Игорь Мухин — один из лучших современных фотографов, он все хорошо снимает: и людей, и город, и природное волшебство, вроде снегопада, и такую прозу, как собственные ноги на гостиничных кроватях разных городов, уличные объявления и заброшенные совковые памятники. Он умеет снимать красиво, эффектно, но не очень-то это любит.

Мухин умеет и любит делать репортажные снимки так, что жизнь в них не намертво фиксируется, а продолжает движение. И дело тут не в динамике самого кадра, а в заснятой ситуации: если герои остановились, то только для того, чтобы сделать следующий, часто решительный, шаг. И конечно, в его работах, как на снимках великих фотографов, есть что рассматривать и на переднем плане, и вдали — будто реальность, словно умелый режиссер, выбрала натуру и расставила актеров с массовкой так, чтобы кадр был наполнен лицами, событиями, чувствами и неоднозначным смыслом.

Для выставки в галерее XL отобрана одна фирменная мухинская тема — уличные демонстрации. «Сопротивление. 1989-2009» — фотолетопись протестного времени, уходящего в прошлое не только из-за бдительности властей, но и потому, что время дружно разбрасывать камни под знаменами или хоругвями имеет свойство заканчиваться.

На этой мухинской выставке, состоящей из десятков больших, оформленных в рамы и паспарту парадных фотографий и трех сотен приклеенных к стене контролек, все демонстранты равны. Коммунисты, нацболы, православные, панки, обманутые вкладчики, еще молодой Немцов, примеряющий образ вождя Каспаров, мужик с иконой и старуха под красным знаменем — все они в момент съемки люди протеста, вышедшие на улицу для решительного действия. Но это не толпы единомышленников — у каждого персонажа свое, запоминающееся лицо и жизненная история, на этом лице читающаяся.

Толпой и, значит, угрозой выглядят только омоновцы и милиционеры в масках. Но без щитов и намордников это тоже люди — и тоже не всегда понимающие, как и почему вдруг оказались на улице и стали частью функционирующего целого.

Многие фотографии из показанных на выставке помнятся или вспоминаются. Портрет счастливого парня в майке со сталинским профилем и матюгальником в руке стал классическим. Но замечаешь, что отношение к этим памятным снимкам и их героям со временем поменялось, потому что давно ушла вера в смысл массового протеста. Выставка Мухина, как ни странно, эту веру возрождает. И сейчас кажется, что всякий, кто поднял задницу со стула — кухонного, офисного, барного, перед компьютером, — больше молодец, чем те, кто разумно отсиживается дома и на работе, не имея ни убеждений, ни заблуждений, ради которых стоит слиться в уличном марше.