Вице-премьер Игорь Сечин нашел хороший предлог для затягивания приватизации и сохранения своего административного влияния. Нельзя продавать акции госкомпаний, пока они стоят дешевле, чем при первичных размещениях, написал он в письме премьеру Владимиру Путину. Иначе инвесторы, которые покупали акции Сбербанка, ВТБ и «Роснефти» на народных IPO на пике рынка и которые и так недовольны снижением капитализации компаний, будут чувствовать себя обманутыми. Путин велел подчиненным учесть пожелание Сечина (см. статью «Тормоз приватизации», № 219 от 21.11.2011, стр. 01).

Чиновники давно ищут поводы отложить объявленную президентом Медведевым в 2010 г. масштабную приватизацию на 1 трлн руб. За последние месяцы с разных трибун не раз звучали ссылки на то, что сейчас не время, рынок падает и хорошую цену за активы все равно не выручить.

Но аргумент Сечина гораздо эффективнее психологически. Ведь акции Сбербанка, ВТБ и «Роснефти» сейчас стоят существенно дешевле, чем в 2006-2007 гг., когда за ними выстраивались очереди пенсионеров. Да, именно пенсионеров: свыше 42% участников народных IPO были старше 55 лет, 73% не имели профессионального отношения к деньгам.

Эти люди поверили Путину, который пропагандировал народные IPO с экранов телевизоров, и президенту ВТБ Андрею Костину, уверявшему, что правительство не допустит падения котировок акций ВТБ. Но спустя уже пару месяцев после IPO акции ВТБ стали падать в цене, и сейчас они стоят на 59% дешевле, чем заплатили за них инвесторы. Бумаги Сбербанка стоят на 10% меньше. Понятно, что лишний раз обижать пострадавших народных инвесторов накануне выборов Путин не захочет — Сечин знал, на что давить.

Также очевидно, что ссылки на бедных инвесторов лишь прикрывают желание чиновников сохранить контроль над крупнейшими национальными активами.

Российское правительство начиная с 2003 г. последовательно концентрировало в своих руках главные производственные активы, которые связаны с международными рынками и приносят стабильный доход. Также и финансовые ресурсы страны сконцентрированы в нескольких государственных банках. Без этой концентрации и монополизации основных отраслей было бы невозможно ручное управление и та модель «капитализма для своих», которая сейчас действует в стране.

Частные инвесторы, помимо всего прочего, приносят слишком много неприятностей: миноритарии госкомпаний задают неудобные вопросы, требуют дивидендов, открытости и объяснения странных сделок. Например, донимают руководство ВТБ вопросами о покупке Банка Москвы, а руководство «Транснефти» — о стоимости строительства нефтепровода ВСТО. Гораздо приятнее иметь дело с одним-единственным акционером, который и сам знает все ответы.

Идея приватизации ведущих госкомпаний состояла в том, чтобы выручить несколько десятков миллиардов долларов при полном сохранении контроля за самими компаниями со стороны российского правительства. Иными словами, собрать с инвесторов деньги, не делясь реальной властью. Могло и сработать в хорошие времена. Но кому нужны в эпоху долгового кризиса бумаги компаний с непрозрачными расходами и неприлично низкими дивидендами, которые еще и не дают никакого контроля? Вопрос риторический.

Если правительство хочет продать акции госкомпаний по хорошей цене, не теряя контроля, то в сегодняшних условиях единственный вариант — проводить новое народное IPO. Появление в компании большого числа новых акционеров (увеличение free-float) приводит к росту котировок. А значит, доли, принадлежащие гражданам, подорожают — проблема обиженных инвесторов решится. Другое дело, захотят ли они дальше держать у себя дискредитировавшие себя бумаги. Котировки после размещения могут обвалиться еще быстрее. И появится новая когорта обманутых инвесторов.

Более перспективный путь — улучшать корпоративное управление госкомпаний, уважать инвесторов, раскрывать информацию, избегать сомнительных сделок и при продаже акций не оставлять контроль в руках государства. Тогда на ведущие госкомпании найдутся покупатели даже при нынешнем состоянии рынка — и вот это уже будет настоящая приватизация.