Как строится бизнес человека, «фактически управляющего российским рынком связи»

Имя основателя Marshall Capital Partners Константина Малофеева, возможно, так и оставалось бы неизвестным широкой публике, если бы уволенный со скандалом гендиректор «Связьинвеста» Евгений Юрченко не назвал его человеком, фактически управляющим российским рынком связи
  • Ринат Сагдиев,
  • Тимофей Дзядко,
  • Ирина Резник
Друг Малофеев. Юрий Скуратов

Вспоминает, что Костя [Малофеев] и Дима [Скуратов] познакомились еще в МГУ на почве любви к футболу. Он уверяет, что никакой «господдержки» друзьям не оказывал; напротив, это Костя помог Диме найти работу в МДМ-банке, когда многие от Скуратовых отвернулись (после скандальной отставки генпрокурора в 1999 г.). А когда один из его давних оппонентов – Анатолий Чубайс в 2003 г. увидел, что в совет директоров «Кузбассэнерго» входит сын бывшего генпрокурора Дмитрий, то сильно возмутился и потребовал немедленно его исключить. Но Малофеев отстоял товарища. «Если бы Рашевский решил уволить Скуратова, то я бы с Дмитрием ушел из МДМ-банка», – говорит Малофеев.

Гордость Малофеева

Малофеев очень гордится своим участием в сделке по приватизации блокпакета акций «Связьинвеста» в 1997 г. за $1,875 млрд, а в 2010 г. государство выкупило эти акции [у АФК «Система»] за $852 млн (сумма сделки составила 26 млрд руб., курс на день сделки был 30,5 руб./$), заработав более $1 млрд, подсчитывает он.

Древнерусская игра

Арсений Миронов еще в конце 90-х написал фэнтези с уклоном в христианство – «Древнерусская игра». Главные герои трилогии – студенты МГУ, в которых можно угадать Малофеева и двух его друзей, говорит знакомый бизнесмена. Ведомости

Знакомые Константина Малофеева рассказывают, что он любит анекдот про зайца, который обхитрил слона и носорога. Заяц предложил слону и носорогу соревноваться в перетягивании каната, назначил время и место. Слон и носорог пришли с разных сторон, увидели канат и давай тянуть каждый в свою сторону. А заяц сидел в кустах и смеялся.

Малофеев не захотел обсуждать этот анекдот с «Ведомостями».

Малофеев – не чиновник и не топ-менеджер компании связи, он всего лишь член совета директоров государственного холдинга «Связьинвест». Тем не менее многие люди, работающие на рынке связи, в разговоре с «Ведомостями» называют его серым кардиналом и говорят, что без него сегодня не решается ни один мало-мальски значимый вопрос (например, о распределении частот). А когда собеседники Малофеева льстиво называют его «замминистра связи», он якобы поправляет их: «Не зам, а друг министра».

Малофеев говорит, что никогда не представлялся другом министра, а анонимность тех, кто распространяет подобные слухи, говорит сама за себя и, вообще, слухи о его влиянии на отрасль преувеличены: «То, что я присутствую в совете директоров «Связьинвеста» и «Ростелекома», участвую в заседаниях, в различных переговорах, не повод заявлять, что я серый кардинал».

Офис Marshall Capital Partners – группы компаний, в которой Малофеев является управляющим партнером, – располагается в деловом центре «Резиденция на Рублевке». Дорогая мебель, шкафы, забитые книгами по истории, в кабинете большой иконостас. Малофеев говорит, что по-настоящему ему важны три вещи: бизнес, история и православие. Но обсуждать он согласен только бизнес. Размеры своего состояния Малофеев не называет. По его словам, сумму можно подсчитать, умножив на 10 годовой бюджет учрежденного им благотворительного фонда Святителя Василия Великого. Но бюджет фонда не раскрывается.

Малофеев не стремится к бесконечному зарабатыванию денег и шутит: «Как правило, русский олигарх мечтает стать барином, еврейский – стать еще богаче». «Богатый человек всегда должен помнить, что богатство дано ему только в управление. И если он будет плохо управлять им, то Господин может его уволить», – цитирует Малофеев Иоанна Златоуста.

