Регистрация Подписка




Встреча президентов государств «Евразийской тройки» в Минске3

Генеральный директор АСИ Андрей Никитин о финансировании агентства2

Громкие имена: Кнут и немного пряников

Фото: М. Стулов


Биография
Алексей Поляков, генеральный директор «Просперити Проджект Менеджмента», соучредитель и председатель правления Совета по экологическому строительству (RuGBC). Родился в 1964 г. в Электростали Московской области.

1995 Получил высшее техническое образование в МГТУ им. Баумана, инженер-системотехник.

2004 Прошел обучение по президентской программе подготовки управленческих кадров, специализация – «Стратегический менеджмент».

2005 Стажировался в девелоперской компании в Великобритании по программе TACIS MTP. Имеет опыт руководства в профессиональных спортивных клубах, IT-индустрии, аналитике и бизнес-планировании.

2005 Гендиректор «Просперити Проджект Менеджмента» (архитектура и управление проектами). В 2009 г. компания разработала концепции МФК «Красногорье-Сити» и комплекса трамплинов в Нижнем Новгороде.

2009 Активно участвует в создании и деятельности RuGBC, имеет сертификат оценщика BREEAM. Профессионально занимался спортом. Говорит на нескольких иностранных языках. Женат.

Всемирный совет по экологическому строительству 
– это система локальных организаций, существующих в 60 странах мира. Совет по экологическому строительству России (RuGBC) – общественная организация, не ведет коммерческой деятельности, в случае появления прибыли деньги направляются на уставные цели. Совет живет на членские взносы и спонсорскую помощь. Некоммерческое партнерство RuGBC создано в октябре 2009 г. В настоящее время около 50 компаний и частных лиц являются членами совета и около сотни выразили желание присоединиться и работать вместе с ним. Миссия совета – пропаганда идей green building, создание общества единомышленников, которые объединены идеей зеленого строительства и устойчивого развития, активное участие в создании и продвижении российского зеленого стандарта и систем сертификации.

Громкие имена: Кнут и немного пряников

  • Статья
  • Отзывы 
  • В избранное

Девелоперы не хотят строить зеленые здания, но этого хочет государство. Однако вместо пряников-льгот, которыми стимулируют застройщиков в Европе и США, российские власти предпочитают кнут. О сознательных государствах и выгодах экологических зданий рассказывает Алексей Поляков, соучредитель, председатель правления Совета по экологическому строительству в России (RuGBC).

Зелень Олимпиады

— Весь мир строит зеленые ресурсосберегающие здания. Российские девелоперы считают, что экологичность — непонятный и дорогой пафос.

— Следующие зимние Олимпийские игры пройдут в России. «Олимпстрой» вынужден работать по требованиям Международного олимпийского комитета (МОК). В заявочной книге Сочи четко обозначено, что город берет на себя обязательства по экономии ресурсов, нейтрализации негативного воздействия объектов на окружающую среду. Соответственно, Минрегион, «Олимпстрой» задают тон по поводу тех мер, которые контролирует МОК. Сейчас к работе по созданию зеленых стандартов подключилось Минприроды. Было несколько визитов представителей МОК, когда смотрели не только на сроки [строительства], но и именно на экологию.

— И что сказали представители МОК?

— Замечаний, конечно, много. Достаточно сложно сделать зеленый объект. И особенно сложно — объект спортивный. А главная проблема — близость к национальному парку.

— Чем так сложны спортивные объекты?

— Они многофункциональны и затратны по ресурсам. Олимпийские игры характеризуются сверхвысоким потреблением электроэнергии для освещения и вещания, существуют сложные требования по энергообеспечению, дублированию систем и т.д. Сложно сертифицировать олимпийские объекты, тем не менее такие примеры есть в мировой практике и готовятся у нас. Мы, к сожалению, пока далеки от идеальной картины или от того, что было достигнуто на других Олимпиадах.

— И насколько далеко?

— Это может сказать только «Олимпстрой». В заявочной книге записано, что олимпийским наследием должен стать российский зеленый стандарт, который на Олимпиаде будет опробован и адаптирован. Про который можно будет сказать: вот российский эталон, которым можно мерить будущие достижения.

Вы спрашивали: хотят ли девелоперы строить зеленые объекты? «Олимпстрой» хочет.

— Как можно хотеть что-то экологичное строить, если нет утвержденного генплана и не известно, что где будет располагаться?

— Нет генплана, но есть отдельные объекты, которые начали строить. Надо различать: экология и зеленое строительство — это не одно и то же.

К настоящему моменту наблюдательным советом «Олимпстроя» утверждены дополнительные экологические требования и рекомендации (ДЭТиР) к проектной документации и строительству. В их разработке участвовали «Олимпстрой», Минприроды и российские эксперты. В конце года 12 пилотных проектов проанализировали на соответствие ДЭТиР. Сейчас активно рассматривается возможность применения международных систем сертификации, особенно специально разработанной для лондонских Игр версии стандарта BREEAM.

— Те объекты, которые уже строятся, будут подгоняться под эти требования?

— В олимпийской программе 207 объектов, именно спортивных — только 17, остальные — инфраструктурные Там есть где развернуться и применить ДЭТиР, корпоративный зеленый стандарт «Олимпстроя» и международные системы сертификации. Не началось еще строительство медиацентра, офисных и гостиничных объектов; идет проектирование двух олимпийских деревень.

— То есть не все объекты должны соответствовать зеленым стандартам?

— Есть две задачи: одна — построить объекты, другая — минимизировать воздействие Олимпиады на окружающую среду в целом. Если объект нельзя запроектировать зеленым, его можно эксплуатировать, применять вторичные материалы при строительстве, собирать и перерабатывать мусор, экономить ресурсы. Основной параметр — снижение в целом выброса СО2.

