Статья опубликована в № 3815 от 20.04.2015 под заголовком: Неплательщики от власти

Почему депутаты и чиновники не платят по долгам

Высокопоставленные заемщики пользуются своим статусом и не спешат с выплатами просроченной задолженности на миллиарды рублей
Депутаты и чиновники нередко попадают в списки крупнейших должников и надолго там задерживаются
Д. Абрамов / Ведомости

Нет хуже дела, чем возврат долгов депутата, причем чем дальше от Москвы то собрание, в которое он избран, тем меньше шансов», – поделился с «Ведомостями» своим опытом сотрудник крупного юридического бюро. В силу влиятельности «должников во власти» на всех этапах – от суда до исполнительного производства – ощущается «сильное неформальное противодействие», а активов у них просто нет: все принадлежит родственникам или вообще посторонним с юридической точки зрения лицам, продолжает собеседник «Ведомостей».

Судя по данным базы Федеральной службы судебных приставов (ФСПП), приставы пытаются взыскать суммы от 100 млн до 5 млрд руб. с 14 депутатов и чиновников. Причем большую часть этого списка составляют народные избранники, работающие в регионах. Например, лидер по объему исполнительного производства – депутат Госсовета Республики Татарстан (РТ) Вагиз Мингазов, с которого приставы требуют 5,1 млрд руб. А замыкающий список представителей депутат совета города-курорта Анапы Владимир Блоха должен вернуть почти 104 млн руб. (подробнее см. инфографику).

По данным Сбербанка, суммарные обязательства перед банком только десятки крупнейших госдолжников, по которым возбуждено исполнительное производство, составляют около 6 млрд руб. Все они выступали поручителями по кредитам юрлиц, в 60% случаях являлись их бенефициарами. В основном такая задолженность является крупной для Сбербанка, пояснил его вице-президент Максим Дегтярев. Другие банки итоговыми цифрами не поделились, но подтвердили: представители органов власти составляют значительную часть списка крупнейших должников-физлиц, причем многие годами находятся в этих списках.

Это происходит потому, что люди идут во власть, когда в их бизнесе возникают проблемы, в надежде эти проблемы решить, считает сотрудник юридической компании. Скорее причина в самой психологии региональной элиты, возражает политолог Алексей Макаркин: «Они получают депутатский мандат как обязательный атрибут статуса и, считая, что для них нет нерешаемых проблем, с пренебрежением относятся к кредиторам. Но иногда административного ресурса не хватает». Банки сами виноваты: не идут на диалог с заемщиками, возражают депутаты.

«Ведомости» разобрались, как люди во власти так много задолжали и почему не заплатили в срок.

Из миллиардеров – в должники

Среди депутатов Мосгордумы наибольший доход за 2014 г. задекларировал председатель совета директоров девелоперской компаний «СУ-155» Михаил Балакин, избравшийся от ЛДПР, – 196,7 млн руб. Это в 4 раза меньше, чем он декларировал годом ранее, когда шел на депутатские выборы, зато теперь у него появился новый жилой дом площадью почти 755 кв. м и два арендованных участка. При этом Forbes оценил состояние Балакина в $1,7 млрд (50-е место в рейтинге миллиардеров).

Неисполнительное производство

Выиграть суд и получить исполнительный лист – полдела. На поиски должника и его имущества может уйти не один год, а результат – оказаться нулевым, даже если речь идет о чиновнике. Пример тому – рассказанная «Ведомостям» одним из сотрудников Сбербанка история о кредите, который банк в 2005 г. выдал кировской компании «Нафта-пром». Сбербанк перечислил предприятию более 33 млн руб., но назад не получил ни рубля. Банк обратился в суд с иском о взыскании долга с поручителя – директора и совладельца «Нафта-Вятпрома» Игоря Антипова, и осенью 2006 г. получил решение в свою пользу. В мае 2008 г. исполнительное производство в отношении Антипова было окончено «ввиду невозможности установления местонахождения должника и его имущества». Через год «Нафта-пром» был признан банкротом, Сбербанк по итогам производства ничего не получил. При этом Антипов не скрывался: с 2011 г. он руководил представительством Кировской области при правительстве РФ в Москве, с июня 2013 г. занимал пост зампреда областного правительства. В октябре 2014 г. исполнительное производство было возбуждено повторно. В конце ноября Антипов ушел с госслужбы. Банк до сих пор ничего не может получить, сетует его сотрудник. «Ведомости» бывшего чиновника не нашли. Представитель Сбербанка историю не комментирует.

