Если тебе дадут линованную бумагу, пиши поперек.
Хуан Рамон Хименес
(Эпиграф к роману Рэя Бредбери «451 градус по Фаренгейту»)

Вообще-то, поначалу я хотел написать блог «Операция “Твист”: зачем Бернанке это сделал?». На прошлой неделе ФРС объявила, что сдвинет срочность казначейских облигаций в портфеле, продав краткосрочных и купив долгосрочных бондов на $400 млрд — чтобы удержать долгосрочные процентные ставки на низком уровне. После чего инвесторы почему-то в панике ринулись прочь с фондовых рынков.

Как ни парадоксально, своим действием Бернанке, возможно, хотел подтвердить то, о чем уже сказал на конференции ФРС в Джексон-Хоул в конце августа, — что ФРС больше практически ничего не способна сделать для стимулирования экономики и за дело должны браться политики. Долгосрочные ставки и так уже давно на исторических минимумах, и проблема не в них, а в том, что новыми кредитами, даже дешевыми, экономический двигатель не перезапустить — компании и потребители избавляются от долгов и не хотят брать новых. Так что операция «Твист» бессмысленна. Более того, Бернанке всегда был очень осторожен и, по возможности, умеренно оптимистичен в оценках экономики — и вдруг неожиданно пессимистичное и резкое заявление о «значительных рисках снижения» темпов роста.

Инвесторы, многие из которых надеялись на помощь ФРС, по-видимому почувствовали именно этот посыл и испугались. Ведь если не ФРС поможет, то кто? Политиков-то разбил паралич, и не известно, когда они придут в себя.

Но последние события ближе к дому заставляют задуматься о другом. В выходные Путин провел свою операцию «Твист» — сдвинул срочность своего правления с пусть не такой уж краткосрочной до супердолгосрочной. В отличие от Запада, в России паралича власти нет. Наоборот, все четко, по-солдатски. Пост сдал — пост принял.

В словах экономистов и экспертов, до сих пор говоривших об острой необходимости политических и экономических реформ, после субботы появилась какая-то маниакальность. Реформы не только нужны, они и неизбежны, выбора у будущего правительства нет, и оно должно положить себя на плаху реформ, заявил президент Сбербанка Герман Греф. Изменения необходимы, и многие считают, что проводить их легче при Путине на посту президента, написали аналитики «Ренессанс капитала».

Всякий, кто сам пытался торговать, например, акциями, знает, как невероятно трудно закрыть убыточную позицию, когда рынок идет против тебя. И чем сильнее он против тебя идет, тем отчаяннее мозг цепляется за любую мелочь, позволяющую оправдать свои действия, находит доводы, очень-очень убедительные, говорящие о том, что вот теперь-то падение остановится и потери будут отыграны. А, значит, закрывать позицию не нужно, нужно еще подождать и сможешь хотя бы выйти в ноль. Но результат в этом случае всегда один: позиция закрывается, когда потери становятся катастрофическими, и никаких душевных сил не остается, чтобы следить за все падающей и падающей ценой. Или просто не остается денег.

Сегодняшние призывы к реформам напоминают действия такого трейдера. Это отчаянный вопль: остановись, падение! Помоги нам, ФРС, великий разум, дух святой или еще черт знает кто! Не надо обольщаться. Реформ не будет. У Путина было 12 лет, чтобы провести их. Кто помнит хоть одну эффективную, кроме налоговой в начале его правления? Может, и сейчас после выборов он проведет что-нибудь, например, повысит пенсионный возраст — не своими руками, конечно, а, например, руками Медведева.

В последнее время много говорилось о необходимости нового общественного договора, мол, власть и общество настолько разошлись, что страна с таким тянитолкаем не может двигаться вперед. На Пермском экономическом форуме, например, даже разработали проект такого договора.

Никакого договора не будет. Некому договариваться. Покопайтесь в памяти и вспомните какой-нибудь режим личной власти хотя бы в последние десятилетия, который действовал бы не в своих интересах, а в интересах общества, прислушивался бы к нему, пытался договориться и предоставить ему свободу действий, свободу добиться собственного процветания. Тунис? Египет? Ливия? Сирия? Белоруссия? Индонезия при Сухарто? Филиппины при Маркосе? Грузия при Шеварнадзе? Туркмения при своем баши? Венесуэла? Про Сингапур вспоминать не будем — вот уж классический пример исключения, подтверждающего правило. Это не означает, что такая страна не может какое-то время демонстрировать быстрых темпов экономического роста. Но от прибавления к ВВП нескольких миллиардов долларов в год, а к фондовому индексу — нескольких десятков процентов человек не чувствует себя свободным и спокойным в стране, где цель власти — удовлетворить себя любимую.

К тому же система личной власти — это все-таки не один человек, а еще и те, кто готов лизать его блюдо и те, кому его верховодство обеспечивает богатство. Никто из них никогда не настроен делиться.

А если кто-то сомневается в том, что важнее для режима личной власти — личное или общественное, достаточно обратить внимание на первое ее решение в новой конфигурации — в отношении Алексея Кудрина. Даже то, как была проведена операция «Твист», свидетельствует: власти на общество наплевать; почему ее позиция должна измениться после выборов?

Возвращаясь к аналогии с ФРС, если она не может помочь американской экономике, то это должна сделать другая сторона — политики. Если же у нас система личной власти не способна к адекватным действиям, их должна предпринять другая сторона — общество. Почему-то все без всякого раздумья решили, что система будет существовать еще 12 лет. По этому поводу — см. эпиграф (и сам роман).