На сессии «Глобальные экономические проблемы и их последствия с точки зрения социальной стабильности» в рамках форума «Россия-2012» участники дискуссии сформулировали основные положения, реализация которых позволит России избежать нарастания социальной напряженности: либерализация политики и экономики, ориентация на частный сектор в развитии экономики, обеспечение принципа равенства всех перед законом.
Модератор Рагурам Раджан из Booth School of Business при Чикагском университете сформулировал основные проблемы для обсуждения: экономический кризис; высокая безработица среди молодежи; потеря значительной части благосостояния средним классом; социальные обещания государств не могут быть выполнены; социальные сети помогают легко получать информацию и организовывать протесты.
Рост социальной и политической нестабильности в мире налицо, констатировал профессор экономики Stern School of Business при Нью-Йоркском университете Нуриэль Рубини: это не только арабская весна, это акция «Захвати Уолл-стрит» в США, антикоррупционное движение в Индии, даже в Китае в микроблогах, хоть и не на улицах, люди пишут про коррупцию, в России протесты против украденных выборов и коррупции; огромная финансовая и экономическая незащищенность среди молодых, среднего класса и пожилых; неприятие растущего неравенства, чрезмерной власти элит, будь то финансовых, имущественных или политических. «Ситуация очень опасная, сформировался порочный круг между экономической и политической нестабильностью и социальной напряженностью; последняя плоха для потребителей, бизнеса и экономики и, в свою очередь, порождает значительные риски», — сказал Рубини.
Бывший премьер-министр Пакистана Шаукат Азиз перечислил основные вызовы, которые стоят сегодня перед мировым сообществом. «Это серьезные экономические проблемы. Финансовый кризис носит глобальный характер, он поразил и развивающиеся страны. Социальные проблемы: экономический рост был неравномерным для разных групп людей. Демографические проблемы: сегодня один из самых тяжелых периодов в современной истории, когда выпускники университетов, молодежь не может найти работу».
Решить эти проблемы, по мнению Азиза, в значительной степени не получается из-за отсутствия настоящих лидеров. «Я не использую слово капитализм, но я верю в свободное предпринимательство. Для его процветания необходимы дерегулирование, либерализация, приватизация. Но это не значит, что чиновники после этого должны сидеть и ничего не делать. Необходим надзор за рынком, продвижение принципов предпринимательства; многие страны с переходной экономикой с этими задачами не справились. Правительство должно привлекать для работы в госорганах специалистов с рынка, из частного сектора, которые понимают, как рынок работает. Это непросто, потому что в правительстве не платят много. Но если лидер способен разговаривать с людьми, если он может их убедить, что эти действия необходимы и что он хочет обогатить страну, а не себя, люди ему поверят и могут затянуть пояса».
«С экономической точки зрения, Россия пережила самое успешное в своей истории десятилетие, но по мере того как она становится более развитой экономикой, столь высокие темпы роста, как в 2000-е гг., уже не повторятся», — сказал президент Центра стратегических разработок Михаил Дмитриев. Но Россия и Европа могут создать успешный альянс, считает он, и помочь друг другу решить стоящие перед каждой из них проблемы.
Если в России состоится переход к более конкурентной политической системе, к верховенству закона, Россия и Европа сблизятся в достаточной степени, считает он. Сейчас российским обществом движет средний класс. Сегодня у него те же ценности, что у европейского среднего класса в 1960-1970-е гг., этого достаточного, чтобы стимулировать интеграцию с Европой. «Мы видим из сегодняшнего кризиса, что крупнейшие страны Европы не могут убедить другие страны в необходимости реформ. Россия может стать в одном ряду с такими странами, как Германия и Франция в объединенной Европе. Еще многие десятилетия мировой центр будет в Евразии, потому что экономика Европы и России совместно будет крупнейшей в мире».
Ректор Российской академии народного хозяйства и госслужбы Владимир Мау тоже сравнил текущую ситуацию в России, характеризующуюся проблемой смены поколения — политического и экономического, с европейской, а именно с Францией 1830-х гг., когда наследственная аристократия сменилась финансовой, короля сменил его кузен, но ничего существенного не поменялось.
Раджан задал аудитории вопрос для интерактивного голосования: «В какой из стран с наибольшей вероятностью в ближайшие годы произойдет социальная дестабилизация?» Ответы распределились следующим образом: еврозона — 53,3%, Россия — 18,6%, Китай — 14,1%, США — 9%, Индия — 5%.
