Статья опубликована в № 3449 от 10.10.2013 под заголовком: От редакции: Кремлевские старты

От редакции: Кремлевские старты

D.Lovetsky / AP

Любая страна, принимающая Олимпиаду, стремится добавить олимпийской символике национального колорита, отсюда специальный дизайн медалей, факелов, формы, свои талисманы. Начавшаяся на этой неделе в Москве эстафета огня зимних Игр в Сочи добавила уже столько местных смыслов олимпийскому факелу, что впору считать его символом состояния российского общества, политики и экономики.

Олимпиада в России - мероприятие, перегруженное патриотическими аллюзиями. Поэтому среди участников эстафеты олимпийского огня множество чиновников, в том числе высокого ранга. Как-то поучаствовать в Олимпиаде - значит причаститься проекту, курируемому самим президентом, поддержать политику формирования духовных скреп.

Неопределенное пока положение духовных скреп приводит к тому, что олимпийская эстафета породила мучительную дискуссию среди так называемых православных патриотов: как согласовать языческие корни олимпийской церемонии с вроде бы приоритетной ролью РПЦ в окормлении российского государства? То, что олимпийский огонь погас в Кремле, является ли свидетельством победы православной символики над языческой? Важный вопрос.

Олимпийские факелы гаснут в прямом эфире центральных телеканалов - и это становится главной темой обсуждений в СМИ и социальных сетях. Член центрального штаба Общероссийского народного фронта Михаил Старшинов предложил по итогам эстафеты направить запрос в Следственный комитет и проверить причины неисправности факелов и целевое расходование средств изготовителем (Красноярский машиностроительный завод). Конечно, огонь гас и на других Олимпиадах, но у нас свои счеты с огнем.

Изготовители и оргкомитет обещали, что наш уникальный факел не погаснет ни за что, - ясно, что теперь кто-то должен пропиариться и на обратной ситуации. Пафос идеи Старшинова симптоматичен: горение факела в прямом эфире - дело государственное, а угасание - едва ли не преступление против государства.

Тут фронт оправдывает название «народный»: представление о плохом качестве любой вещи, произведенной российскими руками, - от автомобиля ВАЗ до космических спутников - широко распространено в обществе. Повышенное и болезненное внимание к проблемам олимпийских факелов (смесь стыда и злорадства, по выражению блогера Дмитрия Губина) отражает общее отношение к самой Олимпиаде в Сочи: да, мы хотим испытать гордость за страну и победить на спортивных площадках, но подготовка к Олимпиаде идет за наш счет и без нашего участия, и то, что там настроено, обязательно сломается (собственно, уже и ломалось, и затапливалось).

В 2012 г. фонду «Общественное мнение» 45% опрошенных сказали, что на Олимпиаду тратится больше средств, чем нужно (22% - столько, сколько нужно, 1% - меньше, чем нужно, 32% затруднились ответить). В 2013 г. в опросе «Левада-центра» только 22% считают, что средства из бюджета на Олимпиаду расходуются довольно эффективно, 35% - малоэффективно, 11% - совершенно неэффективно, 19% - попросту разворовываются.

Из опрошенных ФОМом только 16% заявили, что доходы позволяют им посетить Олимпиаду в Сочи. Большинство россиян воспринимают Олимпиаду в Сочи как чужой праздник, негатив усиливается общим недоверием к власти и сложной экономической ситуацией.