ИНТЕРВЬЮ: Тельман Исмаилов, президент группы АСТ


“Деньги любят тишину”. Это правило хорошо усвоил президент группы АСТ Тельман Исмаилов. Он обосновался в Москве в середине 80-х гг., в 1989 г. учредил группу АСТ. Ни до, ни после этого он не дал ни одного интервью и тихо, не привлекая особого внимания к своей персоне, наполнил группу активами стоимостью $3 млрд. В этом президент группы АСТ Тельман Исмаилов признался “Ведомостям” во время беседы в его загородном доме.

Тельман Исмаилов – гостеприимный хозяин, разговорчивый, бодрый и, безусловно, обаятельный человек. Он не построил бы свой бизнес, если бы не обладал даром вести переговоры и убеждать людей. Улыбаясь, он рассказывает, что, начиная бизнес в Москве, столкнулся с атаками со стороны бандитов, но сумел им объяснить, что его лучше не трогать. А столичных чиновников он убедил в том, что его идеи – открыть первые в столице коммерческие магазины, рынки “Лужники” и “Черкизовский” – очень хороши. Заработав на торговле, Тельман Исмаилов переключился на более масштабные проекты. Сейчас он крупный строитель офисов, гостиниц и даже целого жилого города в Клину.

Зарабатывать – так с размахом, тратить – так чтобы всем на зависть. Слава об Исмаилове прогремела уже на весь мир. За то, что на одну из вечеринок на Лазурном Берегу он прилетел на позолоченном самолете, британская газета Financial Times в прошлом году включила его в список самых экстравагантных миллиардеров мира. Да, было такое, припоминает Исмаилов и самолет, и вечеринку. Увидев, забыть этот самолет невозможно. На его хвосте, рассказывает Исмаилов, красуется эмблема группы АСТ – черный скорпион. Хобби у миллиардера также серьезное: по его словам, он коллекционирует часы, их у него уже около 2000. В прошлом году на празднование 50-летия предпринимателя приезжала западная поп-дива Дженнифер Лопес. Потому что, как говорит Исмаилов, он дружен с ее мужем – известным певцом Марком Энтони.

Исмаилов говорит, что друзей у него очень много (“Без друзей в жизни ничего не бывает”) – не только бизнесменов, но и артистов. Еще в 1999 г. он был в числе предпринимателей, первыми получивших почетные дипломы президента России за спонсорскую деятельность в области культуры. Единственное, о чем Тельман Исмаилов не захотел говорить, – это как и кому из артистов он помогает. Но впервые рассказал, как заставил Москву работать на себя, почему не ведет бизнес в других российских регионах, на чем заработал первые деньги, на чем будет зарабатывать впредь и о том, с кем он делит прибыль от своего бизнеса.

– Расскажите, где вы родились, где учились, кто были ваши родители.

– Я родился в Баку, в большой семье – нас было 12 детей, я был 10-й. Мать не работала, а отец работал в торговле, занимался текстилем в республике. Я сначала учился в Баку в Азербайджанском народном хозяйственном институте, а после службы в армии перевелся в Московский институт народного хозяйства им. Плеханова.

– То есть вы сразу решили, что торговля – ваше призвание?

– Как говорил Ленин, сын прокурора должен быть прокурором. Ну а сын торгового работника – торговым работником. Все мои братья и сестры получили высшее образование, трое стали врачами, четверо – юристами, двое – инженерами, ну а мы с братом – работниками советской торговли. Это слово мне нравится больше, чем “бизнесмен” или “коммерсант”.

– А когда начали торговлей заниматься?

– Прямо с 1-го курса. На Бакинском бульваре был единственный в городе коммерческий магазин, директором которого я и стал в 18 лет. Потом перешел на работу в Министерство торговли экспертом и ревизором, а в 1982 г. приехал в Москву. В 1984 г. у меня родился сын, я на год вернулся в Баку, там у меня родился второй сын, и в 1985 г. я уже насовсем вернулся в Москву.

– А как вам удалось в 18 лет занять такую должность?

– Я с 14 лет работал у отца, помогал ему. Практика была большая, а она гораздо важнее теории.

– В Москве с чего начинали?

– Сначала тоже работал в Министерстве торговли экономистом, потом перешел экспертом в “Востокинторг” – эта организация занималась экспортно-импортными операциями. В 1988 г. я создал торговый кооператив, он назывался “Коммерческая благотворительная фирма”. А 13 июля 1989 г. зарегистрировал собственную компанию, которая работает и по сей день, – группу АСТ. Название придумал по первым буквам имен своих сыновей – Алик, Сархан, Тельман. За год и три месяца я открыл в Москве 52 коммерческих магазина. До меня этим в столице никто не занимался. Потом открыл рынок “Лужники”. А затем компания уже стала стремительно развиваться по многим направлениям.

