Статья опубликована в № 3284 от 12.02.2013 под заголовком: «У него было чутье»

Персона - Рем Вяхирев, бывший предправления «Газпрома»

Вчера ушел из жизни первый руководитель «Газпрома» Рем Вяхирев. «Человек-эпоха» – так называют его близкие знакомые, говоря, что он до последнего переживал за происходящее в компании, которую он создал и считал своей
Первый руководитель «Газпрома» Рем Вяхирев
С.Гунеев / РИА Новости
Друзья и попутчики. Алишер Усманов

В интервью «Ведомостям» в 2003 г. Алишер Усманов рассказывал: «В 2000 г. я стал гендиректором «Газпроминвестхолдинга» (дочерняя структура «Газпрома». – «Ведомости»), у меня были иные задачи. «Газпроминвестхолдингу» предстояло избавиться от непрофильного бизнеса, в частности от принадлежавших ему акций металлургических предприятий – Оскольского электрометаллургического комбината (ОЭМК) и Лебединского ГОКа (ЛГОК). Весной 2002 г. мы эту задачу успешно выполнили – с большой выгодой реализовали эти активы. Доходность сделки по продаже акций «Газметалла», в который вошли ОЭМК и ЛГОК, составила не менее 15% годовых, а в сумме «Газпром» выручил $72 млн – на $20 млн больше, чем он в свое время туда вложил». Эти предприятия оказались в собственности структур Усманова и положили начало строительству его гигантской металлургической империи.

Игорь Макаров

При Реме Вяхиреве основанная Игорем Макаровым «Итера» была вторым после «Газпрома» продавцом и производителем газа в России и СНГ. «Газпром» уступил «Итере» ряд добывающих активов и сделал эксклюзивным поставщиком среднеазиатского газа на Украину. Бизнес «Итеры» рос: к 2000 г. оборот компании был около $3 млрд, объем контрактов – 83,5 млрд куб. м, а запасы – более 1 трлн куб. м.

Яков Голдовский

Бизнесмен Яков Голдовский благодаря деньгам «Газпрома» создал крупнейший в России нефтегазохимический холдинг «Сибур». В 2000 г. «Газпром» купил 51% акций «Сибура» за $80 млн, но вскоре Голдовский с партнерами решили консолидировать все предприятия группы при участии «Газпрома» и получить контроль в суперхолдинге. В мае 2001 г. Вяхирев был отправлен в отставку.

«Очень неожиданная новость! Ничего не предвещало. Несмотря на возраст, Вяхирев неплохо себя чувствовал, – сказал вчера вечером «Ведомостям» бывший зампред правления «Газпрома», курировавший экспорт, Юрий Комаров. – Это был человек, который чрезвычайно сильно и искренне любил «Газпром». Он один из тех людей, кто создал «Газпром» и сумел сохранить его в такие тяжелые 1990-е годы. Вяхирев заложил хорошую техническую базу, которая надежно функционирует до сих пор. Он много сделал для того, чтобы «Газпром» появился на внешних рынках. И ведь Вяхирев не был ни профессиональным дипломатом, ни коммерсантом, но у него было чутье. Он уже тогда понимал, насколько важно для «Газпрома» появиться на сбытовом рынке Европы».

«Это большая утрата. Мне очень тяжело сейчас говорить. Простите», – сказал сподвижник Вяхирева Петр Родионов, бывший министр топлива и энергетики, зампред правления «Газпрома». «Это величайший человек и величайший профессионал из всех, кого я когда-либо знал», – сказал глава «Итеры» Игорь Макаров.

Руководитель советского стиля

«Вяхирев был руководителем советского стиля, определенного воспитания, «Газпром» под его руководством по тем временам – эффективная компания, насколько этого можно было добиться», – говорит Евгений Ясин (министр экономики в 1994–1997 гг.). Он вспоминает: «У нас были сложные отношения с Лужковым. Однажды сидели у Виктора Степановича и обсуждали вопросы о выдаче денег на строительство храма Христа Спасителя. Мы не могли найти эти деньги в бюджете. Вот тогда при нас Виктор Степанович, который лучше понимал, с кем надо «дружить», позвонил Вяхиреву и сказал: «Слушай, Рем, дай Лужкову определенный лимит на продажу газа». Это означало, что этот газ будет продан за границей и вырученные деньги будут направлены на пассивные цели. Я не знаю, что ответил Вяхирев, но деньги он дал. Это был как бы второй бюджет России, тогда как первый был исключительно тощ. Тогда цена нефти была не $108 за баррель, а $8. Но газ все-таки продавался, и, хотя «Газпром» не давился от изобилия, деньги были и ими можно было как-то маневрировать».

