О том, сколько платят музейным смотрителям, что решил режиссер Анатолий Васильев и как устроиться на работу в правительство

C тех пор как Сергей Капков, превративший парк Горького в цивилизованное место для прогулок, в конце сентября возглавил Департамент культуры Москвы, новости из ведомства стали напоминать военные сводки. Придуман музейный день для гастарбайтеров. Театрам предписаны гастроли в спальных районах. Капков лично принял участие в сносе бюстов в парке «Музеон». Корреспондент «Пятницы» встретился со столичным министром в обеденное время, пил с ним кофе (Капков — сельдерейный сок) и выяснял, что еще ожидает культурных москвичей в ближайшее время.

— Зачем вы работаете? Ради денег? На благо москвичей? Чисто по-человечески интересно.

— Мне хочется собрать, знаете, такой кейс вещей, которые могут быть оценены. За которые я себя смогу уважать.

— За парк Горького вы себя уважаете?

— Конечно.

— Уже понятно, что вы — за радикальные реформы. Снесли аттракционы в ЦПКиО, сравняли стоимость музейных билетов для россиян и иностранцев. Будете продолжать в том же духе?

— Да, буду продолжать в том же духе. Вы есть будете?

— Пока воздержусь.

— Ну, я тоже воздержусь тогда.

— Что такое культура, Сергей Александрович?

— Не хочется вот этого, знаете, «культура — это совокупность…» бла-бла-бла. Мне кажется, культура — это атмосфера города, показатель отношения людей друг к другу. И ее у нас нет.

— То есть люди никак друг к другу не относятся?

— Люди друг другу не улыбаются. Я считаю, что Москва — излишне агрессивный город. И функция культуры в том, чтобы Москва стала по-другому общаться с населением. С местными, с приезжими. Потеряна система коммуникации между — я боюсь скатиться в бюрократический язык — культурными объектами и населением.

— Какие еще проблемы у культуры?

— Неэффективное использование средств. Меня всегда это пугало — миллиард долларов мы тратим в год. А результат-то где? Вы знаете, что город сейчас получает доход только от 15% объектов культуры? Другая проблема — 70% учреждений культуры находятся в радиусе Третьего кольца, где живет 10% населения. Все остальные районы — спальные, где в лучшем случае есть торговый центр с кинозалом. Наша задача — пойти туда. Нужно провести инвентаризацию первых этажей, заброшенных помещений или помещений, принадлежащих ГУПам Москвы. И пустить туда неформальные учреждения культуры. Вот мы с вами в кафе. Здесь могла бы быть изостудия для детей?

— Не знаю.

— А я знаю по мировому опыту, что такое возможно. Можно найти помещение? Можно. Значит, будем искать.

— К вопросу о неэффективном использовании средств. Есть такой документ — План культурных мероприятий на 2011-2013 гг. Там у вас значится встреча Деда Мороза. В этом году она стоит 6 млн руб., в следующем — 7 с лишним, а в 2013-м — 8…

— Дорожает дедушка.

— Вот нельзя его удешевить? Встретить не за 8, а за 5 миллионов?

— Вы просто не знаете, как раньше встречали Деда Мороза. Перекрывалась Тверская. Он ехал к Долгорукому. Вставала Москва. И все этого Деда Мороза ненавидели и проклинали. Сейчас встреча будет в парке Горького, с детьми, с коньками, — он никому не мешает. Дед Мороз — это же не праздник, это символ того, что начинаются новогодние каникулы.

— Символ стоит 6 миллионов?

— Не символ, а концерт. Приезд его. Безопасность. Проживание. И то в этом году он в Москве жить не будет. Приедет 24 декабря и вечером уедет.

— Еще есть программа «Культура 2012-2016». Там из 185 млрд руб., выделенных на культуру, почти треть достается театрам. Почему так много?

— В нашем подчинении 88 театров. Большинство не ремонтировалось, не менялись кресла, вентиляция. Это тоже не три копейки стоит. Ни у одного театра никогда не было заложено фасадной политики. Театр должен выделяться — освещением, фасадом, афишей. На это тоже выделены деньги, что совершенно правильно. У театра должны быть хоть какие-то парковочные места. Дальше. Мы должны давать на новые постановки? Должны. Театры являются большими бюджетополучателями.

— Кстати, о новых постановках. Что будете делать с Васильевым?