— А как девелоперы относятся к тому, что им сверху диктуют зеленые нормы?

— А как они относятся к тому, что им предлагают стать инвесторами олимпийской стройки? Как в Сочи появились такие уникальные девелоперы, как «Газпром», «Интеррос», «Сибал», РЖД? Часть сооружений после окончания Игр будет разобрано. А участок с подведенными коммуникациями и инфраструктурой останется. Представьте, какова будет стоимость этой земли.

— Использование ресурсосберегающих технологий затратно. А все Олимпиады убыточны.

— Провальной была Олимпиада в Афинах. Все остальные окупались и приносили доход не только во время, но и после Игр. Важно, как в дальнейшем будут использоваться те же дороги, стадионы. Бюджет сочинской Олимпиады составляет более 200 млрд руб., из которых большая часть — затраты на инфраструктуру.

Зачем нам это нужно

— Насколько зеленые объекты дороже?

— По данным Всемирного совета по экологическому строительству, такие объекты действительно дороже. Но максимальное увеличение стоимости — 6-8%. Есть примеры, когда высокий уровень экологичности был достигнут без дополнительных вложений. Расходы на строительство составляют только пятую часть всех затрат на объект. Жизненный цикл любого здания, в том числе зеленого, — в среднем 30 лет, за это время сумма эксплуатационных платежей во много раз превысит стоимость строительства [поэтому целесообразнее экономить именно на этой статье расходов]. Инновационные решения позволяют снижать энергопотребление до 50% от расчетных норм. Стоимость строительства увеличивается, но существенно снижается плата за подключение к сетям и эксплуатацию.

Стоимость проектирования также увеличивается — примерно на 10%. Разрабатывать инновационные решения дорого. Но если наработки применяются повторно, увеличение цены незначительное. За счет расположения, ориентации [здания по сторонам света] и архитектурных решений можно оптимизировать освещенность и нагрев объекта, за счет фасадов — улучшить теплоизоляцию, за счет чуть более дорогих стеклопакетов — снизить энергопотребление. Уже на этапе концепции можно практически бесплатно повысить энергоэффективность здания.

— За период жизни здания в 20-30 лет на сколько снижаются расходы на его эксплуатацию?

— Только на коммунальных счетах в мире экономится 8-9%, а российские тарифы устремились к европейским. Есть еще один аспект, о котором в России не задумываются, а на Западе пристально рассматривают, — комфорт для сотрудников.

Владельцы экозданий выигрывают за счет лояльности своих арендаторов, которым удобно работать, которые меньше болеют. Экономится 20 евро с 1 кв. м в год за счет электричества, 3-5 евро за счет воды и 500 евро — за счет повышения эффективности работы персонала. Для больших корпораций это существенная цифра.

— Можно просто перенести международный опыт в Россию?

— У нас будут другие цифры. Ресурсы пока дешевые, можно договориться о согласованиях, и никто не думает об удобстве работников.

За счет экологичности здания офисы можно сдавать в аренду дороже на 3-5%. Капитализация здания увеличивается на 7-8%. Оно стоит дороже, и оно более инвестиционно привлекательно. Меньше риски, выше капитализация, меньше амортизация. Арендаторы более лояльны, меньше платят за эксплуатацию. У многих международных корпораций есть стратегия социальной и экологической ответственности. Такая компания не переедет в офис, который не удовлетворяет экологическим требованиям.

Сейчас в России девелоперы не строят зеленых зданий, поскольку никто в них не инвестирует, никто не снимает. Инвесторы говорят: я готов инвестировать в зеленые офисы, но их никто не строит. Арендаторы спрашивают: «Где зеленые офисы? Никто не предлагает, хотя я готов туда переехать». Замкнутый круг. Но ситуация изменится, когда сломается привычная модель. Что и происходит в связи с кризисом.

— Сейчас хорошее время для подобных инноваций?

— Совершенно верно. В Москве есть три здания, зарегистрированных для сертификации по стандарту BREEAM. Эти проекты создают два иностранных девелопера и российская компания Clearlink, завершающая проектирование. Еще до 10 московских проектов могут быть зарегистрированы по BREEAM в 2010 г. Это, например, Ducat PlaceIII на ул. Гашека (девелопер — Hines), White Gardens на Лесной (девелоперы — AIG Linkoln и российская компания Coalco). Инициатором сертификации была AIG Linkoln. Это корпоративная стратегия.

Два проектируемых объекта позиционируются для получения сертификата по LEED: комплекс на Обводном канале в Санкт-Петербурге и офис московской штаб-квартиры WWF [Всемирного фонда дикой природы].

— А что остальные девелоперы?

— Пока, кроме Clearlink, никого назвать не можем. Но идея витает в головах. IKEA приносит свой зеленый опыт в Россию. Siemens говорит, что ее новый офис будет только в зеленом здании. Horus Capital позиционировала свои офисы как сделанные по зеленым стандартам. Интерес к экологическому строительству проявили российские девелоперы на прошедшей выставке MIPIM.

— За рубежом инновационные ресурсосберегающие разработки активно поддерживает государство. А какой пряник для российских застройщиков?

— Это возможность использовать сэкономленные средства, налоговые стимулы и большая инвестиционная привлекательность.

В России принят закон об энергоэффективности, где обозначены меры стимулирования. Если предприятие сэкономило энергию за счет применения энергоэффективных технологий, то может реинвестировать эти деньги.

85% российских СНиПов соответствуют мировым стандартам. И любой объект, построенный по СНиПам, можно сертифицировать. Другое дело, что всегда можно [было] строить не по СНиПам.

 
1.
От редакции: Воюем ли мы?73
2.
Против российских десантников на Украине возбуждено уголовное дело43
3.
Международный контингент НАТО начнет размещение в соседних с Россией странах67