Сложно согласиться с самим собой три месяца назад. Ожидание устойчивости российского рынка акций летом не оправдалось полностью. Мы вновь убедились, что в краткосрочном периоде психология работает сильнее рационального подхода и объективных факторов. Все больше убеждаюсь, что предмет behavioral finance (поведенческие финансы) должен стать обязательной частью образования профессиональных инвесторов. Более того, жизнь в очередной раз показала, что краткосрочные прогнозы — это двойная глупость, которую не стоит повторять. Ну и самокритики всегда мало — нужно развивать это качество до известных пределов. Все эти моменты из области психологии ведения инвестиционного бизнеса, и здесь есть, чему учиться. А вот с логикой у рынков по-прежнему проблемы.

Основной источник глобальных проблем — экономика США и ее долги всему миру — пользуется полной неразберихой на рынках и с успехом привлекает деньги в слабо обеспеченные казначейские облигации. Снижение суверенного рейтинга США, что бы ни было последней каплей в чаше терпения агентства S&P, по сути отражает стремительно ухудшающееся кредитное состояние крупнейшей мировой экономики. Но мы наблюдаем яростное снижение доходностей и соответствующий рост цен на американские долги. Какими психологическими факторами ни пытайся объяснить такой странный шаг — уход от рисков, переход в ликвидность или просто привычка, — но смысла в нем очень мало. В инвестиционной практике есть такая игра — «в последнего дурака»: каждый, кто считает, что сможет вовремя продать быстро дорожающий актив до его падения, рискует оказаться тем самым последним. Так было с японской недвижимостью в 80-е гг., российским рынком ГКО\ОФЗ в 1998 г., американским NASDAQ в 2000 г. Никто из оставшихся инвесторов на этих рынках не получил все свои деньги обратно.

Забирая деньги из большинства так называемых рискованных активов (развивающиеся рынки, сырьевые товары и акции) и инвестируя их в так называемые безрисковые активы (американские гособлигации), инвесторы игнорируют реальные риски, действуя себе во вред. Тенденция к осознанию этого будет давить на рынок тем сильнее, чем больше снизится доходность американских облигаций. А отсюда вместе с желанием получить доходность повыше появится вопрос — куда инвестировать?

Поверхностный анализ простых факторов — темпы экономического роста, уровень долга, демография и динамика производительности труда — даст ответ на этот вопрос с рациональной точки зрения. И этот ответ противоположен тому, что сейчас мы наблюдаем на рынках. Фаворитами становятся развивающиеся рынки, реальные активы и акции. Думаю, что, рассуждая рационально, все больше инвесторов по всему миру придут к этим выводам в ближайшем будущем.

В этом небольшом списке перемешаны классификация по регионам и классам активов, поэтому, например, облигации одной из стран BRIC в национальной валюте могут быть так же интересны, как и акции компаний на развитых рынках. Но главное для нас в том, есть ли здесь место России и где оно.

Россию вы найдете как в сегменте развивающихся рынков, так и в группе «реальных активов». Под этим понимается широкий список активов, объединенных понятием «реальный»: здесь и сырьевые товары, и валюты стран — экспортеров сырья, и облигации с доходностью выше инфляции (реальная положительная доходность), и инструменты инвестиций в инфраструктуру по всему миру.

Интересный факт: с 22 июля по 29 августа 2011 г. мировые индексы акций потеряли от 12% по S&P 500 и 13% по Nikkei 225 до 18% по CAC 40 и 23% по DAX 30. Российский индекс ММВБ за это же время снизился на 13%. Когда это было, чтобы крупнейшие международные площадки падали сильнее, чем российский high-beta рынок? В чем причина повышения относительной устойчивости российского рынка? Окончательные ответы на эти вопросы станут очевидными в ближайшее время. И, возможно, перспективы российского рынка улучшатся в глазах многих инвесторов.