Юрист

Малофеев родился в 1974 г. в подмосковном Пущино. В начале 1990-х поступил на юрфак МГУ. «Костя хорошо учился – без троек, был обаятельным и самостоятельным, всего добивался сам», – вспоминает однокурсник Малофеева. «Он был очень контактный, активный, буквально кипел энергией», – говорит другой его сокурсник и близкий друг Александр Провоторов (сейчас он работает гендиректором «Ростелекома»). Провоторов познакомился с Малофеевым на 1-м курсе: «Поехали на картошку, жили в одной комнате целый месяц и подружились». У студентов были общие интересы: оба увлекались русской и древней историей. А на 4-м курсе Малофеев серьезно погрузился в православие. Они вместе с Провоторовым ходили в храм Святой Мученицы Татианы при МГУ и до сих пор ходят, отмечает Провоторов. Позже стали кумовьями: Провоторов – крестный дочери Малофеева, а Малофеев – дочери Провоторова. Еще одним студенческим другом Малофеева был сын генпрокурора Юрия Скуратова Дмитрий, учившийся на два курса младше.

На 5-м курсе юрфака, в 1996 г., Малофеев устроился юристом в инвесткомпанию «Ренессанс капитал». «Мы тогда серьезно не воспринимали уход Малофеева юристом в какую-то неизвестную компанию, – вспоминает сокурсник Малофеева. – Но Костя попал в тренд и угадал». А пригласил Малофеева в «Ренессанс» преподаватель юрфака Дмитрий Бакатин (сын последнего председателя КГБ СССР Вадима Бакатина). «Тогда особых вариантов по работе и не было, что предложили, то и хорошо, – вспоминает Провоторов, пришедший в «Ренессанс» на полгода позже Малофеева. – Фамилии Потанин, Йордан, Лисин нам ни о чем не говорили».

«Это было время больших проектов – мы участвовали в сделке по приватизации 25% «Связьинвеста», продаже 10% «Сиданко» компании BP, IPO «Вымпелкома», – говорит Малофеев. «Несмотря на молодость и неопытность, мы с Константином были на хорошем счету», – рассказывает Провоторов. Первым их проектом была скупка акций Новолипецкого металлургического комбината. Провоторов вспоминает, что это была настоящая корпоративная война. Из юридического департамента Малофеев перешел в инвестиционный блок. А потом случился кризис. Уйдя из «Ренессанса» в 1998 г., Малофеев уехал на Украину: «После кризиса было сложно найти работу, и я решил заняться собственным бизнесом». Он открыл свою инвестиционно-консультационную компанию «Вотум консалтинг», но дела не пошли: «Не хватило опыта работы». Пришлось снова становиться наемным менеджером: Малофеев год проработал директором в брокерской конторе Regent European Securities, потом немного в инвесткомпании «Центринвест», потом немного в «Интерросе». «Это было время больших возможностей для инвестиционного бизнеса, если бы мы начали тогда... Но я не был управляющим, а только наемным менеджером», – вспоминает Малофеев.

Банкир

Опыта Малофеев набирался в МДМ-банке, где отличился при скупке акций региональных энергокомпаний на $1 млрд и был одним из организаторов IPO авиастроительной корпорации «Иркут». Возглавить управление корпоративных финансов МДМ Малофеева в 2002 г. позвал предправления банка Владимир Рашевский. «Работать в банке оказалось легко, его корпоративная культура напоминала культуру «Онэксима» 1990-х», – вспоминает Малофеев. В 2002 г., когда МДМ-банк был организатором облигационного займа «Волгателекома», Малофеев познакомился с Евгением Юрченко, в то время финансовым директором «Связьинвеста». Из отчетности МДМ-банка можно узнать, что в 2003 г. Малофеев и его коллеги Сергей Огороднов, Дмитрий Скуратов (сейчас работает в Marshall Capital) и Михаил Лещенко вошли в советы директоров 11 энергокомпаний. Во всех них МДМ-банк приобрел миноритарные пакеты акций, все они были переданы в Сибирскую угольную энергетическую компанию.