СвернутьПрочитать полный текст

«СУ-155» уже несколько лет испытывает проблемы с выплатой кредитов – общая задолженность группы, как сообщила пресс-секретарь компании Светлана Угольникова, составляет около 17 млрд руб., в суде находится несколько заявлений от кредиторов, в том числе от Сбербанка, о банкротстве головной компании группы. А в этом году и сам Балакин оказался в крупных должниках: приставы ФСПП взыскивают с него 578 млн руб. преимущественно по кредитным платежам, а всего по решениям судов он лично должен выплатить трем банкам – Сбербанку, Россельхозбанку и Росбанку – 4 млрд руб.

«В прошлом году Балакин получил статус депутата Мосгордумы, все это говорит о том, что он понимает серьезность сложившейся ситуации», – рассуждает сотрудник одного из банков-кредиторов.

Долги, судя по судебным материалам, возникли из-за того, что Балакин выступал поручителем по кредитам собственных компаний. Например, по кредитной линии в 113,3 млн руб., выданной Россельхозбанком (РСХБ) в 2011 г. Ивановской домостроительной компании. Осенью 2014 г. суд утвердил мировые соглашения, по которым компания, три ее топ-менеджера, «СУ-155» и лично Балакин солидарно погашают долги. Но судя по тому, что в конце декабря прошлого года на эту же сумму суд Иванова выписал исполнительный лист, соглашение не выполняется. Пресс-служба РСХБ эту историю не прокомментировала.

Долг Балакина по кредиту Сбербанка на сумму 434 млн руб. возник из-за его поручительства по кредитной линии, открытой в 2007 г. для ЗАО «ДСК-НН», строившего жилье в Нижнем Новгороде. В марте 2011 г. Балакин и другая структура группы «СУ-155» – ООО «Росстрой-НН» – стали поручителями по кредиту, а в декабре третейский суд утвердил мировое соглашение, по которому заемщик и поручители обязались оплатить долг и проценты в течение пяти лет. Но должники в добровольном порядке условия мирового соглашения не исполнили, сказано в материалах суда. Поэтому осенью 2014 г. Арбитражный суд Нижегородский области выдал исполнительный лист на взыскание задолженности. Часть задолженности в конце прошлого года была погашена, но, не дождавшись всей суммы, Сбербанк 1 апреля подал иск о банкротстве «СУ-155», выступавшей поручителем по мировому соглашению.

А в октябре 2014 г. Мещанский райсуд Москвы по иску Росбанка вынес решение о взыскании с Балакина как с поручителя более $58,1 млн задолженности по двум кредитным договорам, заключенным «СУ-155» в 2008 г. и переставшим обслуживаться в 2013 г. С учетом процентов Росбанк намерен взыскать лично с Балакина свыше $70 млн, сообщил представитель банка.

Сейчас в Сбербанке говорят, что в итоге Балакин «занял конструктивную позицию и вошел в график платежей». «СУ-155» ведет активные переговоры с кредитными организациями, говорит Угольникова. Комментировать личные обязательства Балакина она не стала, он сам на запрос «Ведомостей» не ответил.

Борьба за долги

Лидером по объемам плохих долгов среди представителей власти долгое время был депутат Госдумы, в прошлом руководитель и владелец волгоградской группы «Диамант», один из крупнейших рантье России, по данным Forbes, – Олег Михеев. В 2012 г. в отношении его велось исполнительное производство о взыскании 11 млрд руб. в пользу Промсвязьбанка, Москоммерцбанка, Номос-банка, «БТА банка» и др.