— Анатолием Александровичем? Я с ним встречался.

— Он, говорят, приехал, ходил свой театр смотреть со слезами на глазах.

— Он не в театр на Сретенке ходил, а с моим замом на Поварскую.

— Но плакал? Слезы были?

— Нет. Он вообще не очень хотел встречаться. Сел напротив меня — вот так. Четыре часа я его уговаривал, что он нужен Москве. Васильев говорит: «Я ставить ничего не хочу. На театр на Сретенке не претендую. Есть программа, которую я реализую в Европе, педагогика для педагогов». Я, говорит, готов это делать. Попросил выделить ему ряд помещений на Поварской, где он будет работать. Дальше мяч на его стороне. Он должен подумать.

— В той же программе на подготовку специалистов выделено всего 1,5 млн руб. Вам не кажется, что так людей до 35 лет работать не заманишь? Денег в культуре не платят и вообще интересного мало.

— Ни то, ни то — неправда. В отрасли культуры работает 16% людей до 35 лет. Потом вы говорите: в культуре мало платят. Я не соглашусь. У нас руководители учреждений получают с премией и за счет экономии средств — 60 000-100 000 руб. Это неплохая заработная плата. Смотритель в музее получает где-то 18 000 руб.

— Обновлять эту систему не надо?

— Надо привлечь молодых. Не только деньгами, а тем, что они будут причастны к какому-то большому делу. Молодежь не пойдет сохранять — в силу возраста. Они пойдут развивать. Им хочется что-то делать модное, что-то заметное. Уговорить вот лично вас идти работать в Музей Маяковского сложно. Литературные музеи неактуальны сейчас, и Маяковский для молодежи — не самый актуальный поэт.

— А кто актуальный?

— Проблема как раз в том, что никто. Наверное, Ноггано для них актуальный. Но дело не в этом. В Маяковке есть лекционный зал на 200 мест. И если там начать делать какой-то культурный центр, то сразу другая жизнь. Скажем, Вера Полозкова читает свои стихи — в рамках Музея Маяковского, — и по-другому все живет. Вот так это надо делать.

— Предположим, я — молодой, неизвестный исполнитель. У меня музыкальный коллектив. Как нам выступить, скажем, в Зеленом театре?

— У нас от Советского Союза осталось много концертных площадок и залов. Там цена на аренду вообще не определена, за нее в конвертах платят. Сейчас мы вместе с ФАС разработаем общую для этих учреждений систему цен и им рекомендуем. Будет социальная цена, городская цена и коммерческая. Когда система цен будет утверждена, мы ее обнародуем через интернет, через СМИ. Вы приходите в ДК и видите государственный прайс — сколько стоит аренда зала. Если вы не можете заплатить, обратитесь в департамент, и мы вам в этом поможем.

— Другая ситуация: человек решил заниматься развитием культуры, хочет работать в вашем ведомстве. Вы на работу принимаете?

— У нас фейсбук есть. Можно ко мне обратиться, я со всеми общаюсь, но другой вопрос, что у вас должен быть взгляд на проблему. Вы должны прийти и сказать: «Я знаю, что делать с 440 библиотеками Москвы». Или: «Я знаю, что делать с высвобождающимися территориями завода “ЗиЛ”, и готов этим заниматься».

— Я вас слушаю и удивляюсь, как легко вы употребляете термины «фасадная политика», «Ноггано», цифры приводите. Можно подумать, что вы лет десять руководите департаментом. А ведь вы пришли только что.

— Ну да, артист из народа стал народным артистом.

— Как вы руководите культурой? По объектам ездите?

— Каждый день. Ужасно утомился. Но надо ездить — они все очень разные.

— То есть вы приезжаете, смотрите и говорите: «Вот это снесем. А здесь построим театр» — да?

— Да нет, конечно не так. Встречаемся с директорами. У меня уже есть позиция, какие деньги будут выделены на объект (по заявкам руководителей учреждений). Вот я сижу, смотрю и говорю: а зачем вы это хотите сделать? Или это?

— Про вашу карьеру есть несколько историй. Самая трогательная — Роман Абрамович привел вас в культуру в знак благодарности за отличную работу на правительство Чукотки.