Для биржевого размещения «Иркута» Лещенко и Малофеев использовали интересную схему. По закону торги новыми акциями не могли начаться сразу. Банкиры придумали, как обойти эти ограничения и сразу вывести акции на биржу. Акционеры «Иркута» продали МДМ-банку 13,3% акций и еще 10% передали по договору займа. Этот пакет и был продан в 2004 г. инвесторам во время IPO, торги стартовали на следующий день. А «Иркут» потом продал 10% акций новой эмиссии МДМ, который рассчитался ими по договору займа. Примерно такая схема – публичная продажа существующих акций с последующим восстановлением пакета за счет новой эмиссии – используется теперь чуть ли не во всех российских размещениях. Были у Малофеева в МДМ и менее успешные проекты. Потанин решил инвестировать в сельское хозяйство и создал АПК «Агрос» с капиталом в $100 млн – для приобретений. Мясные активы «Агросу» помогал консолидировать как раз МДМ-банк. В октябре 2002 г. банк в интересах «Агроса» скупил 57% акций крупного свинокомплекса «Смолмясо», в 2003 г. – 58% акций Таганского мясокомбината («Тамп», Москва). Но оба актива оказались сложными. «Агрос» не сразу смог зайти на «Тамп»: компании помогали милиция, служба судебных приставов и спортивные молодые люди на джипах. В итоге «Тамп» и вовсе пришлось вернуть прежним владельцам: оказалось, что мясокомбинат отобрали у акционеров с нарушением закона; проиграв все суды, «Агрос» в 2004 г. объявил, что уходит из «Тампа». В Смоленске же покупку оспорил «Русагрокапитал», и «Агрос» вышел из свинокомплекса, получив от конкурента в обмен Смоленский комбинат хлебопродуктов.

К 2005 г. Малофеев стал, по его словам, состоятельным банкиром и создал свою инвесткомпанию – Marshall Capital Partners.

Бизнесмен

Первый актив для Marshall, можно сказать, сам пришел к Малофееву. Одним из клиентов МДМ, с которым он работал, был холдинг «Нутритек» (производитель молока и детского питания). Как рассказывал бизнесмен журналу Forbes (и подтвердил «Ведомостям»), основатель и владелец «Нутритека» Георгий Сажинов пытался получить в МДМ кредит на развитие бизнеса под 10% акций, но банк отказал. Тогда Малофеев сам взял для Сажинова кредит в «Уралсибе» и получил за это 10% материнской компании «Нутритека» – «Нутринвестхолдинга». А в 2005 г. учрежденный Marshall Capital Partners и Сажиновым фонд Marshall Milk Investment приобрел 100% «Нутринвестхолдинга».

C этого момента компания очень активно привлекала средства на развитие бизнеса, используя все возможные инструменты – от выпуска облигаций до продажи активов во вновь созданные фонды. В апреле 2007 г. компания провела IPO, летом того же года лондонский Private Equity Fund UBS познакомил Малофеева и Сажина с крупными западными инвесторами AXA Private Equity и Paul Capital Partners, рассказывает источник, близкий к руководству UBS. Для этих компаний были созданы два фонда прямых инвестиций MarCap I и MarCap II, в которые новые инвесторы вложили $420 млн, и Marshall Capital продала MarCap I часть своих активов («Нутритек»). В целом за три года было привлечено более $1,1 млрд.

А потом наступил кризис. В октябре 2008 г. «Нутритек» объявил о делистинге акций, потом – дефолт.

