Кризис и газовая война с Украиной слегка отбросили на второй план примечательные события последних недель в отношениях между Россией и Западом. Россия впервые за долгое время предприняла реальные шаги по нормализации этих отношений: возобновила диалог с НАТО, объявила об отказе от идеи размещения ракетных комплексов «Искандер» в Калининградской области.

Пусть диалог с НАТО возобновился пока лишь номинально, а размещать «Искандеры» в Калининграде, вероятно, никто и вовсе не собирался, снижение агрессивной антизападной риторики и конкретные шаги в сторону нормализации отношений с естественными союзниками России — США и Европой — налицо. Легче всего было бы объяснить их надеждами на новый курс президента Обамы. Однако и элементарный анализ расклада сил в американской политике, не позволяющий ждать быстрых прорывов в отношениях с Россией (см. статью Н. Злобина «Шесть барьеров», «Ведомости», 28 января), и собственный отрицательный опыт Владимира Путина в вопросе односторонних уступок Америке (в свое время, заранее ни о чем не попросив США при размещении американских военных баз в Центральной Азии, Путин обижался, не дождавшись встречных шагов) вряд ли дают основания ждать конкретных результатов от новой администрации Белого дома. Не исключено, мы имеем дело с чем-то более серьезным — первыми признаками смены вектора в российской внешней политике.

Нормализация отношений с Западом была бы выгодна Путину на фоне обострения внутренних проблем, связанных с экономическим кризисом и превращающих войну на два фронта в крайне тяжелую задачу. Мрачные перспективы российской экономики, обрисованные на днях руководителями правительства и ЦБ в Госдуме, не оставляют сомнений: власти готовятся к борьбе с беспрецедентными трудностями, и отвлечение ресурсов на новую версию холодной войны-лайт сегодня для них неприемлемо.

К тому же социально-экономические трудности неизбежно поставят вопрос о выживании путинского режима, и тут Путину пригодится имидж эдакого российского генерала Мушаррафа — пусть и авторитарного, зато вполне предсказуемого правителя, опять же «союзника в борьбе с терроризмом». Многие западные политики, озабоченные собственными кризисными проблемами, были бы рады закрыть глаза на разногласия с Россией и заключить с ней стратегическое перемирие, забыв о демократии в России и, например, отдав на откуп Москве влияние в СНГ.

Восстановить нормальное отношение к России на Западе будет трудно, да и последние действия Путина — конфликт с Украиной и высокомерное поведение российского премьера в Давосе («Учитель Путин», «Ведомости», 2 февраля) — не помогают, напоминая о сохраняющихся неоимперских замашках российского руководства. Но шаги в сторону демонтажа антизападного внешнеполитического курса сами по себе хорошее дело. Спасибо кризису — хоть одной глупостью в российской политике, возможно, станет меньше.