“Меня никто не крышевал”

– Откуда вы взяли капитал для открытия магазинов, ведь сумма нужна была немалая?

– Да, 600 000 руб. Семья сложилась, я сам квартиру продал.

– А где располагался ваш первый магазин?

– На Ленинском проспекте, потом открылся на Профсоюзной, да по всему городу. Это были большие, хорошие магазины, в них продавалось все.

– Тогда в стране был дефицит, как вы находили поставщиков?

– Я взял за основу схему работы комиссионных магазинов, только принимал новые товары. Тогда уже появились челноки. Мы наладили с ними контакт, сами тоже возили товары. Потом организовали собственное производство одежды, продуктов и др.

– А как вам удалось получить помещения в таких крутых местах?

– Кто первый придумывает, тот и выигрывает. Я придумал эту идею, меня поддержали.

– Кто поддержал? Московские чиновники? Они, наверное, внакладе не оставались и участвовали в распределении прибыли.

– Да нет, что вы. Просто дело было выгодное.

– Выгодно вам...

– Всем. И государству. Оно ведь не могло обеспечить население товарами. Тогда была такая сеть – “Мосторгодежда”, прилавки ее магазинов пустовали. Я достучался до гендиректора “Мосторгодежды” Крыжевниковой, приехал к ней, сказал: дайте мне

эти помещения в аренду, все равно вы ничего не зарабатываете, она согласилась и с этой аренды платила зарплату своим сотрудникам.

– Вы потом стали владельцем этих магазинов?

– Удалось выкупить восемь магазинов. Там до сих пор располагаются торговые центры АСТ.

– В те времена торговля без “крыши” была невозможна. Вы сталкивались с такими проблемами?

– Конечно. Бывало, каждый день приходили – и милиция, и бандиты, и рэкетиры. Но они быстро уходили. У нас было достаточно средств и защититься, и дать понять, что мы платить никому никогда не будем.

– А почему вы пользовались таким влиянием?

– Потому что я тоже был не подарок. У нас рубль съешь – три отдашь.

– А покушения на вас или на кого-то из вашего окружения были?

– Много было неприятных моментов. Машину взорвать пытались. В 1994 г. мы уже были вынуждены купить бронированный автомобиль.

– Может быть, вы имели и имеете влиятельных друзей, благодаря которым вам удавалось защищаться и продвигать свой бизнес?

– Конечно, друзья были и есть! Они мне помогают, я – им. Без друзей ничего в жизни не бывает. Но так, чтобы меня кто-то крышевал, такого не было никогда.

“Время было такое. Закон не работал”

– Вы сказали, что первым открыли рынок “Лужники”. Как вам это удалось?

– “Лужники” имели перед государством долг. Я вышел с предложением к руководству “Лужников”, от которого они не смогли отказаться.

– А как именно через долг вы пришли туда?

– На то мы и предприниматели, чтобы быть предприимчивыми. Но есть нюанс: иногда сделать что-то можешь, а рассказать, как именно, – нет.

– Хорошо, вам разрешили там торговать. Что дальше?

– Построил там павильоны. Продавали товары, которые сами завозили, и сдавали места в аренду.

– Вы на этой территории работали один или делили место с другими предпринимателями?

– Начал все я, проработал пять лет, после моего ухода там появились другие.

– Почему ушли?

– Потому что, по сути, мы были там на птичьих правах. Время было такое. Закон не работал. Налоговая служба не работала, таможня не работала. Мы не знали, кому платить налоги. Спокойнее было бы, если бы все работало цивилизованно. В итоге я сам и ушел. Нас никто не выдавливал. Просто надо уметь вовремя остановиться и уйти, даже из бизнеса. Нельзя объять необъятное.

– А были тогда у вас еще рынки?

– Были барахолки – стихийно образованные рынки около разных станций метро. Мы все их потом перенесли в Черкизово.

– Как вы оказались владельцем Черкизовского рынка?

– Я его открыл в 1993 г. Мы купили право аренды на 49 лет, построили помещения.

– Во сколько обошлось создание рынка? Каков сейчас его оборот?

– Мы вложили десятки миллионов долларов. Сейчас ежемесячный оборот нашей части рынка – 250 млн руб.

– Зарах Илиев, ваш земляк, является вашим партнером по Черкизовскому рынку?

– Нет. Он владеет своей частью территории рынка. Всего же там работает 28 компаний.

– А по площади какой у вас участок?

– Не помню, честно. Я за 15 лет был там всего четыре раза. Могу сказать, что самый большой участок – больше половины территории.