Весной 2009 г. компания уже оказалась не в состоянии выплатить даже купон по рублевым облигациям – эквивалент порядка $1 млн. В конце 2009 г. совет директоров заказал Ernst & Young специальный аудит компании, показавший истинное положение дел в ней. О содержании проверки рассказали несколько источников, знакомых с отчетом: аудиторы обнаружили теневую дебиторскую задолженность группы «Нутритек» на 2,6 млрд руб. – долги 11 фирм, часть из них контролировалась топ-менеджерами Сажиновым и Олегом Очинским. В отчете Ernst & Young также указывалось, что в 2006–2009 гг. «Нутритек» перечислил офшору DRD Group (не входил в группу) 1,8 млрд руб., из которых через цепочку офшоров «Нутритеку» вернулось лишь 929 млн руб. DRD Group использовалась и для выплаты «неофициальной части зарплат и бонусов» сотрудникам «Нутритека». Аудиторы не смогли найти свыше $30 млн. А это примерно половина EBITDA «Нутритека» в 2007 г., отмечает аналитик Daiwa Capital Markets Виталий Баикин. Бывшие менеджеры «Нутритека» рассказали Ernst & Young, что несколько технических компаний проводили притворные сделки, для того чтобы увеличить выручку «Нутритека». Ernst & Young отмечает в отчете, что компания смогла предоставить документы только по 47% сделок, заинтересовавших аудитора: по словам сотрудников группы, часть документов пропала в результате автокатастрофы и пожара на складе. По словам источников, отчет Ernst & Young обсуждался на совете директоров «Нутритека», его содержание известно кредиторам и инвесторам «Нутритека». Малофеев и представитель Ernst & Young отказались комментировать отчет, Очинский уверяет, что не знаком с его содержанием и «не являлся бенефициаром юридических лиц, имеющих теневую дебиторку перед группой «Нутритек», и фирм, через которые проводились денежные средства группы».

В июне этого года Малофеев говорил «Ведомостям», что расследование Ernst & Young показало, что «репутация Олега [Очинского] достаточно защищена для того, чтобы вернуть его в компанию». Связаться с Сажиновым не удалось. По итогам расследований он перестал быть акционером. 19% акций «Нутринвестхолдинга», принадлежащих Сажинову, были переданы в пользу компании в ходе реструктуризации обязательств, говорит Малофеев. По консолидированному балансу специального назначения группы по МСФО на 31 декабря 2008 г. обязательства группы были больше активов на 1,76 млрд руб. Сейчас у компании долги более чем на $200 млн. AXA Private Equity и Paul Capital Partners не ответили на запрос «Ведомостей».

Бизнесмен-2

Другим заметным проектом Marshall Capital стала скупка акций сотового оператора СМАРТС. «Г-на Малофеева мы знаем с давних пор, еще когда он работал в МДМ-банке», – вспоминает гендиректор СМАРТС Андрей Гирев. Сотрудничество СМАРТС с Marshall Capital в изложении Гирева выглядит так. Когда в 2005 г. компания задумалась об IPO, она договорилась, что Marshall Capital предварительно выкупит у миноритариев СМАРТС 20% акций (после размещения они могли подорожать). Причем это могла быть совместная скупка, после которой у Малофеева и основного владельца СМАРТС Геннадия Кирюшина должно было оказаться по 10%, а могло быть лишь посредничество – если Marshall Capital просто привлечет деньги для скупки, и тогда все 20% – Кирюшину. «Мы убедили миноритариев продать акции, все документы были готовы, но Marshall Capital никак не могла найти деньги. Миноритарии полгода сидели над бланками договоров, готовые поставить свои подписи», – рассказывает Гирев. И тогда Кирюшин взял кредит и выкупил 20% акций у миноритариев.

Но у «Маршал капитал партнерз», через которую Малофеев работал со СМАРТС, осталось пять акций оператора. Дело в том, что СМАРТС – закрытое акционерное общество и миноритарии не могли продать акции на сторону, не предложив всем остальным акционерам. Чтобы обойти эту формальность, «Маршал капитал партнерз» стала акционером, выменяв те самые пять акций у сына председателя совета директоров СМАРТС на картину (правда, новый обладатель картины еще снял со счета управляющего директора Marshall Capital Сергея Азатяна $260 000, говорится в материалах арбитражных судов). Когда Малофеев понял, что в его услугах больше не нуждаются, он предложил Кирюшину заплатить отступные – выкупить у него пять акций за $10 млн. А получив отказ, продал компанию известному специалисту по слияниям и поглощениям Павлу Свирскому. Тот переименовал «Маршал капитал партнерз» в «Сигма капитал партнерз» и занялся своим делом – начались суды, аресты акций и проч., война за СМАРТС продолжается и по сей день.

