Люди стали мобильными, их уже не удерживают национальные границы. Оглянитесь вокруг себя. Один знакомый купил домик в Словении, другой — квартиру в Испании. Даже не самые богатые люди вкладывают свои деньги в такие проекты. Это еще не отъезд, не эмиграция. Это подготовка к ней.

Русских всегда влекло в Европу, влечет и сегодня. Человек живет не фактами и доказательствами, а иллюзиями, и в этих иллюзиях Европа — райский уголок, в котором все совершенно. Чистые и аккуратные города, улыбающиеся люди, стабильная экономика. Но чем больше мы бываем и живем в Европе, тем сильнее иллюзиям противоречит реальность.

Не так уж приветливы французские официанты и, хоть берут они чаевых меньше, чем московские, меньше и усилий прикладывают, чтобы эти чаевые отработать. Оказывается, не так уж честны швейцарские банкиры. Они демонстративно не хотят иметь дел с российскими деньгами, сомневаясь в их происхождении, но с радостью откроют счет любому российскому клиенту, если стартовая сумма при открытии счета будет семизначной. Не так уж безупречны строители в Испании. Те, кто имеет возможность сравнить, говорят, что построить там дом по затратам эмоций так же сложно, как и на родине, — разве что дешевле.

Постепенно понимаешь, что Европа неоднородна, что там есть успешные и неуспешные страны, регионы, города. Люди — успешные и неуспешные, умные и туповатые, вежливые и хамы. В реальной, а не придуманной нами Европе есть все, но многое не видно гостю, разглядывающему фасады и не заходящему во дворы.

Очевидно, что мы там гости. Мы не требуем изменений и живем там, где комфортно в данный момент. Проблемы не тяготят. Нравится — остался, не нравится — переехал. Статус гостя легче статуса хозяина.

Причины exit-стратегии

Так что же гонит людей с родины? Что, кроме иллюзии того, что лучше там, где нас нет? Похоже, это просто страх, неуверенность в своем будущем. Это страховка человека, который не верит в стабильность нефтезависимой экономики, не верит в личную безопасность и относится к своему делу как к игре в рулетку. Русская поговорка «от тюрьмы и от сумы не зарекайся» актуальна и поныне.

Человек свободен, когда он подчиняется закону, а не другому человеку. Это не про нас. Не важно, как в реальности, важно, что в ощущениях человек не верит в справедливость судов, в независимость прокуратуры. Он свыкся с тем, что не защищен, и крайний способ защиты — побег. Если не справишься с внешними обстоятельствами, то по крайней мере у тебя есть запасной вариант — уехать в самый последний момент, когда поймешь, что ты в опасности. Это стратегия страха.

Exit-стратегия: жизнь закончилась?

Общался с человеком, который на заре перестройки заработал колоссальную сумму и переехал жить в Швейцарию. Через пять лет он вернулся, и сразу после его возвращения я задал ему вопрос: почему? Ответ получил из вполне обыденной сферы. Стоял он как-то в швейцарской мясной лавке, ждал своей очереди и смотрел, как местные старушки ковыряются в мясе, отбирая кусочек получше. Тогда спросил себя: «И это все, моя жизнь уже кончилась?»

Задача умереть

Один мудрый человек убеждает меня в том, что у нас в стране все замечательно. Надо просто жить, ждать, когда вырастут дети, а наше поколение уйдет. Дети, воспитанные уже не в условиях социализма, получившие в том числе и западное образование, создадут новую сильную страну, а мы уже не сможем им помешать.

Ну что ж, тоже неплохо. В пользу такого предположения свидетельствует и то, что студенты, закончившие лучшие европейские университеты, возвращаются в Россию. Что-то тянет их сюда. Понятно, что часть из них — неудачники; но есть и вполне успешные. Можно предположить, что возвращаются неудачники и очень сильные. Сильные претендуют очень на многое. Они хотят быть хозяевами родной страны, понимают, что хозяевами «там» они не будут никогда. Может быть, именно они и пройдут тот путь, который не пройдем мы. Но это не значит, что мы не должны попытаться.