Участники дискуссии обсудили проблему кризиса капитализма. Капитализм уже неоднократно хоронили, сколько было пророков, возвещавших о его смерти, улыбнулся Мау. Директор Центра африканских экономик Оксфордского университета Пол Колиер считает, что были лишь допущены ошибки: в США — с отсутствием контроля за разраставшейся финансовой системой, в Европе — с отсутствием контроля за госфинансами и принципах работы еврозоны. Разные модели капитализма показали свою ущербность, отметил Рубини: «Англосаксонская система капитализма — абсолютное невмешательство государство в рынок, не предполагавшее даже его регулирование, — привела к кризису. Не работает и система в континентальной Европе с большими социальными обязательствами правительств. У госкапитализма тоже проблемы, даже сами китайцы признают, что в их системе много дисбалансов». В России в 2000-е гг. экономика росла темпами, сравнимыми с Китаем и Индией, но после кризиса она растет медленно, и улучшения ждать не приходится из-за низкого роста производительности труда и плохой демографии, констатировал Рубини: «Эта модель госкапитализма тоже показала свою несостоятельность, и если не будет структурных реформ, Россия не сможет развиваться».
Единую правильную систему вряд ли удастся найти, но основной принцип, по мнению Рубини, заключается в следующем: экономическая активность должна быть в частном секторе, а правительство должно собирать такое количество налогов, чтобы адекватно платить по соцобязательствам, чтобы не спровоцировать кризиса.
Чтобы снизить социальную напряженность, создавать рабочие места, успешно развивать страну, необходимы: 1) сильное лидерство и 2) верховенство права, равные условия, последовательность политики, демократия, уверен Азиз. «При отсутствии этого, даже если вы будете привлекать инвесторов (а денег сегодня много), вы не построите успешную страну и экономику. Игнорирование этого будет провоцировать появление экстремистов разного толка — политических, террористов, националистов или «Захвати Уолл-стрит». Решить накопившиеся проблемы в развитых странах может быть сложнее, потому что они более развиты, там гораздо более устоявшаяся система, в развивающихся странах изменения может быть проводить проще, полагает он.
Его слова проиллюстрировал Дмитриев. В 2011 г. впервые за последнее десятилетие в России на 5 п. п. выросло число бедных, сказал он. При низких темпах экономического роста в России растет экономическое неравенство, а кризис порождает желание политических и социальных перемен — более представительскую политическую систему, верховенство закона и более честное его применение.
Самая успешная экономика Европы сегодня — Германия, привел пример Колиер. Почему? Потому что когда-то она была худшей. После гиперинфляции в 1920-х гг. и нацизма, чтобы этого не повторилось, немцы: 1) установили правила; 2) создали институты, которые их выполняют; 3) создали критическая масса граждан, которые эти правила поддерживают. У России главная проблема другая — воровство, но нужны те же вещи: правила, институты и критическая масса граждан, которые эти правила поддерживают, считает Колиер. Информированный и активный гражданин — помощник правительства, уверен он.
Инвестиции в человеческий капитал — самый эффективный драйвер экономического роста, заявил Рубини: «Возьмите самые успешные истории экономического роста последних 40 лет (Япония, Корея, Сингапур, не имевшие сырья, но создавшие ведущие технологии). В развитых странах инвестиции шли, в значительной мере, не туда — в финансовый капитал и в недвижимость. И в США 20-30% образованной элиты, успешно работающей и зарабатывающей, а остальные из-за низкого уровня образования не способны конкурировать в глобальной экономике».
«Россия уже потеряла почти полдесятилетия (последние четыре года). Если курс не изменится и не будет развиваться частный сектор, российскую экономику ждет потерянное десятилетие», — добавил он.
«Я не эксперт по России, но могу сказать, какие действия, по моему мнению, необходимы, — сказал Азиз. — Верховенство закона (не только суды; люди будут действовать, если видят, что ко всем равное отношение); открыть страну и экономику, чтобы приходил капитал, привносились опыт и менеджерская экспертиза; хорошее государственное и экономическое управление (либерализация, дерегулирование). Если это реализовать, то достаточно быстро — в течение десятилетия — Россия может получить очень значительные дивиденды».
Раджан задал еще один вопрос для интерактивного голосования: «Насколько совместимы демократия и капитализм?» Ответы распределились следующим образом:
абсолютно — 37,5%,
в большинстве случаев — 48%,
редко — 12,7%,
ни в коем случае — 1,8%.
