Председатель правительства и кандидат в президенты Владимир Путин опубликовал 30 января статью под названием «Нам нужна новая экономика», в которой излагает свой взгляд на будущее российской экономики.

На мой взгляд, статья Путина страдает тем же недостатком, что и программы всех других кандидатов в президенты России. Эта статья (а она является, безусловно, программной) носит в большей степени декларативный характер, в ней отсутствует указание на механизмы реализации озвученных автором реформ. Но, что более важно, на мой взгляд, автор не называет объемы и источники их финансирования. А ведь, например, активное применение промышленной политики, о которой говорит в статье Путин, предполагает весьма существенные расходы. Основными источниками расходов для поддержки инновационных отраслей могут быть либо субсидии, либо налоговые льготы для бизнеса. Но в любом случае реализация такой поддержки приведет к большой нагрузке на бюджет.

Кроме того, мне совсем не нравится сама идея активной промышленной политики государства, изложенная в статье. Опыт показывает, что промышленная политика — это инструмент, подобный скальпелю хирурга. Если ее проводить грамотно, то она будет эффективной, но в случае ошибки «хирургов» последствия для страны могут оказаться катастрофическими. Поэтому, на мой взгляд, очень важно прежде правильно расставить приоритеты. А из текста статьи непонятно, кто и как их будет определять. Да, у Путина сформирован список приоритетных отраслей, в него включена, например, фармацевтическая промышленность, в которой Россия никогда не была лидером. На мой взгляд, определяясь с приоритетами, нужно начинать с тех отраслей, где у России есть определенные конкурентные преимущества. Коль скоро экономика России сырьевая, то нужно думать, прежде всего, о развитии высокотехнологичной переработки сырья и экспорте продуктов переработки, а не самого сырья. Нам нужна более глубокая степень переработки нефти и, соответственно, модернизация системы нефтеперерабатывающих заводов, нам нужно налаживать производство целлюлозы и бумаги вместо активного экспорта леса, и так далее. Такой подход мне кажется более прагматичным. Нам не нужно пытаться догонять мировых лидеров в областях, в которых у нас никогда не было больших достижений и где мы вряд ли сможем их догнать. Но я согласен, что нам нужно несколько сместить налоговые акценты. В частности, увеличить НДПИ на газ, повысить акцизы, возможно, ввести налог на роскошь, хотя практика введения такого налога в других странах, например в США, говорит о его чрезвычайно низкой эффективности.

Также Путин намерен продолжить текущий экономический курс, в том числе на повышение социальных гарантий населению. Но из статьи тоже не очень понятно, за счет каких дополнительных источников это будет происходить. В целом же, если посмотреть на финансовую составляющую всех приведенных в программе обещаний, возникают закономерные опасения, что на все заявленные инициативы попросту не хватит денег. На мой взгляд, финансовая сторона предлагаемых реформ в программе Путина совершенно не проработана.

Путин много говорит об использовании потенциала нашей системы образования, но мне кажется, что он переоценивает ее потенциал. Отечественная система образования довольно сильно деградировала в последние 20 лет. Отчасти это связано с наследием реформ 1990-х гг., когда многие профессионально-технические учебные заведения стали в одночасье «техническими университетами» и даже «академиями». При этом в результате таких одномоментных «преобразований» в них практически ничего не менялось — ни преподавательский состав, ни материально-техническая база, ни контингент студентов. С другой стороны, хронически низкие в течение многих лет зарплаты привели к резкому снижению качества преподавания, к утечке мозгов из этой сферы деятельности в другие, приносящие более весомый доход. Действительно, нужно существенно увеличивать финансирование образования, привлекать в эту сферу молодых и талантливых ученых, обеспечить связь и интеграцию между академическими институтами и вузами. Сейчас, к сожалению, подавляющее большинство российских преподавателей не занимается научными исследованиями. Соответственно, они имеют весьма отдаленное преставление о передовых научных знаниях в тех дисциплинах, которые преподают. К слову, на Западе ситуация зеркально противоположная, там порядка 85% преподавателей занимаются научными исследованиями. Потому, конечно, нужно проводить коренную перестройку всей системы высшего образования. А вот как это делать и где взять необходимые средства — об этом в программе Путина нет ни слова.

Меня огорчает, что Путин очень мало уделил внимания системе здравоохранения. Имеющиеся статистические данные (по выборке стран, включая Россию) свидетельствуют, что существует устойчивая и практически линейная зависимость между расходами на здравоохранение (в диапазоне от $0 до $2000 по паритету покупательной способности на душу населения) и продолжительностью жизни населения. Россия тратит на здравоохранение в среднем 3-4% ВВП (против 6-10% ВВП в развитых странах), что соответствует $700-900 по ППС на душу населения.

Хроническое недофинансирование здравоохранения привело к ряду проблем: это и устаревшая материально-техническая база (надо признать, что национальный проект «Здоровье» помог улучшить ситуацию в этой сфере), и нехватка квалифицированных кадров (ситуация в системе медицинского образования остается особенно плачевной). Результатом является ограниченная доступность медицинской помощи (очереди в поликлиниках, многомесячное ожидание больными высокотехнологичных видов помощи), большое количество врачебных ошибок и, как следствие, более высокая смертность и более низкая продолжительность жизни населения.

Соответственно, Россия нуждается в кардинальной реформе здравоохранения, которая должна сопровождаться как минимум двукратным увеличением финансирования отрасли. Это 1,4-1,8 трлн руб. дополнительных расходов ежегодно. Программа Путина не дает ответа, откуда можно взять эти деньги. Пока текущая бюджетная политика направлена на сокращение расходов на образование, здравоохранение, национальную экономику, культуру, жилищно-коммунальное хозяйство, физическую культуру и спорт. Зато предусмотрен существенный рост расходов на оборону и национальную безопасность, что плохо согласуется с необходимостью наращивания человеческого потенциала страны.

К моему сожалению, в программе Владимира Владимировича очень мало сказано и об институциональных реформах, которые объективно необходимы. Теперь, помимо экспертов, это признается ключевыми чиновниками правительства. Так, по словам министра экономического развития Эльвиры Набиуллиной, «экономика России может расти темпами в 5-6% в год только в случае кардинального повышения эффективности судебной системы и снижения коррупции». Альтернативой является инерционный сценарий, при котором «экономика России будет расти лишь по 2-3% в год». Министр абсолютно права, поскольку коррупция с экономической точки зрения является таким же налогом, как и все прочие. Разница лишь в том, что собранные в результате коррупционной деятельности деньги поступают не в бюджет, а в карманы коррупционеров.

В том, что касается существующей системы госзакупок, я согласен, нужен действенный контроль, в том числе со стороны гражданского общества. Но, мне кажется, только общественного контроля все-таки недостаточно, поскольку вопросы ценообразования должны обсуждать, прежде всего, профессионалы и эксперты. Должна существовать процедура оценки эффективности государственных расходов, разработанная на основе специальной методологии анализа затрат и выгод, которая успешно применяется в большинстве развитых стран, в частности в США. Обязательно должен работать независимый институт оценки эффективности всех государственных программ.