Комфорт и насыщенность жизни

Что еще не устраивает людей в нашей стране? Состояние и благоустройство наших городов. В западные города средства и силы вкладывались порой тысячелетиями. Многие российские города первые серьезные инвестиции получили в послевоенное время, когда помимо заводов в них была отстроена пара улиц «сталинского ампира». Возможно, это был их звездный час, ведь впоследствии никто ничего приличного так и не построил.

Каждое новое здание — это инвестиции в город, но если у города нет стратегии развития, то очень часто это выброшенные на ветер деньги. Мы строим не то, не там и не так. В развитие городов надо вкладывать не только материальный, но и интеллектуальный ресурс.

Мы очень далеки от того, чтобы все в городе было организовано по уму. Системы жизнеобеспечения, улицы, тротуары, парки, транспорт, архитектура далеки от совершенства. Все надо додумать, умыть, почистить, переделать.

Кроме того, в наших городах нет жизни. Очень мало встретишь улыбающихся людей, да и просто мало людей на улицах. Это целая наука, как оживить наши города.

Самое ценное для человека — это его жизнь, и я имею в виду даже не вопросы безопасности. Человек хочет понимать, что его жизнь проходит не зря, что она насыщенна, что он находится в гуще событий. Значит, эти события надо создать: выставки, спектакли, фестивали, стрит-арт. Может быть, инвестиции в культурную среду — самый малозатратный и самый эффективный инструмент для создания у человека ощущения того, что он живет в правильном месте.

Если человек живет порой не реальностью, а иллюзиями, то мы проигрываем не столько в реальности, сколько в иллюзиях, в вере человека в свой город, страну. У города должна быть мечта. У нации должна быть мечта, и, может быть, именно она должна быть зафиксирована в общественном договоре. Наличие мечты и отсутствие страха могут создать великую страну.

Никто не без изъяна

Каждая из сторон общественного договора имеет свои изъяны.

Власть убеждена в том, что методом централизации она решит все проблемы, и базируется на логике наведения порядка. Развал и беззаконие 1990-х, существование свободы без закона подтолкнули к наведению порядка путем усиления вертикали власти. Из одной крайности мы перешли в другую. Очень сложно обеспечить формулу «свобода — это когда человек подчиняется закону, а не другому человеку». Это тонкий баланс между беззаконием в форме полной свободы и беззаконием в форме диктатуры.

Бизнес, в свою очередь, воспринимает страну как дойную корову и ждет неурожайного года, чтобы вовремя ее зарезать. Серьезно страхуется размещением ресурсов за рубежом.

Население патерналистски настроено. Ментально ему нужен батюшка-царь, раздающий милостыню и время от времени пускающий кровь боярам.

При таком противоречии интересов вряд ли возможен какой-либо договор между сторонами. Самое неприятное то, что инициатором этого договора в существующих условиях может быть только сама власть, так как другим сторонам мешает страх стать врагом власти и потерять при этом все.

Мир несовершенен

Многие иллюзии, связанные с внешним миром, разрушаются на глазах. Соединенные Штаты уже не так экономически устойчивы, как всегда казалось. Мы понимаем, что их политики тоже не были так мудры, чтобы удержать страну с великой базовой идеей свободы от скатывания в идею потребления. Состояние экономики Европейского союза тоже небезоблачно, и никто не вложит свои средства только в евро. Осталось подождать завершения сказки про китайскую мудрость и благополучие. Мир несовершенен, это не наш исключительный недостаток. Вопрос только в том, хотим ли быть мы в этом мире гостями или хозяевами.

Статья продолжает цикл «Пермский договор», посвященный выработке общественного договора в России. Цикл подготовлен совместно с Пермским экономическим форумом. Статьи выходят по пятницам.

Автор — губернатор Пермского края