Газета
Подписаться
Доллар США55.692
ЕВРО61.864
Индекс ММВБ1636.95
Индекс РТС926.48
S&P 500 Index2076.78
BRENT61.66
Золото1171.0
Статья опубликована в № 3147 от 19.07.2012 под заголовком: Потому что любит

Книга Игоря Сахновского «Острое чувство субботы»: в сборнике новелл встретились флибустьеры, городские сумасшедшие и венецианские красотки

Сборник Игоря Сахновского «Острое чувство субботы» демонстрирует, как людям идет, когда к ним относятся по-человечески
  • Майя Кучерская

Мастерство Игоря Сахновского, писателя титулованного, переводимого и опытного, трудноуловимо. Вроде бы ничем тебя не пытаются пленить – ни стилистических вихрей, ни интонационных воронок, ни резких сюжетных скачков. Всего здесь в меру, повествователь спокоен, как Бог, но стиль-язык-архитектура текста столь безупречны, что их даже не замечаешь. Формальное совершенство играет роль строгой рамы, свободно пропускающей читателя в мир Сахновского, по которому бродят «большие белые женщины», недоумки-олигархи, статный Владимир Набоков с изящной супругой под руку, итальянские красавицы эпохи Возрождения, флибустьеры ХVII века и городские сумасшедшие ХХI-го, а воздух в этом мире – цветной.

«Цветной воздух» – рассказ о дизайнере, попробовавшем расколдовать реальность и воспринимать не жалкие пять или шесть процентов, которые человек, по мнению ученых, воспринимает из всего, что его окружает, а добраться до оставшихся девяноста четырех. «Мне предстояло заполнить эту мнимую скрытную пустоту, словно географическую карту Земли, нарисованную до Колумба и Магеллана. Здесь не надо было особо умствовать – только отпустить на волю воображение, как охотничью собаку с поводка, довериться взгляду, обращенному внутрь, и своей уверенности: ничто никуда не исчезает».

Вот, собственно, и весь секрет. Сахновский берет самые расхожие ситуации, темы, образы, направляет на них луч – и случается волшебство.

Он действительно часто застает своих героев в самую тусклую минуту их жизни – вот «большая белая женщина», бухгалтер, все глубже погружается в неодолимое одиночество, вот все тот же дизайнер готовится к операции на глазу, вот корреспондент местной газетки идет на очередное интервью, а вот безумец в метро быстро печатает на компьютерной клавиатуре без монитора. Машинка «Зингер» строчит, ЮКОС продают с аукциона, соцработник халтурно вымыла пол. Сахновский напряженно вглядывается в мышиную пошлость происходящего; погружение в нее – один из главных соблазнов не только для героев, но и для самого автора, иногда договаривающегося до «радостных обещаний» или «грандиозной туманности». И все же Сахновский неизменно превращает запыленные стекляшки в сияющий витраж. Самым примитивным способом. Он любит своих героев.

Любит этих самых обычных людей, ожидания которых до боли в скулах стандартны – найти свободного и прекрасного мужчину, например, получить новый мобильник, как у ребят в классе, хорошую подработку в глянце, даже галлюцинации предсказуемы. Сумасшедший из рассказа «Чем латают черные дыры» общается с инопланетянами, прилетевшими в тарелке из плохой советской фантастики. Но в каждом этом «гении банальности» (выражение из книги) Сахновский видит что-то, что не позволяет нам зевнуть и отвернуться. Смешно сказать, видит человека.

Он совершенно не сентиментален, не бьет ни по нервам, ни по чувствам и тем не менее умеет настроить читателя на сочувствие каждому, о ком пишет. Но внимание: жаль эту бомжиху, ужинающую на ступеньках магазина, становится не потому, что у нее нет дома, обидно за вечно униженного журналиста не потому, что он нищ, больно за лесбиянку не потому, что любовь ее к замужней женщине безответна. Просто потому, что они люди. Сахновский недаром так неровно дышит к итальянскому Возрождению, его проза – застенчивая проповедь отношения к человеку, открытого как раз гуманистами.

Кстати, лауреат премии «Русский Декамерон» Игорь Сахновский реабилитирует и классическую новеллу, жанр, находящийся у российских авторов в небрежении. Сахновский напоминает, как это здорово – рассказывать истории с остро заточенным сюжетом. И как их интересно слушать.