Сегодня отечественные политики относятся к модернизации чуть ли не как к средству превращения России в экономического лидера XXI в. Однако задачей любой модернизации является выведение страны из состояния отсталости, и поэтому следует задумываться скорее о возвращении ее «в настоящее», чем о прорыве в будущее; скорее о способности соперничать с конкурентами на равных, чем о превосходстве над ними.

Настоящее, разумеется, многогранно. В мире сосуществуют добывающие, аграрные, индустриальные и постиндустриальные экономики, но все известные истории модернизации служили задачам индустриального прорыва. Только в данной сфере могут быть использованы преимущества государственного регулирования, сосредоточения ресурсов, экономии на масштабах и технологического заимствования, на которых основана модернизация. Именно поэтому доля промышленного производства в ВВП Германии между 1871 и 1913 гг. выросла с 13% до 37,2%, Японии в 1868-1905 гг. — с 5,8% до 25%, Южной Кореи в 1970-1991 гг. — с 23,8% до 46,3%, Китая в 1978-2005 гг. — с 19% до 44%. Индустриальный сектор был и остается центральным элементом всех развитых экономик; именно здесь применяется большая часть новых технологий, а на промышленные товары приходится 67,2% оборота мировой торговли, что делает индустриальные страны главными субъектами глобализации.

Только развитая промышленность может породить спрос на новые товары и обеспечить технологический прогресс. Западные общества, которые называют постиндустриальными, ранее проходили индустриальную стадию: в 1880 г. Великобритания производила 23,9%, а в 1953 г. США — 44,7% всей мировой промышленной продукции. Лишь сумев перерасти статус глобальных мастерских, эти страны стали лидерами информационного общества и рискнули перенести часть индустриального производства за пределы собственных границ. Россия не прошла по этому пути до конца; отгородившись железным занавесом в советскую эпоху и занимая 1-2-е места в мире по выпуску угля, чугуна, стали, нефти и газа, она не производила конкурентоспособной конечной продукции. Рыночный инновационный механизм отсутствует и поныне. И сегодня доля обрабатывающих отраслей промышленности в ВВП (15,9%) остается у нас ниже, чем в Германии (23,9%) и Голландии (24,3%), не говоря уже о Японии (26,3%) или Китае (34,7%).

Поэтому первейшей задачей, о которой нужно сегодня говорить четко и определенно, является реиндустриализация России — но и она способна принести лишь ограниченный успех.

История свидетельствует о том, что индустриализации рождали новых лидеров лишь тогда, когда прежние сами были индустриальными нациями. В конце XIX в. Англия, Германия и США боролись за статус главной промышленной державы мира, но за следующие 100 лет смены лидера более не случилось. Хотя успехи «новых индустриальных стран» велики, они не могут обеспечить им ведущих позиций в мире. За 1991-2007 гг. производительность в японской экономике выросла всего на 22,4% — меньше, чем в США (34,6%), Германии (29,2%) и Франции (23%). Если в 1979 г. подушевой ВВП (в долларах 1990 г. с учетом ППС) в Японии равнялся $13 200, в Малайзии — $3400, в Индонезии — $1800, а в США — $18 700, то в 2005 г. — $23 000, $10 600, $4500 и $31 300 соответственно. Отрыв США (и Европы) в абсолютных цифрах по данному показателю лишь вырос! О технологическом мы и не говорим.

С другой стороны, постиндустриальные отрасли способны обеспечить результат, только если они массово используются в национальной экономике и служат ее развитию. Научные изобретения per se не имеют значимой рыночной цены. Продажи технологий, патентов и лицензионные платежи составляют небольшую долю экспорта (4,8%) даже в США, не говоря уже о других странах. Зарубежные продажи Microsoft в 2008 г. были в 3,9 раза меньше экспорта «Газпрома». «Проскочить» индустриализацию и «выехать» на продаже российских know-how даже более сомнительная идея, чем мечты о переходе от феодализма к социализму, минуя капитализм, разрабатывавшиеся в свое время советскими идеологами.

Сегодня всем нам нужно быть реалистами. Понимать, что Россия должна вырваться из сырьевой западни и начать строить высокоразвитую индустриальную экономику. Развивать конкурентоспособное производство потребительских товаров. Не мечтать о том, что нанотехнологии заменят нам нефть как главный источник дохода. И осознавать, что модернизация призвана сделать страну лучше, но не может сделать ее лучшей. Впереди много работы и мало шансов на легкие успехи.