– До какого момента арендаторы платили вам наличными?

– Это закончилось лет 6–7 назад. Сейчас мы платим большие налоги, чтобы не иметь больших проблем. Например, раньше у меня была зарплата 160 000 руб. в месяц, сейчас – 5,5 млн руб. Менеджеры получают по 300 000 руб. в месяц, все вбелую.

“У меня не было и нет партнеров”

– Когда начала разрастаться ваша империя?

– В середине 90-х. Приходили деньги, их надо было куда-то вкладывать, я придумывал идеи. Например, мы покупали в больших количествах китайские товары, скупали годовые обороты нескольких местных фабрик. А потом я понял, что все это можно и у нас производить, и мы построили в Москве три фабрики: трикотажную, чулочно-перчаточную и по производству кожгалантереи. Или купил я как-то 150 машин, а потом мы организовали компанию “АСТ-Такси”. Купили “Московский полиграфический дом”, эта типография не работала, мы завезли оборудование, и сейчас это уникальная типография, аналогов которой нет в России. Открывали рестораны и кафе – их у нас сейчас около 100. Во что только не вкладывали: и в производство ювелирных изделий, и в производство сельхозпродукции, и в строительство, и др.

– В итоге вы стали владельцем многих разнопрофильных компаний. Каков их совокупный годовой оборот? Как структурирован бизнес с точки зрения собственности?

– Оборот – $2 млрд. Головная структура – группа АСТ владеет напрямую 31 компанией.

– Какова, по вашей оценке, стоимость активов группы АСТ?

– Около $3 млрд.

– Вы говорили, что друзья в жизни очень важны. Много ли у вас друзей-предпринимателей? Есть ли у вас партнеры или в бизнесе вы справляетесь без них?

– Многие известные предприниматели – мои хорошие знакомые. Но ни с кем из них у меня не было совместного бизнеса, никаких денежных отношений. У меня не было и нет партнеров. Они мне не нужны, потому что у меня есть сыновья, вместе с которыми я работаю.

– Кто является акционером группы АСТ?

– Компания в равных долях принадлежит мне, двум моим сыновьям и племяннику старшего брата, который давно со мной работает и уже стал мне как сын.

– Какие проекты АСТ самые прибыльные?

– Самый прибыльный – строительство. Скажем, торговля алкоголем имеет большой оборот, но прибыль не такая большая. А типография – наоборот: оборот небольшой, а прибыль дает большую.

– На сайте группы АСТ говорится, что строительная компания “АСТ-Капстрой” – лучшая в столице. По какому критерию она лучшая?

– По качеству. Она инвестор и строитель элитных офисных зданий в Москве. Построила офисный центр на Красной Пресне – 70 000 кв. м. На Поклонной горе будем строить офисный и торгово-развлекательный центр на 330 000 кв. м. Скоро закончится реконструкция “Военторга”, уже подписаны протоколы с несколькими крупными арендаторами – Microsoft, Sony, Barclays Bank.

– Сколько площадей в собственности группы?

– Около 1,5 млн кв. м. Все они в Москве.

– Вы также занимались скупкой земли в Подмосковье. Сколько и где купили?

– Я купил большой участок – 3500 га – в Клинском районе. Там располагается большой колхоз с большим агрокомплексом. Разводим около 2000 коров, из них 1400 дойные. Уже построили там два молокозавода, продаем молоко под брендом “АСТ-Долголетие”. Строим там же, в Клину, крахмальный завод для нужд нефтяников.

– А под жилое строительство планируете эту территорию использовать?

– АСТ претендует на попадание в нацпроект “Доступное жилье”, так что будем строить в Клину жилье.

– Для того чтобы попасть в этот проект, нужно иметь планы строительства от 1 млн кв. м.

– Столько примерно и будет. Проект разрабатывается. Со следующего года должны будем строить по 330 000 кв. м в год и в течение трех лет закончим строительство. По территории этого города пойдет новая дорога Москва – Санкт-Петербург.

– Сколько средств вам понадобится для реализации этого проекта?

– Пока непонятно.

– В последние годы вы занялись строительством гостиниц. Уже работает гостиница в Филях, строится на Арбате. А сколько всего вы хотите построить гостиниц в Москве?

– В Москве планируем строить трехзвездочные отели. Небольшие – по 125–140 номеров. Всего будем покупать около 20 площадок. Переговоры по этим площадкам находятся на различных стадиях. Это будет сеть гостиниц “Сафиса”. Эти же названия будут носить отели, строящиеся за границей.

– У вас уже есть отели за границей?

– В Турции построено пять небольших гостиниц. Заканчиваем строительство в Анталье большого отеля. Есть планы построить по одному отелю в Болгарии, Хорватии, Черногории.