До того как возглавить «Газпром» в марте 1993 г., Вяхирев 25 лет проработал в газовой отрасли. Из них последние шесть – замом Черномырдина в госконцерне «Газпром». Вяхирев при поддержке Черномырдина рулил «Газпромом» самовластно, не считаясь почти ни с кем, кроме президента. До мая 1997 г. у Вяхирева был трастовый договор с государством на доверительное управление госпакетом (40% акций) «Газпрома». Именно мощь «Газпрома», когда им руководил Вяхирев, создавала много конфликтов. Вчера Борис Немцов сказал «Ведомостям»: «Я знал Рема Вяхирева, мы с ним много конфликтовали (когда Немцов был министром энергетики. – «Ведомости»). Но я могу сказать, что он был человеком сильным и незаурядным. В 1997 г. мы с ним вместе участвовали в официальном визите в Швецию. У нас с ним был очень большой конфликт по поводу акций [«Газпрома»], которые он не хотел отдавать государству. Во время официального мероприятия Борис Ельцин поинтересовался, отдал ли Вяхирев акции. Я ответил отрицательно. Тогда на глазах у короля и королевы Швеции мы развернулись и пошли к Вяхиреву. Ельцин рекомендовал ему все вернуть, а Вяхирев сказал мне, что этот разговор он никогда не забудет. И не забыл, судя по интервью в Forbes. Тем не менее он много сделал для «Газпрома» и в целом для газовой отрасли».

В ноябре прошлого года в интервью Forbes Вяхирев рассказал о судьбоносной встрече с Черномырдиным: «Школу я в итоге закончил в Куйбышеве. Там же поступил на нефтегазовый факультет политехнического института <...> По распределению нас отправили после окончания в «Куйбышевнефть». А потом в Оренбурге открыли газовое месторождение. Мне один друг предложил, я и поехал. Там и с Черномором [Виктором Черномырдиным. – Forbes] познакомились. Он перешел к нам на завод из партийцев. В «Оренбурггазпроме» было два основных подразделения – газодобыча и газопереработка. Вот он в переработку пришел из горкома партии, а я дослужился до главного инженера всего объединения». Это было единственное интервью, которое за последние 11 лет дал Вяхирев. В нем он сказал, что владеет поместьем в Подмосковье (около 50 га земли) и пакетом «Газпрома» в 0,01182% акций.

Газовый король

В 90-е Вяхирев был признанным газовым королем, вспоминает человек, работавший тогда в федеральном правительстве, силу и влияние ему давала работа в тандеме с Черномырдиным. Это они Министерство газовой промышленности превратили в акционерное общество, они планировали агрессивную экспансию «Газпрома», они начали активно привлекать зарубежные инвестиции и заключать долгосрочные контракты.

Дитер Бандлов, координатор национальных оргкомитетов Российско-германского сырьевого форума, вспоминает: «Вяхирев умел придать любой встрече неформальный, доброжелательный характер. Вспоминаю наше первое знакомство. Он обо мне раньше вряд ли слышал, как о представителе небольшой компании. Но все равно принял, как своего человека, и разговаривал, как с равным. Я бы сказал – технарь технаря понимает сразу. Вяхирев досконально знал свое дело, был очень компетентным человеком. «Газпром» до сих пор реализует многие задумки Вяхирева: Ямал, «Северный поток»... Вяхирев и Черномырдин сохранили «Газпром». Иначе с ним было бы как с нефтяной отраслью, которая рассыпалась на множество компаний и только сейчас ее объединяют. Сколько было попыток разбить «Газпром» на куски! Но ведь сохранили в целости».

Авторитет Вяхирева в те годы был непререкаем. Вяхирев – на вид такой простой, невысокий мужчина, похожий на гриб, вспоминает бывший сотрудник «Газпрома»: «Но как рявкнет – земля уходит из-под ног». Он всегда знал, чего хотел, и уперто шел к своей цели, характеризует собеседник «Ведомостей»: «И ведь почти всегда достигал своей цели». Вяхирев не Миллер, говорит работник «Газпрома»: «Все всегда понимали, что Миллер – посаженный, а Вяхирев – коренной. Казалось, что он знал каждый вентиль в отрасли». Вяхирев пользовался безграничным авторитетом среди газовиков, их мало интересовали «дела Вяхирева наверху», но они всегда знали, что работа в «Газпроме» – это безбедная жизнь, квартира, поликлиника и частная школа для детей. Вяхирев для них был самой стабильностью.

