Статья опубликована в № 3976 от 08.12.2015 под заголовком: Финансовый фронт: Страсти по надзору

Страсти по надзору

Президент Московской межбанковской валютной ассоциации Алексей Мамонтов считает вредной зачистку банковского сектора
  • Алексей Мамонтов

Положение дел в банковской отрасли, несмотря на уверения денежных властей, стремительно ухудшается. За январь – июль просроченная задолженность по кредитам, депозитам и прочим размещенным средствам выросла на 57,6% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Прибыль банков за тот же отрезок времени в годовом выражении снизилась в 15 раз до 34 млрд руб. С начала года отозвано уже свыше 70 банковских лицензий. В последние недели этот процесс принял почти фарсовый характер: с рынка убираются по 4–5 банков в неделю.

Банковская система страны переживает самые трудные за всю ее новейшую историю времена. Теперь это констатируют даже генералы финансового бизнеса. Один из них, глава крупнейшего банка страны, недавно заявил: «Фактически мы переживаем масштабнейший банковский кризис, самый тяжелый и самый затяжной за последние 20 лет».

Нынешний кризис, в отличие от предыдущих, вызван как внешними, так и внутренними причинами. Среди первых – падение мировых цен на российский экспорт, сокращение притока иностранной валюты, закрытие внешних денежных рынков, введение санкционного режима. Вторые – рост стоимости внутренних заимствований, усиление курсовых колебаний, переход экономики в зону рецессии, сужение спроса, сокращение инвестиций, сжатие рефинансирования.

Нельзя, однако, не видеть еще одно отличие нынешней ситуации от той, что была в 2008 г., в разгар глобального финансового кризиса. Тогда денежные власти, по сути, спасли отечественную банковскую систему от коллапса, осуществив целый ряд мер крупномасштабной ресурсной и регулятивной поддержки кредитных организаций.

Иное сегодня. Нынешний кризис протекает на фоне тоже беспрецедентной, но не поддержки, а атаки на частный банковский бизнес.

Да, в нашей банковской системе действительно накопилось много своих проблем и болезней (низкая капитализация, хронический внутренний дефицит дешевых ресурсов, распространение нишевых услуг, серых схем, сомнительных транзакций, «живописание» балансов, надувание капиталов и т. п.). Всё это есть – и было всегда. Однако почему именно сегодня, когда ко всем прежним бедам и проблемам добавились новые, регулятор решил усугубить их нарастающим надзорным прессингом?

Чтобы ответить на этот вопрос, попробуем оценить плюсы и минусы нынешней надзорной деятельности ЦБ.

Положительные ее результаты продекларированы самим регулятором. Это расчистка банковского сектора от так называемых эрзац-банков (но такие всегда были и есть, и вряд ли это было главным тормозом развития финансовой отрасли), сокращение размеров так называемого серого вывода капитала (не факт, что эта заслуга принадлежит только надзору, скорее – усилиям многих профильных ведомств), сужение теневых денежных потоков и объемов так называемого обналичивания (тоже не бесспорно, поскольку в основном эти потоки перенаправляются в другие, в том числе крупные, банки).

А вот иные последствия упорно реализуемой надзорной стратегии:

огромный материальный ущерб для тысяч предприятий, особенно в сфере малого и среднего бизнеса, средства которых безвозвратно исчезли в десятках банков с отозванными лицензиями;

значительный ущерб для бюджетных организаций и учреждений, деньги которых также все чаще зависают на счетах ликвидируемых банков; только за два последних года в них исчезло свыше 5 млрд «народных» рублей;

истощение фонда страхования вкладов, собственные средства которого практически исчерпаны. За 2014 г. и три квартала нынешнего выплаты вкладчикам составили 407 млрд руб., в то время как за прежние 10 лет объем возмещения не превысил 105 млрд руб.;

материальный и моральный ущерб для увольняемого персонала банков, потеря сотен тысяч рабочих мест;

потери бюджета ввиду неуплаты налогов с замороженных счетов организаций и сокращения самой налогооблагаемой базы ввиду не только остановки деятельности ликвидируемых банков, но и разорения сотен и тысяч предприятий-налогоплательщиков, утративших свои денежные средства;

