Статья опубликована в № 4008 от 04.02.2016 под заголовком: Интеграция: Бег без барьеров

Бег без барьеров

Экономисты Александр Кнобель и Андрей Липин о том, что интеграция ЕАЭС со странами дальнего зарубежья гарантировала бы положительный результат
  • Александр Кнобель,
  • Андрей Липин

С января 2015 г. интеграционные процессы между Белоруссией, Казахстаном, Россией и присоединившимися в течение года Арменией и Киргизией регулируются Договором о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС), цель которого – создание единого рынка товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

После начала функционирования в 2010 г. Таможенного союза к уже имевшей место беспошлинной торговле товарами между государствами-членами добавились создание единой таможенной территории, передача торговой политики на наднациональный уровень и проведение внешнеторговой политики в отношении третьих стран, которая выражается в основном в наличии Единого таможенного тарифа, применяемого для обложения импорта из стран, не входящих в зону свободной торговли СНГ (с января 2016 г. исключение – Украина, товары которой при ввозе для реализации на территории России облагаются ненулевыми пошлинами). Наряду со сферой торговли в 2012 г. начал действовать набор соглашений в других сферах, формирующих Единое экономическое пространство и далее перешедших в Договор о ЕАЭС: согласованная политика в энергетике, промышленности, сельском хозяйстве, транспорте; создание с 2016 г. общего рынка лекарств, медицинских изделий и проч.

По прошествии года работы ЕАЭС очевидно, что для достижения главной цели – создания единого рынка с четырьмя свободами – необходимо двигаться дальше по пути снижения (вплоть до полной отмены) барьеров, изъятий и ограничений (так называемые нетарифные барьеры), к которым относятся: различия в санитарных и фитосанитарных требованиях, техническом регулировании, непризнание разрешительных документов для ведения бизнеса, негармонизированное налоговое и торговое законодательство, неунифицированные подходы и процедуры осуществления контроля и надзора, различия в национальном регулировании государственных и муниципальных закупок и т. д.

Наличие нетарифных барьеров, с одной стороны, защищает внутренний рынок. С другой – нетарифные барьеры приводят к снижению спроса на товары из-за более высокой цены. Расчеты подтверждают, что в их отсутствие экономики государств-членов могли бы произвести, продать друг другу и потребить бόльшие объемы продукции. Снятие подобных мер регулирования на пути реализации четырех свобод высвобождает съедаемый неэффективностью дополнительный ресурс, который может распределиться между участниками интеграционного объединения и повысить его конкурентоспособность. В долгосрочной перспективе снижение нетарифных барьеров, увеличивающее доходы и благосостояние, влечет рост сбережений и инвестиций. Дополнительным эффектом является увеличение конкуренции, что стимулирует рост эффективности, повышение производительности и рост выпуска.

Распределение эффекта от снижения нетарифных барьеров внутри ЕАЭС для национальных экономик в целом и для отдельных секторов зависит от их текущего уровня, структуры торговли Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и России друг с другом и с остальным миром, структуры выпуска и потребления в каждой из рассматриваемых стран. Только учет всех этих обстоятельств может помочь ответить на вопрос, какой же будет конечный совокупный и отраслевой эффект от того или иного шага на пути построения общего рынка товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

Проведенные расчеты различных сценариев снижения нетарифных барьеров внутри ЕАЭС, в том числе с возможностью одновременного снижения барьеров с крупнейшими торговыми партнерами, показывают следующие результаты.

Во-первых, снижение нетарифных барьеров дает положительный макроэкономический результат – суммарный для всех секторов экономики. Однако существуют риски снижения выпуска в отдельных секторах экономик государств – членов ЕАЭС, так как при устранении нетарифного барьера снижается уровень протекционизма соответствующего сектора и внутреннее производство может быть замещено импортом, производимым партнерами по интеграционному объединению дешевле или по той же стоимости более качественно. Компенсацией этих потерь является рост экспорта в ответ на снижение партнерами нетарифных барьеров в других сферах. Результат для ЕАЭС в целом и всех государств-членов положительный.

