будет, осторожен Дэниел Хьюитт из Barclays, однако и признаков для быстрого восстановления не видно: оно будет скорее L-образным, а не V-образным, как в 1998 или 2009 г. Данные по производственному сектору показывают довольно однородную картину прекращения спада, тогда как индикаторы потребления домохозяйств указывают на возможность дальнейшего падения, заключает он.

Минэкономразвития, напротив, беспокоится за инвестиционный спрос – наибольшие проблемы экономика испытывает с инвестициями, рассказал Ведев, полученную прибыль – за восемь месяцев она выросла на 37% – предприятия не направляют на увеличение инвестиций. Исходя из данных Росстата, показатели роста прибыли поддерживаются за счет девальвационных доходов I квартала: в феврале и марте сальдированный финансовый результат почти втрое превышал уровень прошлого года, однако с мая – в сравнении с теми же месяцами 2014 г. – прибыль падает.

С III квартала на динамику ВВП начинает позитивно влиять также эффект базы, в IV квартале это влияние увеличивается: исходя из данных Росстата по ВВП в постоянных ценах с исключением сезонности, спад начался в III квартале 2014 г., углубляясь с каждым новым периодом. Чисто статистически, исходя из эффекта базы, IV квартал будет заметно лучше, чем третий, объяснял ранее Улюкаев. После прошлого кризиса, 2008–2009 гг., темпы ВВП в годовом сравнении вышли в плюс спустя два квартала после возобновления сезонно сглаженного поквартального роста. Выбравшись из кризисной ямы, с середины 2012 г. экономика резко замедлилась и фактически остановилась.