Долго я полагал, что знаменитая формула спикера Госдумы Бориса Грызлова «парламент не место для дискуссий» станет вершинным достижением российских политических благоглупостей. Тем более что автор в прошлом году творчески развил ее, утверждая, что «реальная точка зрения народа формируется во внутрипартийных дискуссиях “Единой России”, в то время как межпартийные дебаты в Госдуме — это скорее политическое шоу, показ своих позиций перед своими избирателями, нежели выработка какой-то будущей позиции, т. е. позиции, которая будет принята». Я-то думал, что выдавание мнения партии за мнение народа ушло в прошлое с позорной 6-й статьей советской конституции.

Позже я понял, что поспешил, увидев, как один из руководителей «Единой России» — Вячеслав Володин прокомментировал продление полномочий президента и депутатов. Он сказал, что теперь власти России смогут работать, «не отвлекаясь постоянно на подготовку к выборам». Даже лидерам КПСС никогда не приходило в голову так цинично опускать избирателей. Когда мир погружался в глубочайший экономический кризис, российские власти в срочном порядке принимали поправки, увеличивающие сроки своего пребывания у руля. Это ярче, чем любые слова, демонстрирует их реальный приоритет.

Именно поэтому ими также вдалбливается в общественное сознание идея необходимости возврата государства в экономику, без чего нельзя преодолеть нынешний экономический кризис. Мне кажется, это опасная идея для России. С одной стороны, действительно, во всех странах с развитым рынком идет сегодня разговор об изменении роли государства в экономике. Пакет стимулирующих мер, который продавил через конгресс США Барак Обама, многие называют самым социалистическим законом в истории Америки. Но, с другой стороны, тут речь идет о рыночных государствах, о том, что в предыдущей модели экономического развития, которая сегодня и попала в кризис, государство принципиально уходило из экономики. При этом все такие дискуссии идут здесь в режиме жесткой политической конкуренции.

В России так никогда не было. Государство вообще никогда не отпускало экономику, активно формировало ее под себя, создавало карманных олигархов, руководило ею напрямую, используя административные методы. В России государство упорно создавало не свободную рыночную, а неокомандную экономику, обслуживающую вертикаль власти, обеспечивающую безбедное и политически стабильное, неконкурентное существование самих государственных структур. Оно создало именно ту экономику, которую изначально и хотело создать. Без конкуренции, законов и общественного контроля. Негосударственной экономики в России, по сути, вообще нет. Поэтому вину за нынешний кризис надо возлагать не просто на мировую экономику, которая, конечно, усугубляет ситуацию в России, а на российское государство. Ситуацию в стране нельзя определять как экономический кризис. Это настоящий политический кризис, вызванный провалом неэффективной модели управления, отсутствием политической и экономической конкуренции, монополизацией власти. Если на Западе это действительно кризис рыночной экономики, то в России это кризис, вызванный бездарной имитацией такой экономики.

Это провал централизованного государства Владимира Путина, которое создало свою полностью управляемую из Кремля политически неконкурентную среду, а также сверхцентрализованную, беспредельно коррумпированную экономику, где право частной собственности носит настолько эфемерный характер, что в стране нет более запуганных и политически лояльных людей, чем люди с собственностью. Государство, по сути, владеет экономикой и политикой России. Впервые в истории России те люди, которые ею монопольно управляют, одновременно являются ее монопольными собственниками. Они ее никому не отдадут. Их задача проста и заключается в том, чтобы после выхода из кризиса такая ситуация не изменилась, а они продолжали бы не менее монопольно управлять и владеть страной. Именно поэтому они и произносят заклинания о том, что приватизированное ими государство является якобы главным инструментом вывода страны из кризиса. Его роль, мол, должна даже увеличиваться.

Когда в странах Запада сегодня говорят о роли государства в экономике, речь идет никоим образом не о механическом увеличении государства в ней, а о путях резкого повышения эффективности его участия в управлении рынком. Не о количестве государства идет речь, а о его качестве. В России же упорно навязывается вопрос об увеличении масштабов плохого государственного управления экономикой. Но ведь именно это неэффективное и коррумпированное государство является главной причиной того, что национальная экономика страны оказалась фундаментально неконкурентоспособной. Из-за него страна осталась полностью зависимой от мировой конъюнктуры, не смогла создать новые типы продукции, которые можно было бы экспортировать, не создала брендов мирового уровня.

Увеличивать роль такого провального государства в экономике страны — это преступление, это значит заведомо продлевать ее неконкурентоспособность и на послекризисный период, делать россиян, с одной стороны, опять заложниками цен на энергоносители, а с другой — заложниками коррумпированных чиновников. Без структурной реформы государства нельзя успешно вывести страну из экономического кризиса. Без создания реальной конкурентной среды в стране из кризиса России не выйти. Именно об этом не хотят говорить российские власти, так как «их государство», очевидно, такой конкуренции не выдержит, ибо оно способно существовать, лишь «не отвлекаясь на выборы» и подменяя «реальную точку зрения народа» позицией «Единой России». Хватит ли у команды Дмитрия Медведева мудрости это понять и политической воли, чтобы начать политические реформы? От этого зависит не просто способность России выйти из кризиса, но и ее конкурентоспособность в мировой посткризисной экономике.