Свой в доску среди газовиков, Вяхирев не мог ужиться с молодыми реформаторами – их Ельцин позвал реформировать экономику. Он даже не скрывал, что ненавидит Анатолия Чубайса, который был то вице-премьером, то главой администрации президента. Чубайс тогда занимался секвестром бюджета (это когда надо сокращать необоснованные расходы бюджета) и сбором дополнительных доходов в бюджет, потому казна тогда была наполовину пустой и нередко не было денег, чтобы расплатиться с поставщиками государства или заплатить зарплату работникам бюджетного сектора. Чубайс и его команда требовали от Вяхирева денег, ведь в середине 1990-х гг. «Газпром» при всей своей мощи и амбициозности числился одним из крупнейших неплательщиков налогов. «Газпром» настаивал, что долг «Газпрома» перед бюджетом искусственный, ведь потребители тоже почти ничего не платили «Газпрому»: в 1996 г. они были должны 70 трлн руб. (до деноминации).

Руководство «Газпрома» чувствовало несправедливость: правительство давило на холдинг с требованием уплаты налогов, а само за потребляемый газ не платило. Это было время хронических неплатежей, многие потребители рассчитывались не деньгами, а своим товаром. Бартер образовывал псевдооборот, порождающий налоговые обязательства.

Война «Газпрома» и правительства шла не на жизнь, а на смерть, вспоминает бывший федеральный чиновник, и даже был момент, когда Черномырдин отошел в сторону: вроде бы друг Вяхирева, но и председатель правительства тоже. Вяхирев злился, но с Чубайсом все-таки договорился – в мае 1997 г. начал рассчитываться с государством. Когда «Газпром» стал платить в бюджет, все остальные неплательщики тоже стали потихоньку рассчитываться с государством: если Вяхирев заплатил, который работал под покровительством Черномырдина, то что уж делать остальным, вздыхали бизнесмены.

Вяхирев был без тормозов, он считал, что он занимается развитием отрасли, а все эти иностранные термины типа «конфликт интересов» его смешили, вспоминает бывший его коллега. Вяхирев не видел ничего плохого, что дочернюю экспортную компанию возглавил его сын, а другую, «дочку» «Бургаз», – его брат: «Это было просто доверие». В декабре 1998 г. государство продало 2,5% акций «Газпрома», на аукционе победила Ruhrgaz AG. Ruhrgaz обещала, что в начале 1999 г. планирует докупить на внутреннем рынке еще 1,5% акций «Газпрома». Но делала не сама, а через новое совместное предприятие «Газэкспорт». Впоследствии его возглавил Юрий Вяхирев.

Среди обитателей Кремля и «Газпрома» того времени ходит легенда об одном из первых разговоров Вяхирева и Владимира Путина, уже ставшего и.о. президента. В книге «Газпром» – новое русское оружие» описывается разговор Вяхирева с Путиным во время одной из поездок по стране в самолете:

«– Когда это прекратится? Вы что же, не можете заставить НТВ держать себя в рамках? – спросил Путин у Вяхирева. Глава «Газпрома» начал что-то говорить про свободу слова. Взгляд и.о. президента потяжелел.

– У вас блокирующий пакет и вы ничего не можете сделать? В общем, если ты не поставишь их на место, я тебя порву.

Рем Вяхирев, полновластный хозяин важнейшей компании России, наверное, никогда прежде не слышал подобных слов. Он был в таком шоке, что ничего не ответил. Не меньше были шокированы и многочисленные свидетели этого разговора – хотя Путин уже и успел прославиться своим «мочить в сортире».

– И что теперь делать? – пробормотал Вяхирев, выйдя из самолета.

– Что делать... Без пяти минут президент все-таки... – не могли прийти в себя от пережитого ужаса вяхиревские приближенные».

Бывшие сотрудники компании любят рассказывать, как на оперативных совещаниях, узнав о какой-нибудь аварии на трубопроводе и о том, что ремонтная бригада выехала на место, Вяхирев сначала матерился, а потом, замерев, потерев виски, начинал советовать: «Только скажи ребятам, пусть они не напрямик едут, там после 115-го км начинается болото. Там можно и технику угробить. А пусть сделают крюк, пройдут верхом, а потом спустятся, там за 118-м есть такая ложбинка, и там им будет удобнее подойти».

Он знал «Газпром», как себя.

«Мы вместе учились в Германии азам рыночной экономики, где он был у нас старостой нашей группы, – вспоминает совладелец газового трейдера «Транснафта» Валерий Кондрачук. – И мне запомнился один случай, который произошел лет 20 назад. Однажды утром один из руководителей Ruhrgas прибежал взволнованный: «Рем Иванович, сообщили, что на одной из ниток газопровода Уренгой – Западная граница произошла авария – разрыв!» Но Рем Иванович не повел и бровью: «Не переживайте! Все уже переключено на резервные мощности. У Германии не будет в связи с этим никаких проблем с поставками». А Германия между тем получала 30% всего российского газа. И тем не менее никаких срывов поставок не было. Мы пошли учиться дальше рыночной экономике».