Кредиторы жаловались на Михеева не только в суд: Промсвязьбанк и Номос-банк утверждали, что Михеев похитил часть кредитных средств, и просили Госдуму и СКР лишить его депутатской неприкосновенности. В ответ Михеев обвинил «конечного бенефициара» Промсвязьбанка, сенатора Дмитрия Ананьева в том, что тот организовал кампанию по рейдерскому захвату объектов недвижимости ГК «Диамант». В Промсвязьбанке в ответ обвинили депутата в «использовании политических манипуляций для решения финансовых вопросов».

В феврале 2013 г. парламентарии лишили Михеева депутатской неприкосновенности, а в марте СКР возбудил в отношении его уголовное дело по трем статьям (покушение на мошенничество, мошенничество, воспрепятствование правосудию). Михеев отрицает все обвинения.

До 2008 г. «Диамант» строил 1 млн кв. м коммерческой недвижимости в год. Банки выстраивались в очередь, чтобы дать ему кредит, а как только начался кризис, некоторые из них сами спровоцировали проблемы для группы, возмущается Михеев. По его словам, банки в кризис 2008 г. нарушили условия договора, прекратив согласованное финансирование, повысили ставки по кредитам, пригрозив в случае отказа досрочным погашением, а когда из-за перебоев в реализации проектов начались проблемы с выплатами, подали иски сразу ко всем – заемщикам, залогодателям и поручителям. «Желание получить активов больше, чем сумма долга, препятствует урегулированию ситуации. Залогодатели против, ведь залоги стоят дороже», – говорит Михеев.

Несмотря на противостояние с кредиторами, долг депутата снижается: сейчас в базе ФСПП за ним числится «всего» 5,08 млрд руб. долга. Например, с Промсвязьбанком он сошелся на мировой. В банке подтвердили, что большая часть задолженности по кредитам на 1 млрд руб., выданным под поручительства Михеева и его супруги, погашена.

Личных долгов нет, все суммы объясняются выданными много лет назад поручительствами по долгам компаний, причем не только входящих в ГК «Диамант», сказал Михеев «Ведомостям». «Ведь раньше это было как при комсомоле, за хорошего парня поручиться», – объясняет он. С оставшейся суммой задолженности он не согласен: компании-заемщики оспаривают ее в судах. Сам он платить не намерен, считая, что в первую очередь банк должен разбираться с заемщиком, а не подавать иск сразу к поручителю, как это происходит с 2012 г., когда пленум Высшего арбитражного суда постановил, что заемщики, залогодатели и поручители несут солидарную ответственность одновременно.

По его словам, Михеев отчисляет на выплату долгов 50% своей зарплаты, но основная часть погашена компаниями-заемщиками за счет реализации залогов по кредитам. За прошлый год депутат задекларировал доход в 3,6 млн руб., ему принадлежат также два участка общей площадью менее 1200 кв. м и дом в 771 кв. м.

Михеев говорит, что сейчас пытается изменить законодательство, защитив заемщика: «Сегодня банки могут «сожрать» любого человека. Если все стороны будут выполнять условия, не будет проблем». Например, в начале апреля депутат внес в Госдуму законопроект, запрещающий коллекторам и сотрудникам банков беспокоить звонками и sms ипотечных заемщиков ночью и утром, а также по выходным и праздникам.

Проблемы «молочного короля»

«У нас есть сегодня члены Совета Федерации, которые имеют миллиардные долги», – заявил в мае 2014 г. директор ФССП России Артур Парфенчиков – и предложил законодательно запретить должникам работать на госслужбе. В феврале 2015 г., выступая на правительственном часе в Совете Федерации, главный судебный пристав страны сообщил, что среди сенаторов не осталось должников.

Этому способствовало досрочное сложение полномочий сенатора от Татарстана Вагиза Мингазова в июне 2014 г. Официальная причина – состояние здоровья. Неофициальная – обсуждение в СМИ просроченных банковских долгов сенатора. К середине прошлого года Мингазов, которого называли «молочным королем Татарстана», был должен около 4,4 млрд руб. из-за поручительства по кредитам когда-то крупнейшего в республике агрохолдинга «Вамин Татарстан». Мингазов с 1998 г. по октябрь 2011 г. был гендиректором ОАО «Вамин Татарстан», затем до марта 2012 г. возглавлял совет директоров этой компании, ставшей головной структурой холдинга, в который входило больше шести десятков предприятий и 444 000 га сельхозугодий. По данным доступной отчетности ОАО «Вамин Татарстан», с 2002 до 2011 г. Мингазову принадлежало около 20% акций компании, сейчас она контролируется семьей экс-сенатора.