– Можете сказать, сколько средств инвестировали в строительство гостиниц в Москве и Турции?

– Много. Возведение одного лишь отеля в Анталье обошлось в $500 млн.

– Строительство гостиниц за границей – это попытка переложить деньги в активы в других странах?

– Вовсе нет. Компания должна развиваться, а строительство и гостиничный – это самые перспективные направления.

– Считается, что строительство гостиниц – менее выгодное дело, чем, скажем, строительство офисов. Конечно, у вас есть собственная компания-оператор. Но все же срок окупаемости больше, да и раскрутка требуется.

– Свой оператор – это уже полдела, а места, где находятся мои гостиницы, раскручивать не надо. Разве отелю напротив “Праги” нужна реклама? Турция – популярное место. В прошлом году там отдыхало 7,5 млн человек, в этом году на 1 июля – уже 6,2 млн.

– С каждым годом ваши проекты становятся все масштабнее. Вы используете привлеченные средства?

– В основном собственные, но привлеченные тоже.

– А нет идеи провести IPO для привлечения средств?

– Подготовка к IPO идет, думаю, через год продадим в Лондоне 10–15% группы АСТ. У нас уже есть консолидированная отчетность, цифры пока назвать не могу.

– Помимо строительства какие еще планы по расширению бизнеса?

– У нас обширные планы производить разные потребительские товары, которые выпускаются в Китае. Купив их технологии и производства, можно в России выпускать все, что сейчас делается в Китае и продается в России.

“Мой бизнес независим от политических рисков”

– Вам принадлежит самый известный в Москве ресторан “Прага”. Как вы стали его владельцем?

– С “Прагой” связана вся моя юность. Я хожу туда с 1976 г., отмечал там свое 20-летие, получение диплома, у меня там много друзей работало. В середине 90-х ресторан выставили на аукцион, его очень хотела купить одна шведская компания. Ни работники ресторана, ни я не хотели этого допустить. И в итоге, перебив заявку шведов, я купил ресторан. В его переделку мы вложили $30 млн. Зато сейчас “Прага” – лучший ресторан в Москве. Некоторые бывшие сотрудники ресторана сейчас работают директорами компаний АСТ. Всем, кто ушел на пенсию, мы специальным приказом сохранили пожизненную зарплату.

– Не пытались у вас перекупить “Прагу”?

– Пытались. И сейчас за нее аукционный дом Sotheby’s предлагает $250 млн. Говорят, это историческое здание, сердце Москвы. Но я “Прагу” никогда не продам. Это часть моей истории. Знаете, приятно, что можно вечером зайти в красивый бар, там друзья, женщины в длинных платьях, особая атмосфера. Все это очень красиво. Хотя совершенно недоходно. “Прага” – единственный проект, который не приносит прибыли, просто для души.

– А вы покупали когда-нибудь индустриальные, добывающие активы?

– У меня есть опыт работы в ТЭКе, но он связан только с приобретением и последующей продажей активов. Например, в свое время в Оренбургской области мы купили лицензии на разработку нефтяных месторождений. Потом навели там порядок и продали их. Недавно выиграли в Коми аукцион – купили 13 нефтяных скважин. Мы там тоже наведем порядок и впоследствии перепродадим. Это просто инвестиции. Я не хочу серьезно заниматься нефтяным бизнесом, потому что, если я чем-то занимаюсь, я должен быть первым.

– А в покупку акций российских компаний на фондовом рынке деньги вкладываете?

– Для того чтобы играть на фондовом рынке, необходимо много вкладывать. У меня нет лишних денег для такого рода вложений. Тем более мой бизнес мне больше дает.

– Насколько ваш бизнес зависим от политических рисков?

– Никак не зависим. К примеру, во время дефолта 1998 г. большая часть компаний находилась на грани, мы же выиграли и даже на конвертации заработали $1,7 млн.

– В России у вас есть активы за пределами Московского региона?

– Нет.

– Почему?

– Потому что Москва мне нравится больше всего. (Улыбается.)

– Вам удалось развернуть в Москве очень большой бизнес. Наверное, это невозможно сделать, не имея особых отношений с московскими чиновниками.

– Возможно.

– Но вы должны быть благодарны Москве. Вы участвуете в каких-то социальных программах?

– Конечно. Мы создали Академию предпринимательства при правительстве Москвы с филиалами в 67 регионах. Финансировали первые юношеские Олимпийские игры в столице, строительство храма Христа Спасителя.

– А насколько, по вашему мнению, благоприятны условия для развития бизнеса в Москве?

– У сложившихся компаний перспективы огромные. Но начать что-то делать с нуля в Москве сейчас крайне сложно.