Алексей Александрович Каренин из тех второстепенных персонажей классических произведений, что могли бы быть главными. Не случайно в инсценировках и экранизациях его обычно играют крупные актеры — можно вспомнить Николая Гриценко в фильме Александра Зархи и Олега Янковского в картине Сергея Соловьева. Ведь это только на первый, поверхностный взгляд Каренин — сухарь, для которого правила приличия и условности света важнее живого чувства: именно этому чопорному государственному мужу Толстой дарит опыт духовного перерождения.
То, что Каренин на самом деле наиболее страстная и глубокая натура в романе Толстого, хорошо понял 35-летний драматург, один из лидеров «Новой драмы» Василий Сигарев. В его пьесе «Алексей Каренин», спектакль по которой выпускает МХТ им. Чехова, главный герой редко скрыт броней уверенности. В большинстве сцен мы видим Каренина незащищенным — не только потому, что он очень любит жену и цепляется за мысль, что не все так плохо, до последнего. Но и потому, что он куда старше других участников треугольника: Сигарев точно показывает это состояние потерянности, это шаткое самоощущение немолодого человека, который сам себе кажется смешным (Каренин маниакально рассматривает собственные уши, которые Анна считает оттопыренными). Он уязвим — а потому ревнив, обидчив, подвержен вспышкам ярости; тянется к теплу — а потому сразу принимает новорожденную дочку Анны и Вронского.
Этот сложный эмоциональный клубок в спектакле должен воплотить Дмитрий Шевченко — для артиста, на рубеже 1990-х интересно игравшего в спектаклях Ефима Падве в Петербурге, роль Каренина на сцене МХТ станет дебютом. Вторым важным действующим лицом истории окажется Сережа Каренин. У Сигарева отец и сын в конце концов переживают драму вместе, делясь друг с другом своей тоской, так что юному Артему Фадееву придется работать наравне со взрослыми артистами. Ставит спектакль Виестурс Мейкшанс — молодой режиссер, несколько лет назад окончивший Латвийскую академию культуры и сегодня работающий в театре в Валмиере. Для него и для художника Рейниса Сухановса «Каренин» — вневременная история, поэтому разговаривают герои так, как у Толстого, а предметы их окружают современные: дизайнерские стулья, офисные лампы, телефон.
Накануне премьеры «Пятница» вспомнила и другие пьесы, где второстепенные герои классических произведений становятся главными.
«Розенкранц и Гильденстерн мертвы» Тома Стоппарда
В пьесе классика британской драматургии однокашники Гамлета попадают в переплет чужих интриг, ничуть об этом не подозревая. В Москве эту трагикомедию играет Другой театр: в роли Розенкранца выходит Евгений Стычкин, Гильденстерна — Анатолий Белый.
«После занавеса» Брайана Фрила
Маститый ирландский драматург написал одноактную пьесу о том, как в Москве 1920-х годов в привокзальном буфете встречаются Андрей из «Трех сестер» и Соня из «Дяди Вани». Жизнь чеховских героев загублена: Маша Прозорова покончила с собой, сын Андрея Бобик сидит в тюрьме, а доктор Астров спивается. Пьесу можно увидеть в «Мастерской Петра Фоменко», где она идет в один вечер с чеховским водевилем «Медведь».
«К. И. из «Преступления» Даниила Гинка
История Катерины Ивановны, несчастной жены чиновника Мармеладова из «Преступления и наказания» Достоевского, — спектакль-долгожитель московского ТЮЗа (идет с 1994 года). В постановке Камы Гинкаса ее надрывно и бесстрашно играет Оксана Мысина.
«Я, Мальволио» Тима Крауча
Этот моноспектакль английского драматурга и актера привозили минувшей осенью на столичный фестиваль «Сезон Станиславского». Сюжет в нем танцует от финальной точки комедии Шекспира «Двенадцатая ночь», где дворецкий графини Оливии обещает отомстить своим обидчикам. Крауч написал пьесы, посвященные и другим персонажам Шекспира: Банко из «Макбета», Калибану из «Бури» и даже эльфу по имени Душистый горошек из «Сна в летнюю ночь».
4, 5 февраля, Камергерский пер., 3, тел. 629 87 60