Мингазов стал сенатором в декабре 2011 г. А в сентябре 2012 г. ВТБ обратился в Арбитражный суд Татарстана с иском о банкротстве его холдинга из-за долга в 436 млн руб. по кредитному договору от 2008 г. Через полгода стороны подписали соглашение о реструктуризации, а Мингазов лично поручился за компанию. Однако условия соглашения были нарушены, ВТБ подал иск, в марте 2012 г. в «Вамин Татарстан» было открыто конкурсное производство, в реестр кредиторов были включены требования более чем на 12 млрд руб. Уже в следующем месяце ВТБ подал иск на 462 млн руб. лично к Мингазову. Его примеру последовали другие банки – кредиторы «Вамина»: Сбербанк, Россельхозбанк, «Зенит» и «Юникредит». В итоге сенатору был ограничен выезд за границу, а часть его зарплаты стала удерживаться для погашения долгов.

В октябре 2014 г. Мингазов стал депутатом Госсовета РТ и руководителем филиала ФГБУ «Российский сельскохозяйственный центр» по РТ. А в базе данных ФССП за ним числится задолженность уже свыше 5,1 млрд руб. При этом его доход в прошлом году составил 1,76 млн руб., транспорта и недвижимости в собственности депутата нет.

Запросы «Ведомостей» Мингазову, направленные в Госсовет Татарстана и ФГБУ, остались без ответа.

Но ранее Мингазов говорил, что долги будут погашены путем реализации имущества «Вамин Татарстан» на торгах. Аукционы идут уже около года, но, судя по данным Единого федерального реестра сведений о банкротстве, только один из них признан состоявшимся: в октябре 2014 г. «Татнефть» за 1,44 млн руб. купила почти 48 га сельхозземель холдинга.

Личные долги Мингазов пытается оспорить. Вот какие доводы он приводил, оспаривая решение о взыскании с него как с поручителя «Вамина» 129 млн руб. в пользу «Юникредит банка». Сначала представители Мингазова в суде заявляли, что ответчик не был надлежащим образом извещен о рассмотрении его дела в первой инстанции. Кассация ответила: суд неоднократно направлял Мингазову заказные письма по единственному адресу его проживания, которые возвращались с пометкой «отсутствие адресата». Потом представители ответчика попросили отсрочить исполнение решения в связи с болезнью должника, требующей «значительных финансовых затрат». Однако, судя по материалам суда, документально подтвердить состояние здоровья Мингазова его представитель не смог, заявив лишь, что «наличие у доверителя заболевания является общеизвестным фактом в республике». Тогда Мингазов попросил признать договор поручительства 2008 г. недействительным, поскольку сомневается, что лично подписывал документ: точно не помнит, но подпись на его не похожа. Сомнения у него возникли только в мае 2014 г., после «внимательного изучения документов». Однако ходатайство об экспертизе почерка было отклонено из-за срока давности. В «Юникредите» комментировать судебную эпопею не стали.

Должники на местах

Другие региональные парламентарии, ставшие должниками из-за поручительств за свои компании, не готовы платить долги из своего кармана.

Например, депутат Волгоградской облдумы Геннадий Мурылев задолжал банкам более 1,7 млрд руб. Деньги занимало ОАО «ЖБИ-1», акционером которого был депутат, на строительство жилья для военнослужащих, Мурылев выступал поручителем. «С учетом начала кризиса 2008 г. предприятие, исполнив обязательства по сдаче объема квадратных метров жилья, не смогло рассчитаться со Сбербанком, уйдя в процедуру банкротства, долг предполагается возвратить через реализацию активов предприятия», – сообщил Мурылев «Ведомостям».