Победа Путина

Эпоха Вяхирева в «Газпроме» закончилась 30 мая 2001 г. Это была первая значительная победа президента. Во главе крупнейшей компании страны, имеющей серьезное внешнеполитическое влияние, встал человек, абсолютно подконтрольный и преданный ему лично, – Алексей Миллер.

О том, что руководить «Газпромом» ему осталось всего несколько часов, 64-летний газовик Вяхирев узнал рано утром 30 мая 2001 г. лично от президента Путина в его кремлевском кабинете. Путин поблагодарил Вяхирева за работу и сообщил, что трудовой контракт главы «Газпрома», истекавший на следующий день, 31 мая, не будет продлен.

«В лояльности Вяхирева [президенту Владимиру Путину] никто не сомневался, даже поддержку Примакова с Лужковым ему простили, – рассказывал бывший высокопоставленный чиновник Кремля. – Но у Путина и его окружения сложилось стойкое мнение, что он не очень эффективный и консервативный менеджер, а компании нужна новая кровь».

Отставка команды Вяхирева планировалась задолго до 30 мая. Ему дали понять, что пора готовиться к уходу, как только Путин стал премьером в августе 1999 г., вспоминает один из близких Вяхирева: потихоньку начинали перекрывать кислород, в «Газпром» зачастили проверяющие из налоговой и прокуратуры. С конца 1999 г. Вяхирев публично жаловался, что устал и хочет на пенсию. Как-то раз членам правления «Газпрома» даже раздали документы о досрочном расторжении трудового контракта Вяхирева, но потом бумаги забрали обратно и приказали молчать, рассказывает один из присутствовавших на том правлении.

У Вяхирева, впрочем, была своя версия, свое понимание, как он ушел из «Газпрома». В интервью Forbes он сказал: «Новый «царь» начал мне вопросы задавать довольно-таки интересные. Ну я и говорю: если я не на месте, то сейчас прямо и ухожу. Это в марте 2001 г. было, а контракт у меня в мае заканчивался <...> Да и допекли меня, невозможно работать: обложили, как медведя в берлоге, всякими дуростями, проверками. Я думаю, нашли бы какую-то причину, башку бы оторвали мне, а зачем ждать, когда оторвут? Путин, когда услышал, что я ухожу, так обрадовался, что прямо при мне начал звонить [Александру] Волошину (в 2001 г. занимал пост руководителя администрации президента. – Forbes) с поручением выписать орден. Правда, они мне его не вручали до самой зимы. А Медведев меня еще и в совете директоров попросил остаться. Я туда ходил, как дурак. Ну, на самом деле, что мне там делать? Они сидят, шепчутся друг с другом, делают, что хотят, а ты как баран. А я пешкой не привык быть. Миллера я совсем чуть-чуть знал, он замминистра энергетики был совсем недолго. Ни о каком возврате активов «Газпрома» со мной не беседовали».

После «Газпрома»

Как-то в разговоре со своим знакомым Вяхирев мечтал: «Бог даст, будут у меня коровник, конюшня хорошая, птичник, овчарня». После отставки его мечты сбылись. И не только его.

Фермерская идиллия, которую рисовал бывший председатель правления «Газпрома» Рем Вяхирев, стала реальностью. Вяхирев почти не выезжал из своего загородного дома. По словам его редких гостей, он жил «тихо и скромно», вел маленькое фермерское хозяйство на 15 га земли и ловил карпов и форель в пруду рядом с домом. Особый предмет гордости Вяхирева – олень, который живет у него на участке. Впрочем, жизнь затворника Вяхиреву вряд ли была по душе, вспоминал один из его близких знакомых. Он, как человек деятельный, не мог не интересоваться общественной жизнью. Как-то Вяхирев рассказывал своим близким друзьям, что может возглавить Общественную палату при президенте, и спрашивал у них совета. «Видимо, конкретного предложения ему так и не поступило, – говорит собеседник «Ведомостей». – Но Вяхирев все еще надеется, что может пригодиться нынешней власти». «После ухода из компании Вяхирев вел закрытый образ жизни, но следил за тем, что происходило в «Газпроме», и очень переживал за него», – сказал Комаров.

«Рем Иванович Вяхирев был ярким и сильным человеком. И, пожалуй, прежде всего он был патриотом своей страны. Мудрость и значение многих принимаемых им решений можно оценить лишь годы спустя. С Вяхиревым ушла целая эпоха в жизни современной России. Эпоха трудная и сложная, но именно она заложила основу сегодняшних успехов России. Я уверен: имя Вяхирева навсегда останется в истории нашей страны», – сказал вчера «Ведомостям» генеральный директор «Газпроминвестхолдинга» Алишер Усманов.

Выбор редактора
Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать