Почему России выгодно стать членом клуба «богатых стран» и почему российские инновации не должны замыкаться на «Сколково», рассказал Гурриа.

— Судя по возросшей активности переговоров, у России есть возможность попасть в ОЭСР до вступления в ВТО? Привязаны ли переговоры по вступлению в ВТО и ОЭСР друг к другу?

— Политическое решение о первоочередности вступления России в ВТО было принято еще в 2007 г. После того как страна вступит в ВТО, мы будем активнее работать по присоединению к нашей организации, но это не значит, что вступление в ВТО означает автоматический прием в ОЭСР: это необходимое, но недостаточное условие.

Скорость вступления в ОЭСР полностью зависит от России. «Дорожная карта» для вступления разработана. Сейчас 22 комитета ОЭСР проводят диагностику российской экономики на соответствие ее стандартам организации. В этом году и начале следующего состоятся заседания комитетов ОЭСР с российскими чиновниками: каждый комитет проинтервьюирует страну и поставит диагноз. Будет понятно, что происходит с государственной политикой и регулированием, налогами, инвестиционным климатом и проч. — и что надо сделать для улучшения практик.

— В мае Россия подписала Конвенцию по борьбе с подкупом иностранных чиновников, ради чего ей пришлось изменить законодательства. Это было одним из требований?

— Подписание конвенции — знаковый прогрессивный шаг со стороны России, подтвердивший стремление страны стать членом организации.

— Отличаются ли требования к кандидатам?

— Каждая страна проходит одну и ту же процедуру, никаких исключений: Россия оценивается так же, как и все другие экономики.

— Совсем никаких особенностей?

— Особенность есть: вашу страну хочет интервьюировать большее количество комитетов, чем обычно. Российская команда очень популярна. Это большая экономика, и поэтому она представляет интерес во многих сферах, прежде всего поскольку потенциально может влиять на большое количество секторов мировой экономики — от сельского хозяйства до самолетостроения.

— Но вы, наверное, знаете, какие проблемы могут возникнуть у России при присоединении?

— Пока рано говорить, это станет ясно после постановки диагноза комитетами.

— ОЭСР всегда считалась клубом «богатых стран». Пока в этом списке нет ни одной страны БРИК.

— Это уже не так: мы расширяемся, и развивающиеся рынки теперь входят в число приоритетов ОЭСР. Я, например, мексиканец — и, как вы знаете, Мексика совсем не богатая страна.

— Что бы вы отнесли к преимуществам России?

— Это огромный рынок с большой численностью населения и огромным фондом сельскохозяйственных земель. Россия — важная для мировой экономики страна с точки зрения обеспечения сырьем, и она обеспечена квалифицированными кадрами — здесь всегда был силен акцент на инженеров. Словом, есть главные преимущества для создания сильной сервисно-ориентированной экономики.

Россия не должна забывать, что рынки будут открываться все больше и больше, а конкуренция — ужесточаться. Когда страна вступит в ВТО и ОЭСР, ей придется играть по законам мировой конкуренции, а значит, надо уже начать активнее развивать конкурентоспособность.

Надо строить инновационное общество, надо сделать так, чтобы вся экономика заразилась этим вирусом инноваций, чтобы создание прогрессивных и новых технологий стало образом мыслей. Если посмотреть на пример «Сколково», понятно, что у страны есть стремление создать пул для инновационного скачка экономики. Но «Сколково» не должно быть одним местом для развития инноваций в такой большой стране. «Сколково» должно стать брендом и образом мыслей, этот пример должен создать дух предпринимательства, немного агрессивный, но позитивно созидательный по сути.

Ничего нет плохого в стремлении завоевать рынок и зарабатывании прибыли, но лучше это делать не на основе монопольных преимуществ, а на основе инновационного потенциала.

— «Сколково» способно стать Кремниевой долиной?

— Кремниевая долина — это всего лишь место и один проект, который стал брендом, нужно, чтобы вся экономика строилась по принципу инноваций, а не одна даже очень большая лаборатория.

— Каков главный рецепт ОЭСР по инновационной политике России?

