Развитие событий: Элла Панеях: Общество и власть нашли друг друга →

Акция Pussy Riot и суд над ними раскололи российское общество и вызвали колоссальный ажиотаж. Значит, эти события коснулись каких-то нервных узлов в российском обществе. Каких? Существует несколько интерпретаций, объясняющих эту энергетику и назначающих виновных, каждая разных.

В оппозиции есть две базовые версии: Путин и Кирилл. По первой — Путин мстит Pussy Riot за критические высказывания в свой адрес. Но, кажется, Путин за последний год наслушался столько критики, что успел привыкнуть. Другие опасаются, что суд — начало идеологической цензуры со стороны РПЦ, что нас ждет клерикализация государства и новые парткомы во главе с попами. Сегодня эти версии монополизировали российские СМИ по вполне политическим причинам. Но существуют и другие версии.

Современное российское общество все больше расщепляется на активное меньшинство, ассоциирующееся со столицами, средним классом и космополитизмом; а с другой стороны — молчаливое моральное большинство (ММБ; в американской политологии обычно говорят о «моральном большинстве» консервативно настроенных верующих, которых может быть и не большинство с электоральной точки зрения или, как раз с электоральной точки зрения, о «молчаливом большинстве»), ассоциирующееся с провинцией, бюджетниками, традиционными ценностями.

Это молчаливое моральное большинство имеет свои версии происходящего: моральную и заговорщическую. Для них акция Pussy Riot в ХХС — это часть стратегической кампании по осквернению ценностей, святых для русского народа. Конечная цель этой кампании — ликвидация русского народа как субъекта мировой истории. Конечно, речь идет не о физической ликвидации, а о лишении русского народа политической субъектности и цивилизационной идентичности. РПЦ при всех недостатках, которые они прекрасно видят, является для них прежде всего носителем русской надэтнической идентичности, а Путин — символом надежды на возрождение политической субъектности русского народа, понятого, естественно, не этнически, а имперски.

И они требуют у власти защитить святыни русского народа от поругания. Эта безъязыкая пока Россия вопрошает Путина: «Ты русский? Православный? У тебя сила и власть? Тогда защити то, что нам дорого».

Это скорее не политическое, а экзистенциальное требование к Путину, которое от этого, естественно, становится только сильнее. Путин прекрасно чувствует этот требовательный взгляд традиционной России и понимает, что освобождение Pussy Riot может привести к драматическим политическим последствиям. Если миллионы русских со все более укрепляющейся русской идентичностью увидят, что российская власть не хочет защитить священные для них ценности, то произойдет акт отчуждения миллионов политически актуализировавшихся русских от российской власти. Результатом станет рост терроризма со стороны русских националистов и широкая общественная поддержка этих акций, как это произошло в Германии и Италии в 20-е гг. Русский фашист из фальшивого пугала получит шанс превратиться в новую политическую реальность. Путин, как... Читать целиком →