Обыски в «Открытой России» не имеют отношения к «делу о $50 млрд», считают адвокаты

При обысках изъяты электронные носители, телефоны, документы, а в Санкт-Петербурге еще и документы партии «Парнас», сообщил «Ведомостям» адвокат «Открытой России» Сергей Бадамшин: «Это политическая акция и форма давления на Ходорковского. А СКР почему-то говорит об иске на $50 млрд, к которому ни Ходорковский, ни «Открытая Россия (организация признана нежелательной на территории РФ)» и ее сотрудники отношения не имеют». Ходорковский сказал «Эху Москвы», что никто из нынешних сотрудников «Открытой России» в ЮКОСе не работал, но они осознают, что такое давление неизбежно. Баронова связывает обыски с публикацией «Открытой Россией» материалов об «испанском деле», согласно которым назначение Александра Бастрыкина на пост главы СКР якобы лоббировала одна из российских преступных группировок.

Во вторник следователи провели обыски в московском и петербургском офисах «Открытой России» и в квартирах нескольких ее сотрудников, включая пресс-секретаря Михаила Ходорковского Кюлле Писпанен. Всего, по словам координатора правозащитной программы «Открытой России» Марии Бароновой, обыски прошли по меньшей мере у 10 человек. В постановлении об обысках говорится, что они проводятся по делу № 18/41-03 – это «материнское» дело ЮКОСа, открытое в 2003 г.

Обыски связаны с судебными разбирательствами, инициированными от лица бывших акционеров ЮКОСа, по которым международный суд в Гааге постановил взыскать с России $50 млрд, сообщил представитель СКР Владимир Маркин. По его словам, следствие проверяет сведения, представленные истцами, на предмет законности и правомерности приобретения акций ЮКОСа и последующего распоряжения ими. Для проверки сведений «о легализации в России денежных средств, вырученных от легализации ранее похищенного имущества», СКР совместно с МВД провели обыски у лиц, финансируемых из-за рубежа со счетов организаций, которые были или до сих пор подконтрольны Ходорковскому, Леониду Невзлину и другим «участникам возглавляемой ими группы», сказал Маркин.

Позиция России в международных судах по делу о взыскании $50 млрд сводится к двум аргументам: арбитраж в Гааге не мог рассматривать жалобу на нарушение Энергетической хартии, так как она не была ратифицирована Россией, а заявители утаили от суда тот факт, что они завладели акциями ЮКОСа с использованием мошеннических схем и в нарушение закона. Истцы вообще не могут претендовать на какие-либо выплаты, так как они связаны с бывшими владельцами ЮКОСа, купившими в 1995–1996 гг. акции компании на аукционах с нарушением закона, доказывают представители России.

Это не первый «наезд» на «Открытую Россию», напоминает адвокат Константин Ривкин. В апреле поводом для обысков в офисе стали сведения о подготовке экстремистских агитматериалов. В день выборов, 13 сентября, обыскивали костромской офис проекта «Открытые выборы» – в полицию якобы поступило сообщение об убийстве. «С 2003 г. в производстве у СКР находится дело № 18/41-03, от него отпочковывались все остальные, по которым судили Ходорковского, Платона Лебедева и других. Оно насчитывает фантастическое количество томов, в нем легко можно найти все, что угодно следователю. Они это делают не в первый раз, в свое время были найдены материалы против ученых, сейчас появилась бредовая версия, что проверяется правомерность приобретения юкосовских акций», – говорит Ривкин.

Ходорковский, проживающий за границей, был вызван на допрос в СКР на 11 декабря. 10 декабря на пресс-конференции он предрек России неизбежную революцию. 11 декабря ему были заочно предъявлены обвинения в убийстве в 1998 г. мэра Нефтеюганска Владимира Петухова.

Происходит взаимная радикализация риторики и действий: с одной стороны, Ходорковский привлекает внимание заявлениями о революции, с другой – срабатывают силовые рефлексы у власти, говорит политолог Михаил Виноградов: «Стороны разогреваются: Ходорковский может показать, что он значительная политическая фигура, переключив внимание от вопроса о своих достижениях за два года после выхода из тюрьмы, а власти получают дополнительный повод, чтобы показать, что силовые рычаги по-прежнему работают. В любом случае эти события будут считываться как политические».