В воскресенье завершился ежегодный Всемирный экономический форум в Давосе. В этом году настроение форума значительно отличалось от прошлых лет. Главным сюрпризом стало то, насколько меньше по сравнению с прошлым годом говорилось на этом форуме об острой фазе кризиса. В этот раз большинство выступлений было посвящено долгосрочным проблемам и прогнозам.

Ситуация в Европе

Самым важным прогнозом о будущем Европы стало, пожалуй, выступление федерального канцлера Германии Ангелы Меркель, которым открылся форум. Главным тезисом речи Меркель была необходимость структурных реформ. Действительно, конкурентоспособность европейских экономик может быть повышена только путем реформы рынка труда, снижения неэффективных государственных расходов и сокращением государственного сектора. До кризиса было трудно представить, например, что Португалия сможет значительно снизить численность и зарплаты государственных служащих. Португальский госсектор составлял 15% от всех работающих, а их зарплаты были на 45% выше, чем в частном секторе. Неудивительно, что без кризиса значительное сокращение государственной экономики было бы политически невозможно. Под давлением кризиса Португалия провела, пожалуй, самую серьезную за последние десятилетия реформу сектора с отменой бонусов и снижением зарплат госслужащим. Конечно, такие беспрецедентные реформы — пусть и не мгновенно — увеличат эффективность экономики и перспективы роста. Целый ряд похожих примеров антикризисных и вынужденных структурных реформ можно привести и для Испании, Ирландии или Греции; еще важнее успешные — и потому немедленно забытые — примеры преобразований в балтийских государствах. Более того, одной из основных причин низкой безработицы и высокой конкурентоспособности в Германии стали именно реформы конца 1990-х и начала 2000-х гг., в том числе реформы рынка труда.

Поэтому неудивительно, что кризис заставляет страны европейской периферии кардинально изменить свои экономики — и взять пример с более успешных соседей. Кроме того, фактически у нас на глазах происходит создание европейского фискального союза, в котором в обмен на финансовую помощь и реструктуризацию долга страны периферии принимают обязательства вести намного более консервативную фискальную политику.

Тем не менее речь Меркель содержала одну очень плохую новость для евро, значимость которой пропустили почти все средства массовой информации. Меркель фактически заявила, что Германия готова защищать евро, только если это не поставит под угрозу финансового кризиса саму Германию. Такая позиция кардинально отличается от выступления Меркель на давосском форуме год назад, когда и она, и Николя Саркози практически клялись отстаивать евро «до конца».

Что означает приверженность к структурным реформам, с одной стороны, и нежелание Германии защищать евро при наихудшем варианте развития событий, с другой стороны? Это возврат к реализму. Уже сейчас понятно, что бюджетные ресурсы Франции небесконечны. Понятно также, что с такими же ограничениями очень скоро может столкнуться и Германия. Эпоха мягких бюджетных ограничений закончилась. Больше нет безграничного источника средства для спасения безответственных членов еврозоны. Поэтому если евро выстоит (что, скорее всего, произойдет), то Европу ожидает период ренессанса экономического роста — более быстрого, чем в последние 20 лет.

Ситуация в США

На форуме о США говорили значительно меньше, чем обычно. Это и неудивительно, ведь проблемы США сейчас намного более долгосрочные. Главным выступлением о проблемах США на форуме было получасовое интервью министра финансов Тимоти Гайтнера. Часть этого выступления была типичной политической речью об улучшении американской экономики. Впрочем, Гайтнер был вынужден признать ряд фундаментальных проблем в экономике: высокая безработица, высокий уровень бедности и неравенства и, что особенно важно, социальные и политические проблемы, включая потерю веры большинства американцев в экономическую мобильность.