Я занималась расследованием ситуации в Сирии с самого начала антиправительственных выступлений — побывала практически во всех крупных городах, охваченных демонстрациями. Вместе с моими коллегами из Human Rights Watch мы опросили сотни беженцев в приграничных районах Ливана, Иордании и Турции и просмотрели сотни видеосюжетов и фотографий, отснятых демонстрантами, активистами, журналистами. На сегодняшний день мы имеем достаточно оснований, чтобы утверждать: сирийский режим совершает преступления против человечности и заслуживает международного суда.

Количество убитых исчисляется тысячами. Верховный комиссар ООН по правам человека Нави Пиллай 12 декабря заявила о 5000 погибших, а реальные цифры, скорее всего, много выше. Десятки тысяч были задержаны и подвергнуты чудовищным пыткам. И обо всем этом Human Rights Watch неоднократно сообщала в своих публикациях.

В нашем новом докладе мы называем конкретных силовиков, стоящих за этими преступлениями. Мы опросили более 60 бывших военных и сотрудников спецслужб, которые участвовали в подавлении антиправительственных демонстраций, расстрелах, арестах и пытках. На основании этих интервью и дополнительной информации, полученной из различных источников, нам удалось установить имена 74 командиров, которые отдавали преступные приказы.

Перешедшие на сторону демонстрантов военные рассказывали нам о полученных ими приказах. Например, Амджад, который был откомандирован в город Дераа на юге страны в составе 35-го полка спецназначения, объяснял нам, как 25 апреля командир полка бригадный генерал Рамадан Махмуд Рамадан приказывал им стрелять по протестующим: «Обычно от нас требуют экономить патроны, а на этот раз он приказал: “Патронов не жалеть!” Когда спросили, в кого стрелять, он ответил: “В любого, кто перед тобой”. В тот день было убито около 40 демонстрантов». В докладе мы приводим десятки подобных свидетельств и требуем передачи сирийского досье Международному уголовному суду для расследования и привлечения виновных к ответственности.

Президент Сирии Башар Асад 7 декабря в интервью американскому каналу ABC заявил, что он не отдавал приказ стрелять по демонстрантам. Однако согласно международному праву ответственность за преступления против человечности несут не только непосредственные исполнители или те, кто отдавал им приказы, но и высшее военное и политическое руководство — в той мере, насколько оно было (или должно было быть) осведомлено о нарушениях и не принимало мер по их пресечению. Едва ли Асад, президент и верховный главнокомандующий, может всерьез надеяться убедить кого бы то ни было, что был не в курсе происходящего. Не только командирам среднего звена, но и Асаду, и его ближайшему окружению предстоит держать ответ за содеянное.

У сирийского руководства и официальных СМИ, разумеется, своя версия: они продолжают настаивать, что демонстранты — вооруженные до зубов наемники Запада, Саудовской Аравии, пособники Моссада и радикальные исламисты (абсурдность подобной комбинации их, видимо, нисколько не смущает).

Наши исследования, и в частности информация, полученная от бывших военных, опровергает аргументы Дамаска. Отдельные случаи, когда демонстранты или перешедшие на их сторону военные применяли оружие, безусловно, имели место и в наших докладах подробно отражены. Подобные случаи требуют расследования, но ни в коей мере не могут служить оправданием для широкомасштабных репрессий со стороны сирийского руководства.

Бывшие военные, с которыми мы говорили, также поначалу были уверены, что их отправляют сражаться с вооруженными бандами террористов. Об этом они слышали ежедневно на армейских летучках, а доступа к другой информации у них просто не было — мобильные телефоны изъяли, по телевизору разрешали смотреть исключительно государственные каналы. И только оказавшись лицом к лицу с демонстрантами, они поняли, что им приказывают стрелять в безоружную толпу, среди которой нередко были их знакомые и даже родственники. Для многих этот момент стал решающим — они переходили на сторону демонстрантов.

Гасан, в недавнем прошлом подполковник элитной республиканской гвардии, один из тех, кто перешел к демонстрантам, восклицает: «Так что же Россия?!» Я в ответ сетую, что изменить позицию России крайне сложно, поскольку та и так нечасто осуждает авторитарные режимы, а уж когда на кону многомиллионные военные поставки — и подавно. Гасан резонно замечает: «Если Россия так беспокоится о продолжении союзничества, ей давно уже пора дружить не с режимом, дни которого сочтены, а с теми, кто придет ему на смену. Ведь останутся ни с чем, как в Ливии! Неужели они этого не понимают?!»

Я надеюсь, что понимают или скоро поймут. Надеюсь, что в конце концов Россия перестанет блокировать действия международного сообщества — не только Запада, но и Лиги арабских государств — по прекращению насилия в Сирии и привлечению виновных к ответственности. Надеюсь, что Россия остановит поставки вооружения и технологий, которые используются для подавления мирных демонстраций, и присоединится к международным санкциям в отношении сирийских официальных лиц. И тогда наконец я смогу уверенно сказать своим собеседникам-сирийцам, что я из России — страны, которая поддерживает их народ, а не режим Асада.

Автор — заместитель директора отдела Human Rights Watch по чрезвычайным ситуациям