падение доверия населения и особенно предпринимательства ко всему частному банковскому сектору, отток клиентов, потеря ликвидности, удар по большинству банков;

разрушение локальных банковских структур. Качество финансовых услуг в регионах вследствие неполноценного и недостаточного сервисного замещения филиалами крупных федеральных банков не растет, а скорее снижается, особенно в сфере обслуживания местных предприятий и населения;

значительные потери банков от операций на рынке межбанковского кредитования (МБК), закрытие лимитов и практически полная его остановка (за исключением тех операций, которые осуществляются узким кругом участников из числа ведущих банков первого круга);

падение интереса к вложениям в банковский бизнес со стороны профессиональных инвесторов (кто будет вкладывать капитал в предприятия, которые не генерируют прибыль на вложенные средства, а сами эти средства могут в одночасье обнулиться);

падение доверия к регулятору рынка. Вновь встают, но остаются без ответа вопросы о том, почему из рук вон плохо работают механизмы пруденциального надзора, почему в балансах ликвидируемых банков обнаруживаются громадные многомиллиардные дыры, как вообще надзор допускает то, что мошенниками скупаются целые группы банков для ведения в них долгие годы преступного бизнеса?

Самым же негативным итогом развернутой кампании «оздоровления» стало, пожалуй, резкое ухудшение условий свободной рыночной конкуренции, чрезмерное усиление на рынке позиций крупных госбанков, доля которых по ряду основных направлений бизнеса снова стала расти.

Между тем именно конкуренция – главный стимул развития отрасли и ее предприятий в условиях рынка. Сегодня государственные либо аффилированные с госструктурами банки и без того получают огромную ресурсную поддержку через предоставление дополнительных средств на капитализацию, размещение в них бюджетных денег, перевод в них счетов крупнейших компаний и т. д. Но не менее значимое содействие вышепоименованным структурам оказывает и регулятор, выводя из конкурентного пространства частный банковский сектор, усиливая на него давление.

Вот один из последних примеров. Нынешней осенью главный банк страны начал предлагать новым корпоративным клиентам бесплатное открытие счета и обслуживание по нему в течение первых трех месяцев. Кому же адресованы столь привлекательные условия? Клиентам банков, у которых лицензия отозвана с 26 октября сего года, а также (внимание!) тем, у которых она еще только будет отозвана вплоть до 1 ноября будущего года. То есть ведущий банк страны уже готов к приему сотен тысяч корпоративных клиентов из «зачищаемой» регулятором банковской системы. К 2018 г., согласно заявленной им цели, количество клиентов-юрлиц должно вырасти с 1,3 млн до 1,7 млн. Что ж, эта задача, по-видимому, будет решена. Ведь только в банках, потерявших лицензию в последнее время, обслуживалось свыше 270 000 юридических лиц, а сколько их еще ожидает своей участи в будущем году.

Если сопоставить все вышеприведенные плюсы и минусы реализуемой Банком России надзорной стратегии, то окажется, что она направлена не на укрепление банковской системы, а, скорее, на ее разрушение. По крайней мере в том виде, в каком она формировалась и успешно развивалась в течение многих лет, динамично, несмотря на застарелые болезни, наращивая активы, прибыли и капиталы. Истинной целью нынешней надзорной политики является формирование другой системы. Той, в которой с десяток крупных государственных и, возможно, два-три десятка дочерних банков нерезидентов РФ и частных банковских групп будут не просто доминировать на рынке, а останутся на нем в гордом одиночестве.

Повысится ли от этого качество предоставляемых населению и бизнесу услуг? Сомневаюсь. Оно и сейчас за редким исключением (касающимся в основном состоятельных клиентов и первоклассных заемщиков) оставляет желать лучшего, а при устранении конкурентов со стороны менее крупных, но более ориентированных на среднего потребителя банков еще упадет.

Глава ЦБ РФ недавно заявила: «Политика Банка России направлена не на снижение количества банков, а на выведение с рынка слабых игроков». К сожалению, в реальности итогом такой «политики» может стать то, что «слабыми игроками» очень скоро окажется абсолютное большинство участников рынка, а Банк России из мегарегулятора превратится в кладбищенского сторожа.

Автор – президент Московской межбанковской валютной ассоциации