Малофеев и Провоторов рассказывают историю по-другому. Кирюшин в какой-то момент перестал выполнять условия договора, сам выкупил акции у миноритариев и отказался оплачивать работу Marshall (Провоторов говорит, что пять акций Кирюшину готовы были уступить дешевле чем за $10 млн). А тут пришел Свирский и предложил купить ситуацию, ему и продали. Свирский дал очень короткий комментарий: он знает о таком человеке, как Константин Малофеев.

Бизнесмен-3

В 2006 г. Малофеев выступил посредником еще в одной сделке, поставившей в тупик аналитиков. Входящая в «Систему» «Комстар-ОТС» объявила о покупке за $7,8 млн аутсайдера петербургского рынка связи «Астелит». По оценке iKS-Consulting, «Астелит» обслуживал около 100 клиентов и занимал 1% корпоративного рынка связи Санкт-Петербурга объемом в $300 млн.

Подробности этой сделки рассказал «Ведомостям» менеджер одной из компаний «Системы». По его словам, совладелец «Астелита» Ринат Газизуллин, сын бывшего министра имущественных отношений Фарита Газизуллина, продал «Астелит» компании «М-телеком холдинг» Малофеева, а тот продал «М-телеком холдинг» вместе с активом «Комстар-ОТС», получив от компании $7,8 млн. Причем в конце 2005 г. от покупки «Астелита» отказалась «Альфа-групп», посчитав $5 млн слишком высокой ценой. Здесь Малофеев опять пересекся с Юрченко, на тот момент заместителем гендиректора «Комстара» по слияниям и поглощениям.

Но свою причастность к сделке по «Астелиту» Юрченко отрицает. Начальником отдела приобретений «Комстара» тогда работал бывший аналитик МДМ-банка Владимир Роман, он и готовил для совета директоров компании презентацию «Астелита», рассказывает источник в одной из компаний «Системы». Сразу после сделки Роман перешел в Marshall Capital. Юрченко подтверждает, что сделку по «Астелиту» в «Комстаре» вел Роман. Сразу после сделки Роман ушел обратно в Marshall, заключает он. Роман действительно какое-то время работал в Marshall Capital, соглашается Малофеев. Совладелец «Системы» Владимир Евтушенков отказался прокомментировать эту сделку, а член совета директоров АФК Александр Гончарук сообщил, что уже не помнит ее подробностей. Впрочем, у Газизуллина к Малофееву никаких претензий нет, сумму сделки он не комментирует.

Стратег

10 февраля 2009 г. Малофеев был избран в совет директоров «Связьинвеста». Место в совете ему предложило государство. Это вполне соответствует идее президента Дмитрия Медведева заменить в советах директоров госкомпаний чиновников на активных бизнесменов. Но почему государство решило пригласить в совет своего телекоммуникационного холдинга именно владельца частной инвесткомпании? Пресс-секретарь министра связи Елена Лашкина не смогла ответить на этот вопрос.

«Связьинвест» – это история не только про связь, но и про финансы, инвестиции и право, объясняет Провоторов. Полное название компании – ОАО «Инвестиционная компания связи» («Связьинвест»), напоминает он. Сейчас идет реформа «Связьинвеста»: к началу 2011 г. подконтрольные ему межрегиональные компании связи будут объединены на базе «Ростелекома», который станет национальным чемпионом в области широкополосного интернет-доступа, фиксированной и, возможно, со временем сотовой связи. Реорганизация – это прежде всего юридический и инвестиционный процесс, подчеркивает Провоторов. А Малофеев как раз инвестбанкир и юрист.

Менеджер «Связьинвеста» выдвинул два соображения, почему Игорь Щеголев выбрал именно Малофеева. Министр связи и массовых коммуникаций – журналист, доросший до руководителя управления протокола президента, – занявшись реформой «Связьинвеста», нуждался в профессионалах. Причем, что для Щеголева было принципиальным, не связанных ни с одной из крупных заинтересованных группировок.

«Министр – человек не из бизнеса, у него нет финансового опыта, и государственный чиновник вообще не может управлять бизнес-процессами. Поэтому эта должность была делегирована Малофееву», – указывает Юрченко.