— Давайте я расскажу. Я уж английскому суду это рассказывал, скрывать нечего. Я считаю себя достаточно грамотным менеджером. У меня в этом смысле профессиональное образование, я оканчивал академию госслужбы. Я работал в Госдуме первым заместителем председателя комитета по информационной политике. И продолжал бы работать, но тут мэром назначили Сергея Собянина. И возник вопрос, что надо что-то делать с парком Горького? Потому что Абрамович — это не секрет — хотел и хочет восстановить там павильон «Шестигранник» и перевести туда центр современного искусства (Центр современной культуры «Гараж». — «Пятница»). На свои деньги, я замечу. Я в Госдуме этим вопросом занимался-занимался, потом столкнулся с тем, что все-таки нужен директор и концепция парка. Мы встретились с мэром и Романом Аркадьевичем, я рассказал, какая ситуация. И мэр говорит: «А давай ты будешь директором». Я говорю: «Нет, давайте лучше я поищу директора». Он говорит: «Ну ты ведь уже так разобрался, понимаешь, куда двигаться». В общем, уговорил меня, ну я и пошел.

— Вы имеете влияние на мэра?

— Я всегда могу аргументировать свою позицию. И она будет услышана. Ее либо примут, либо нет.

— Часто она оказывается услышана?

— Да.

— Мэр вас обижает?

— Нет.

— Вы — честный человек, да?

— «Честный»… хорошее слово. Надеюсь.

— Что будет делать Сергей Капков, чтобы я в День города не уезжал из Москвы?

— Я предоставлю выбор для всех. Вот фестиваль «Афиша-Еда» может вполне быть в рамках Дня города. Поезжайте туда, хипстеры, читатели. Газета «Ведомости» может сделать в рамках дня города урбанистический форум — легкий, понятный, четкий, с награждением какими-то призами. Театр «Современник» может сделать что-то под День города, и наши с вами родители пойдут на этот спектакль. В музеях будет вход бесплатный. А в Тушине — рэп-фестиваль. Вы сами решите — моя задача до вас это донести. Восемь площадок, и вы выбираете, куда вам лучше пойти.

— Какими реформами вы еще порадуете в ближайшем будущем?

— У нас будет отдельная программа «Зима в парках» и будет широкомасштабная «антидиванная» кампания на длинные новогодние каникулы, чтобы люди встали, пошли на воздух, в музеи, в театры. В 2012 г. откроем «Школу театрального лидера» — такие менеджерские курсы, где театральным работникам будут преподавать управление и основы финансовой грамотности.

— Зоопарк будете выводить из центра?

— Это кто-то сказал, и понеслось… Не будем выводить. Cейчас как раз было совещание у мэра. Там много всего: надо парковки делать, новые переходы.

— Правда ли, что вы составляете карту культурных учреждений Москвы для внутреннего пользования?

— Да. Мы действуем по округам, наносим на нее государственные библиотеки, музеи, театры, выставочные залы. Потом частные объекты — кинотеатры, коммерческие центры по изучению иностранных языков или, например, «Винзавод». И потом на этой карте видны «дыры»: скажем, в Северном Тушине только один объект — парк. А дальше ты начинаешь понимать уже про градостроительную политику: здесь я могу построить сам за деньги Москвы, а тут — привлечь инвестора и так далее.

— Вы случайно в мэры не собираетесь?

— Да зачем? Я — про хозяйство. Чтобы комфортно было в театрах, чтобы вы туда успевали после работы, могли машину поставить. Москвич в семь вечера только с работы уходит, а у нас спектакли начинаются в семь, а музеи уже заканчивают свою работу. Значит, каждый третий четверг музеи должны работать до девяти вечера. Значит, я буду уговаривать москвичей (а у нас только в ЦАО работают 2 млн человек): «Не стойте в пробках, в семь часов пойдите в театр, в девять уже и пробок меньше». А политика — это другие игры, тогда я делом не успею заниматься. Вот так.

— Вы в мэрию сейчас?

— Да нет, я еще тут посижу. А вы идите.

1975

Родился в Горьком.

1998

Окончил Волго-Вятскую академию государственной службы, факультет «Государственное и муниципальное управление».

2000

Руководил избирательной кампанией Романа Абрамовича, баллотирующегося на пост губернатора Чукотского автономного округа.

2007

Занял пост первого заместителя председателя комитета Госдумы по информационной политике.

2011

Стал директором ЦПКиО им. Горького.