Крепнущий рубль в последнее время воспринимался как результат осознанной политики. Зимой начала буйствовать инфляция, и президент вместе с премьером поставили перед ответственными чиновниками задачу ее обуздать. Поскольку старый проверенный метод — сокращение бюджетных расходов — оказался политически неприемлемым, выходом — с неохотой — было признано укрепление рубля.

Но на днях президент Путин спутал карты. Как он выяснил после «контактов с бизнесом», курс на укрепление рубля может повредить российской экономике. И вот перед ЦБ и правительством, по сути, поставлена тройственная задача: не допустить роста инфляции, сдержать укрепление рубля и по-прежнему увеличивать расходы государства. При таких вводных стоит ожидать интересного политического сезона. Если не отставки, то серьезные провалы гарантированы: задача, поставленная президентом, невыполнима.

Причина сложностей и источник возможностей — это рост экспорта, т. е. растущий поток нефтедолларов. В 2007 г. госрасходы увеличатся более чем на 26%. Прогнозируемая инфляция составит около 8%, а значит, реальный рост расходов — лишь 16-17%. Но это все равно значительно больше, чем планируемый рост ВВП, — он ожидается на уровне 6%. Таким образом, расходы государства будут расти на 10-11% быстрее, чем российская экономика.

Покрыть разрыв возможно будет только за счет нефтяных сверхдоходов. А отставание темпов роста отечественного ВВП от скорости увеличения расходов и от роста потребления будет продолжать помогать росту импорта. Куда тут деваться рублю?

Но если, несмотря на рост госрасходов, перед ЦБ все равно ставится задача не допустить укрепления, то он будет вынужден скупать доллары у экспортеров и наращивать резервы. Для покупки иностранной валюты необходимо постоянно допечатывать национальную, что подпитывает инфляцию, с которой ЦБ и должен бороться.

А инфляция обесценит планы государства по увеличению расходов. Увеличившаяся инфляция может снизить их уже не до 16-17%, а до нуля: т. е. нацпроекты и прочие социальные начинания правительства останутся только на бумаге и в телевизоре.

Ситуация так и останется патовой, если не отказаться от одной из трех задач — при соблюдении лишь двух вводных уравнение можно будет решить. Наиболее простой и политически приемлемый путь — согласиться на политику крепкого рубля: это усложнит жизнь экспортерам, но в целом по экономике России ударит несильно. В 2004 г., когда тенденция на укрепление была уже очевидна, Институт экономики переходного периода провел опрос руководителей российского бизнеса — проблема тяжелого рубля оказалась лишь на 9-м месте по актуальности. В 2005 г. аналогичный опрос провели Высшая школа экономики и Всемирный банк — как выяснилось, с импортом конкурирует не более 30% российских производителей.

Но опасность есть. Укрепление иены привело к затяжному экономическому кризису в Японии: для экспортно-ориентированных экономик дешевая валюта действительно выгодней. Выход есть все равно — его несколько месяцев назад предложил глава ФСФР Олег Вьюгин. Его рецепт прост — надо рассчитать наиболее вероятную цену на нефть для ближайших 10 лет и исходя из этого вычислить реальный обменный курс, позволяющий сбалансировать платежный баланс. Кроме этого необходимо рассчитать уровень нейтрализации нефтяных сверхдоходов — по мнению Вьюгина, его нужно увеличить и в стабфонд направлять все нефтяные доходы бюджета, а не только НДПИ и экспортную пошлину. По сути, его путь — это отказ от увеличения расходов, но он позволяет снизить инфляцию без укрепления рубля.

Единственная задача, от которой нельзя отказываться, — это таргетирование инфляции. Рост цен сводит на нет и дополнительные расходы государства, и увеличение доходов населения от притока нефтедолларов и создает нестабильную ситуацию, которая вредит инвестиционной привлекательности российской экономики. В будущем возможно решить все три задачи — для этого необходим существенный рост ВВП, позволяющий увеличивать расходы без крепнущего рубля и галопирующей инфляции. Но чтобы прийти к такому результату завтра, сегодня государство должно от чего-то отказаться.