Министру нужен был доверенный человек. По словам Юрченко, Малофеев давно знаком со Щеголевым. Несколько источников, близких к компаниям «Связьинвеста», рассказали, что Щеголева и Малофеева познакомил их общий друг Арсений Миронов. Сейчас он возглавляет департамент информации и связей с общественностью Минкомсвязи, а до этого работал вместе со Щеголевым в ИТАР-ТАСС и протокольно-организационном управлении президента. Миронов уклонился от прямого ответа, а Малофеев не комментирует, кто его знакомил с министром. С Мироновым он знаком еще с детства. Но их тесное сотрудничество, по словам Миронова, началось с 2006 г., когда создавалась православная гимназия Святителя Василия Великого (один из основных проектов фонда Малофеева). Миронов говорит, что вошел в ее ученый совет, помогал разрабатывать концепцию и составлять новые учебники. По его словам, когда он работал над учебником литературы для 10-го класса гимназии, то обсуждал саму идею гимназии в том числе и со Щеголевым. «Щеголев увлекается историей, и ему был интересен этот проект», – говорит Миронов.

В «Связьинвесте» Малофеев возглавляет комитет по стратегическому развитию при совете директоров. Но идеи реорганизации были предложены не им, а всей командой, которой руководит Щеголев, подчеркивает Малофеев.

В этой команде на ключевых должностях кроме Малофеева и Провоторова можно рассмотреть еще как минимум трех выходцев из Marshall Capital: заместителя гендиректора «Связьинвеста» Михаила Лещенко (в 2005–2008 гг. был управляющим директором Marshall Сapital Partners, а затем стал советником Щеголева), заместителя гендиректора – финдиректора «Ростелекома» Антона Хозяинова (занимал аналогичную должность в Marshall) и Сергея Огороднова (сейчас возглавляет компанию «Инфра инжиниринг» – подрядчика дочерних компаний «Связьинвеста»). Малофееву за короткий срок удалось стать очень серьезным игроком на рынке связи. У него хорошие организаторские способности и он очень быстро вник в тему телекомов, отмечает президент «Комстара» Сергей Приданцев, добавляя, что Малофеев – влиятельная фигура на рынке связи.

Теперь уже бывший гендиректор «Связьинвеста» Юрченко считает, что Малофеев – слишком влиятельная фигура. «Центр принятия решений полностью переместился к бывшим и настоящим менеджерам Marshall Capital. После этого начали приниматься решения, которые не согласовывались со мной. При проведении переговоров по сделкам M&A ни профильные подразделения «Связьинвеста», ни представители региональных компаний и «Ростелекома» в подготовке этих сделок не участвовали. Все переговоры и проработка документов велись только бывшими и настоящими работниками Marshall Capital. Фактически управление госкомпанией перешло в частные руки», – говорил он в интервью «Ведомостям» в сентябре этого года, сразу после того, как написал заявление об отставке. И объяснял, к чему приводит такая система принятия решений: московский интернет-провайдер «Акадо» оценен для покупки чуть не вдвое выше среднеотраслевых показателей, подряды «Связьинвеста» подминает под себя связанная с Marshall Capital компания: «Представьте, к тебе приходят и говорят: завтра твоя компания лишится всех заказов. Если не хочешь, чтобы она разорилась, отдай мне 70%, а я со стороны государства гарантирую передачу тебе госзаказов». А Marshall Capital может стать одним из акционеров уже нового, объединенного «Ростелекома», собрав пакеты акций «дочек» «Связьинвеста», эквивалентные 7% будущего национального чемпиона, с помощью Газпромбанка, в котором по совпадению (и, несомненно, с соблюдением всех корпоративных формальностей) как раз во время скупки держал деньги «Ростелеком».

Малофеев утверждает, что Юрченко лжет, а в пятницу подал на него в суд (заодно и на распространившую интервью опального гендиректора газету «Ведомости»). Ни министр Щеголев, ни кто-нибудь другой из первых лиц государства до сих пор обвинения Юрченко публично никак не прокомментировал.