Статья опубликована в № 4055 от 14.04.2016 под заголовком: Расправа над оперой барокко

В Филармонии спели оперу Генделя «Ксеркс»

Дирижер Жан-Кристоф Спинози и его артисты превратили шедевр барокко в залихватское шоу

Филармонический абонемент «Вершины мастерства. Барокко» продолжает удивлять изысканным репертуаром. Еще не забылись овации, доставшиеся «Сирою» Иоганна Адольфа Хассе, как подобный успех выпал «Ксерксу» Георга Фридриха Генделя. Но если шедевр Хассе был строгим выражением искусства оперы-сериа, то творение Генделя устроило этому жанру шутливые проводы.

«Ксеркс» – история про персидского царя, который с удовлетворением встречает известия о военных победах, но сам гораздо больше занят любовными авантюрами. Распевая о любви к природе, он внезапно переключается на прекрасную Ромильду, тогда как его суженая Амастра, не узнанная в мужском платье, устраивает ему искусные провокации. Лишь в финале, узнав, что мост через Евфрат грозит рухнуть от ветра, царь Ксеркс решает, что невест на переправе не меняют, возвращает любовь Амастре и соединяет Ромильду с любимым ею Арсаменом, тогда как сестра Ромильды Аталанта решает поискать себе нового возлюбленного. Все эти перипетии скорее забавны, чем серьезны, и обычное возвышенное настроение оперы-сериа трещит по швам. Но еще больше хлопот традиции доставляет сама музыка, в которой традиционные трехчастные арии смешаны с более компактными одночастными, тут и там оркестр включается в обычно сухие речитативы, находится место даже такой редкости в барочной опере, как дуэты, один из которых состоит в том, что два брата-кастрата исполняют одну и ту же арию один за другим, только с противоположным настроением.

Серьезные планы

В следующем сезоне Жан-Кристоф Спинози и оркестр «Матеус» исполнят в абонементе «Вершины мастерства. Барокко» ораторию Генделя «Мессия».

Вместо кастратов в Москву прибыли два контратенора, один эффектнее другого. Обоих мы уже знаем. Австралиец Дэвид Хансен спел Ксеркса, канадский кореец Дэвид Дикью Ли – его брата Арсамена. Их соперничество за Ромильду, которому более склонный к тирании царь быстро положил бы конец, подчеркнуто схожестью тембров: оба поют очень подвижно, а также очень звучно и высоко, удивляя мощностью звука и широтой диапазона. Ромильда, в свою очередь, состязается с Аталантой. Шведки Ханна Хусар и Керстин Авемо оспаривают те же доблести – полетность голоса, подвижность колоратур, рекорды высоты. Им обеим противостоит немецкое контральто Ивонна Фукс с уверенными низами – она поет невесту при сапогах и шпаге. Дополняют компанию обаятельные итальянцы – забавный баритон Кристиан Сенн и глубокий бас Луиджи ди Донато.

Русских на этот раз не было, и оркестр «Матеус» приехал из Бреста, только французского. Гендель был сыгран безупречным набором исторических инструментов, включавшим, помимо струнных, гобои и флейты (их чередовали одни и те же исполнительницы), фагот, клавесин и теорбу, а также – эпизодически – натуральные валторны и трубу.

«Ксеркс» был дан в концертном исполнении, но, прибавь к нему вид на Геллеспонт, он сошел бы за спектакль. Пусть некоторые и с нотами в руках, но актерствовали певцы с удовольствием и куражом, который возрастал по мере усиления аплодисментов. Жан-Кристоф Спинози не отставал от актеров, успевая посылать им шкодливые гримасы. Жизнелюбивый стиль этого музыканта проявился во всем, что можно, и прежде всего в том, что певцы вставляли в арии такие рулады, что Генделя, вероятно, хватил бы апоплексический удар. Это правда, что эпоха барокко отличалась пышностью, дерзостью и любовью к импровизации, однако нынешние гости перевели эти качества в сугубо современный регистр, где требования аутентизма стали последним делом. Смешная отсебятина в аккомпанементе перемежалась экскурсами контратеноров в басовый регистр. Спинози не отказал себе в удовольствии самолично поиграть на скрипке, отобранной у послушного концертмейстера. Оркестр вскакивал и пел хором. Кристиан Сенн торговал цветами, рекламируя товар по-русски. Дэвид Хансен в момент рокового любовного объяснения станцевал несколько дискотечных па. Иными словами, от оперы-сериа оставили рожки да ножки, ну да ведь начало тому положил сам Гендель.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать