Есть экономические вопросы, по которым, казалось бы, согласие между учеными давно установлено. До недавних пор к практически незыблемым истинам относился вопрос о необходимости патентной защиты изобретений и копирайта. И вот в только что вышедшей книге экономисты Вашингтонского университета в Сент-Луисе Мишель Болдрин и Дэвид Левин бросают вызов патентам и копирайту. Они утверждают, что интеллектуальная собственность не нуждается ни в какой защите: изобретатель или автор сумеет получить некоторую прибыль и без нее, а выигрыш общества в целом — и потребителей, которые будут платить меньше, и других производителей — будет значительным.

В устах экономиста стандартный аргумент в пользу копирайта и патентного права звучит так. Чтобы кто-то занимался изобретательством, нужно сделать так, чтобы после того, как изобретение было сделано, он получил какое-то вознаграждение. Патент дает ему возможность некоторое время быть монополистом. Проблема состоит в том, что монополия всегда неэффективна. Чтобы заставить тех, кто ценит товар особенно высоко, заплатить побольше, монополист выпускает на рынок меньше товара — по сравнению с суммарным выпуском в ситуации, если бы рынок был конкурентным. Соответственно, гласит стандартный курс экономики, неэффективность, возникающая при создании с помощью патента временной монополии, — необходимая плата за возможность создания правильных стимулов для изобретателей.

Болдрин и Левин, опираясь на разработанную ими теорию, показывают на многочисленных примерах, что издержки интеллектуальной монополии бывают куда выше, чем обеспечиваемые ею стимулы для разработок. Раз за разом оказывается, что великие изобретатели, имена которых известны нам со школьной скамьи, едва сделав самое первое открытие, переключали свою немалую энергию и не менее замечательную изобретательность на борьбу за право эксклюзивно получать прибыль. Деятельность Джеймса Уатта, отца первой паровой машины, надолго затормозила разработку более совершенных модификаций и не принесла ему особой пользы. Уатт заработал куда больше, когда действие патентов кончилось и он был вынужден заняться новыми разработками и конкурировать со своими последователями.

Еще более поразительной выглядит недавняя история — история отрасли, изобретения в которой изменили мир в последние десятилетия: это разработка программного обеспечения. (Больше всего внимания в книге уделено фармацевтической отрасли.) До 1981 г. у фирм-разработчиков не было юридической возможности патентовать открытия в этой области (на практике этой возможности не было еще дольше — до 1994 г.). Успех программного обеспечения, распространяемого свободно, показывает, что и без монополии разработчики имеют достаточные стимулы для активной и продуктивной работы. Тем временем чуть ли не все отраслевые гиганты подали иски друг к другу о нарушении патентного права и спешат запатентовать самые мелкие технологические изменения для того, чтобы защититься от будущих исков.

Что было бы, говорят Болдрин и Левин, если бы очередная книга Джоан Роулинг не была защищена копирайтом? В мире без копирайта Роулинг заработала бы не 600, а, возможно, всего шесть миллионов долларов — за счет продаж в первые дни, пока другие издательства не успели выпустить копии, но разве для учительницы французского стимулы писать книги были бы от этого существенно меньше? Аргумент о том, что продажа «первой копии» идеи создает достаточные стимулы к инновациям, — одно из самых спорных мест книги. Но на каждый традиционный аргумент в пользу патентов и копирайта у авторов находятся содержательные ответы. Они вовсе не всегда спорят: например, когда речь идет о роли торговых секретов.

В книге Болдрина и Левина почти ничего не говорится о России, кроме разве что упоминания о приоритете Александра Попова в изобретении радио — в главе о том, как часто плоды усилий большого количества людей, работающих независимо друг от друга, оказываются, благодаря патентному праву, в руках одного человека. У нас в стране вопрос об интеллектуальной монополии обсуждался в следующем контексте. Очевидным достоинством отсутствия копирайта на какой-то продукт является его большая доступность. Если бы в 1990-е гг. программное обеспечение было защищено от пиратства, хотя бы как сейчас, компьютерная грамотность распространялась бы куда медленнее. В последние годы правительство неоднократно рапортовало о продвижении в сторону более строгого соблюдения патентных прав и копирайта. То есть, по мнению авторов книги Against Intellectual Monopole, в неправильном направлении.

Или, может быть, все-таки Болдрин и Левин — оба они входят в число самых высокооплачиваемых академических экономистов в мире — не правы? Как бы ни была убедительна книга, основанная на многолетних исследованиях, сложившийся взгляд в экономической науке многого стоит. Впрочем, как минимум что-то в их аргументации есть: я вот потратил 20 долларов и купил их книжку, хотя ее — в полном соответствии с убеждениями авторов — можно бесплатно загрузить с веб-сайта.