Во-вторых, в снижении нетарифных барьеров внутри ЕАЭС в наибольшей степени заинтересованы Армения и Белоруссия: их относительный выигрыш от снижения барьеров будет значительно превышать относительный выигрыш России и Казахстана. Взаимное снижение нетарифных барьеров в торговле товарами и услугами внутри ЕАЭС приведет к существенному макроэкономическому эффекту для Армении (до 11% ВВП) и Белоруссии (до 17% ВВП) и к не очень значимому эффекту для Казахстана и России (менее 1% ВВП). В целом для ЕАЭС макроэкономический эффект может составить до 1,5% ВВП. Такой результат связан прежде всего со структурой торговли стран ЕАЭС друг с другом, большей ориентацией Армении, Белоруссии и Киргизии на внутренний рынок ЕАЭС, а России и Казахстана – на внешний, небольшой долей товарооборота России и Казахстана с партнерами по ЕАЭС в общем объеме их товарооборота.

В-третьих, Россия и Казахстан могут на порядок увеличить положительный эффект от снижения нетарифных барьеров, если такое снижение будет сопровождаться гармонизацией норм и стандартов со странами дальнего зарубежья, прежде всего ЕС. Существенного увеличения макроэкономического выигрыша для Армении и Белоруссии вследствие снижения барьеров с третьими странами, напротив, не наблюдается. Так, если снижение нетарифных «технических» барьеров наполовину способно привести к росту ВВП на 1% для Армении, на 2,3% для Беларуси, на 0,1% для Казахстана и на 0,2% для России, то, если такое снижение сопровождается снижением уровня нетарифных барьеров в торговле с ЕС на 1/5, при том что эффект для Армении и Белоруссии меняется незначительно, выигрыш Казахстана и России увеличивается на порядок – до 0,31% ВВП и 0,95% ВВП соответственно.

В-четвертых, интеграция ЕАЭС со странами дальнего зарубежья гарантирует положительный результат. Это касается как интеграции в сторону Европейского союза, так и в сторону Азии, например обсуждающегося Экономического пояса Шелкового пути. Соглашения о свободной торговле могут дать государствам – членам ЕАЭС значительную макроэкономическую выгоду, если эти соглашения помимо взаимного обнуления таможенных пошлин сопровождаются снижением нетарифных барьеров. Более того, проведенные расчеты показывают, что эффект для ЕАЭС от данных соглашений сопоставим по эффекту с полным устранением барьеров внутри ЕАЭС. Например, зона свободной торговли ЕАЭС и ЕС при условии снижения нетарифных барьеров между ЕС и ЕАЭС наполовину могла бы дать всем странам существенный макроэкономический выигрыш. Армения могла бы получить от такого соглашения дополнительно до 0,14% ВВП, Белоруссия – до 0,7% ВВП, Казахстан – до 0,7% ВВП, Россия – до 2,3% ВВП.

Таким образом, несмотря на очевидный общий положительный экономический эффект от реализации Договора о ЕАЭС и от интеграции ЕАЭС со странами дальнего зарубежья, скорость развития подобных процессов может быть ограничена разнонаправленностью отраслевых эффектов и масштабов влияния на экономики государств – членов ЕАЭС. По ходу развития интеграционных процессов в государствах-членах могут формироваться различные запросы как в рамках национальных стратегических, так и конъюнктурных интересов – под влиянием внешних факторов. Формирование общей внутренней и внешней интеграционной повестки критически важно для получения государствами-членами выгод от экономического взаимодействия друг с другом и с остальным миром.

Авторы – руководитель направления «Международная экономика и финансы» ИЭП им. Е. Т. Гайдара, директор центра исследований международной торговли РАНХиГС; замдиректора Департамента макроэкономической политики ЕЭК