— Нужно сделать инновации доступными для общественного и частного сектора. Главная задача — создать эффективные цепочки перелива знаний и достижений от лабораторий и университетов к компаниям и рынку. Компании должны научиться поглощать инновации, которые генерируются учеными-исследователями и научными лабораториями. Должна существовать и обратная связь — инвестиции должны возвращаться. Бизнес не генерирует много собственных новых технологий и инноваций, значит, государство должно создать этот инновационный потенциал и сделать так, чтобы он использовался на практике. В России есть множество мест, где проводятся научные исследования, есть большое количество квалифицированных инженеров, но надо научиться управлять этим процессом генерации новых знаний и технологий. Значит, надо создать систему — и это может как раз произойти в «Сколково», которое сможет дать инновационную искру всей экономике.

— А как быстро должна зажигаться экономика?

— Россия была централизованной экономикой всего одно поколение назад, трансформация должна быть постепенной. Это богатая природными ресурсами страна, но ее главная задача сейчас — диверсифицироваться и превратиться в генератор знаний, что увеличит добавочную стоимость всей экономики.

— Вы думаете, инвесторы захотят инвестировать в Россию? Пока мы видим лишь отток капитала.

— Есть множество людей, которые хотят инвестировать в российскую экономику. Да, конечно, у российской экономики есть такой парадокс: какой-то капитал уходит, но одновременно это очень привлекательный рынок — самый большой в Европе с растущей покупательной способностью населения и увеличивающейся численностью среднего класса. У России большой потенциал с точки зрения роста производительности и использования свободных мощностей. Инвестируя здесь, предприниматели могут получить гораздо более высокую отдачу, чем в других местах, где уже многое создано и работает. Говоря языками высоких технологий, благодаря «Сколково» можно получить более эффективную субстанцию.

— Что Россия получит, когда вступит в ОЭСР?

— Мы не даем деньги (смеется), но мы можем советовать, как поступать. С вступлением в ОЭСР Россия войдет в группу стран, которые устанавливают стандарты и правила игры на мировом рынке.

ОЭСР — это организация, которая культивирует наилучшие практики во всех сферах. Являясь активным членом организации, вы находитесь в курсе того, что делают другие страны, у вас есть возможность перенимать опыт наиболее успешных стран для улучшения политики в своей стране.

— Иными словами, присоединение к ОЭСР означает, что страна становится равной среди лучших.

— Это дает возможность взять ритм наиболее экономически успешных стран. Например, одни страны сильны в образовании, другие — в технологиях, третьи — в госуправлении, и, находясь в ОЭСР, вы попадаете в пул лидеров и можете видеть, как это работает, и с помощью исследований организации можно создать свой рецепт — что надо сделать, чтобы сделать прорыв и достичь нового качественного уровня своей экономики. Взять, например, провозглашенную российским правительством модернизацию: мы можем помочь в реализации каждого пункта программы — от госуправления до повышения прозрачности и антикоррупционной практики.

— Некоторые экономики как раз выстроены на непрозрачности.

— Прозрачность — это главное и принципиальное требование в ОЭСР. Антикоррупционная деятельность и борьба с офшорами также очень важна, у организации очень критичное отношение к подобной практике.

-А если страна не исполняет рекомендации ОЭСР, ее наказывают?

— Формально никаких штрафов за неприменение хорошей политики нет. Но если ваша политика хромает, вы проигрываете стратегически. К тому же несоблюдение стандартов ОЭСР может стать ударом по репутации страны — об этом также станет всем известно.

— Кризис как-то сказался на работе ОЭСР?

— Стало больше потребности помогать. Нужна также переоценка подходов, требуются качественно новые рецепты. Главная задача для мировой экономики — найти новые источники роста, решить проблему безработицы и вернуть доверие в систему. Cамый большой вызов для всех стран — соблюсти баланс между поддержкой восстановления экономики и сокращением долгов и дефицита. России в этом смысле повезло: у нее один из самых маленьких уровней задолженности, но в странах ОЭСР долг стал большой проблемой — его нужно сокращать.

— Вы считаете, появилась политическая воля для таких реформ?

— Правительства понимают, что откладывать реформы больше нельзя и надо решать проблему долгов. Рост расходов бесконечно продолжаться больше не может, возможности фискальной политики по стимулированию экономики уже исчерпаны. Еще один фактор — рынок: он способен жестоко наказать правительства за неоправданную политику. Конечно, рынки реагируют в очень механической и подчас слепой форме — если они видят слабости страны и недостатки экономполитики, они начинают просто атаковать экономику, ее долги. Никто больше не хочет попасть в такую ситуацию, как Греция. У России, конечно, нет таких проблем из-за низкого уровня долга, но забывать про такую потенциальную опасность нельзя.