Я буду говорить про ВТО, потому что наша компания, будучи крупнейшей юридической практикой в мире, выступает экспертом и консультантом по всему ведению переговоров. Напомню, что Россия подала заявку на присоединение к ВТО в июне 1993 г., тогда же была создана рабочая группа по присоединению России к ВТО. Правда, первое заседание этой рабочей группы состоялось только в июле 1995 г. С 1995 по 2011 г. было проведено 31 официальное заседание рабочей группы, целый ряд неофициальных встреч. И вот 10 ноября, как вы все знаете, на заседании рабочей группы были одобрены, во-первых, протокол, итоговый доклад Российской Федерации и обязательства Российской Федерации по доступу России на рынок товаров и услуг. Что нам еще на последней финишной прямой надо сделать? Мы должны направить документы по вступлению России в ВТО для одобрения на межминистерской конференции. Далее Российская Федерация должна провести ратификацию документов, крайний срок, как я понимаю, — это 15 июня 2012 г. И далее по нормам ВТО в течение 30 дней с момента ратификации идет подтверждение о вступлении России в ВТО. Наши внутренние ожидания и то, что анонсировалось и Министерством промышленности, и Министерством экономического развития, ориентировочный срок — это 1 июля 2012 г.

Промсборка и ВТО

Как мы дальше будем со всем этим управляться? Что касается требований ВТО и режима промышленной сборки, по которому, наверное, очень многие из вас работают. Если смотреть по базовым принципам ВТО, то, наверное, двум основополагающим принципам мы противоречим. С одной стороны, государство не должно предоставлять никаких преференций и льгот дискриминационного характера, а фактически соглашения, которые подписаны Министерством экономического развития, имеют индивидуальный характер, и те льготные ставки таможенных пошлин, которые вы применяете, они относимы только к конкретной стороне по соглашению. А второе противоречие — оно относится к соглашению ВТО по субсидиям и компенсационным мерам: вслед требованиям ВТО мы не должны были бы предоставлять каких-то выгод производителю. Но в России автопроизводители и поставщики первого и второго уровня успели подписать с министерством [экономического развития] 75 соглашений и около 200 меморандумов о намерениях — они все базируются на обязательствах по локализации. На переговорах по ВТО весь этот перечень интересантов был озвучен, и вопрос был решен в пользу и в интересах Российской Федерации, в интересах того, чтобы все-таки наш автопром оставался сильной индустрией и имел потенциал для развития. Поэтому и по позиции Минэкономразвития, и по позиции Министерства промышленности и торговли, которую мы сейчас с вами услышали, Российская Федерация дает определенные гарантии того, что положения и текущих соглашений, и будущих соглашений, которые будут подписаны на основе меморандумов, не будут изменяться, будут действовать четко в соответствии с указанными сроками.

Переходный период и далее

До июля 2018 г. мы с вами спим спокойно и работаем в рамках действующего порядка. После июля 2018 г. надо будет рассматривать отказ от требований по закупке отечественных комплектующих. Я так полагаю, что сохранятся требования определенного уровня добавленной стоимости. Переход от применения нулевых либо сниженных, так называемых преференциальных ставок пошлин, которые сейчас применимы к импортируемым комплектующим, к неким иным механизмам компенсации пошлин. И что отрадно, сущность соглашений, которые подписаны в рамках 166-го и 566-го постановлений, не изменится.

Не позднее июля 2016 г. — это тот срок, когда должны начаться консультации с заинтересованными членами ВТО по вопросам замены механизма промышленной сборки на иные механизмы, которые уже не противоречат ВТО. То есть это или компенсация пошлин, или это, возможно, механизм прямых расчетов между Минфином и ФТС, когда, может быть, все-таки пошлины будут уплачиваться, но они потом будут компенсироваться, или они не будут выплачиваться, но для ФТС они будут Минфином компенсироваться, т. е. не затрагивая интереса импортеров, производителя.

И отрадно, что проект соответствующего документа согласован, он сейчас на финальной стадии.

Актуально, как пойдут переговоры в отношении вот этого уровня добавленной стоимости. Сейчас годовой уровень локализации — это 60% для OEM. Насколько мне известно, где-то, может быть, он будет заменен на минимальный уровень использования российских компонентов в производстве автомобиля, который пока колеблется от 25 до 35%. И тоже немаловажный вопрос — механизм компенсации странам — членам ВТО того ущерба, который потенциально могут нести производители, находящиеся в этих странах. Один из обсуждаемых вариантов — это возможность предоставления квот на беспошлинный ввоз — автокомпонентов, в частности. И здесь потенциально возникает такой аспект, как внутренняя конкуренция в рамках групп компаний. То есть это а-ля параллельный импорт. Сейчас вот мы будем проводить настройки между механизмами ВТО и механизмами промышленной сборки, при этом мы открываем границу — и уже вопрос к участникам рынка: видят ли они здесь внутреннюю конкуренцию, которая все-таки негатив для работы своего предприятия в России.