Задолженность является суммой поручительства за предприятие и будет погашаться заемщиком или его правопреемником в соответствии с законодательством, комментирует свою ситуацию депутат Заксобрания Оренбургской области Александр Сало. С него приставы требуют в пользу кредиторов, прежде всего Сбербанка и РСХБ, 721 млн руб. Компания «Самарский элеватор», которую Сало возглавлял с 2001 г. и в которой владел долей в 50%, год назад была признана банкротом, ее имущество продается на торгах.

Создатели кирово-чепецкого ООО «Абсолют-агро», ныне депутат Госдумы Сергей Доронин и депутат заксобрания Кировской области Константин Мошуренко, согласно базе ФСПП, должны 670 млн и 897 млн руб. соответственно. Они поручались по кредитам, которые их холдинг брал на развитие. С 2006 г. холдинг кредитовался в Сбербанке, построив на заемные деньги, например, свиноводческий комплекс. Летом 2013 г. структуры группы перестали платить по кредитам, «несмотря на продолжение производственной деятельности и благоприятную рыночную конъюнктуру в свиноводческой отрасли», сетует работник Сбербанка: «Причина несостоятельности «Абсолют-агро» – сознательные действия собственников, которые, отказавшись от реструктуризации задолженности, решение о которой уже было принято соответствующим комитетом банка, выбрали путь банкротства своих предприятий. Обычно подобные действия направлены на уклонение от возврата кредитных средств банка». В ноябре 2014 г. «Абсолют-агро» после неудачной попытки самоликвидации было признано несостоятельным. Задолженность холдинга перед Сбербанком – 1,04 млрд руб.

Мошуренко на запрос не ответил, а Доронин винит в бедах предприятия (из учредителей которого он, кстати, вышел в 2011 г., хотя его семья осталась в числе бенефициаров) ВТО и плохую погоду. «После присоединения России к ВТО, условия которого были для отечественного АПК исключительно неблагоприятными, на рынке резко упала рентабельность. Поэтому в 2013 г. «Абсолют-агро» начала испытывать трудности, усугубившиеся двухлетней засухой. В том числе возникли сложности с обслуживанием кредитов, по которым я в свое время выступал поручителем как физическое лицо», – передал он «Ведомостям». Несмотря на банкротство, ситуация, по его мнению, не безвыходная: холдинг продолжает работать, стоимость его активов в любом случае превышает размер кредита. Поэтому у «Абсолют-агро» есть все шансы пройти через соответствующие процедуры цивилизованно, как это принято во всем мире». Доронин видит два решения проблемы: договориться с банками или найти для предприятия стратегического инвестора. «Но в любом случае ни о каком уклонении от ответственности по обязательствам речь не идет», – уверяет депутат.

При рассмотрении исков должники и поручители «использовали различные технологии по затягиванию судебного процесса», никаких мер по урегулированию задолженности перед банком Доронин не принимает, возражает сотрудник Сбербанка. В банке сомневаются, что удастся сохранить «Абсолют-агро»: конкурсный управляющий, назначенный Арбитражным судом Кировской области по ходатайству собственников предприятия, передал его имущественный комплекс «в аренду третьим лицам», рассказывает собеседник «Ведомостей».

Особый случай

«С любыми должниками, решившими не возвращать кредит, работать непросто, но с государственными должниками – особенно сложно, уверяет сотрудник крупного банка. – У нас по ним имеются схожие моменты: одни фактически увели залог, заблаговременно заключив брачные контракты, по другим не удается возбудить уголовные дела». Люди, занимающие высокие государственные должности, обладают обширными связями, Сбербанк нередко сталкивается с противодействием при взыскании, подтверждает Дегтярев.

В работе с такими должниками правоприменительные органы действуют обычно не слишком быстро, да и не слишком охотно: статус может существенно усложнить уголовно-правовое преследование, объясняет партнер юридической международной компании Herbert Smith Freehills Владимир Мельников. А вот при взыскании активов за рубежом разницы между должниками, занимающими государственные должности, и всеми прочими нет, отмечает он.

«Нас неприятно удивляет ситуация, при которой люди, призванные защищать интересы государства, принимать регулирующие нашу жизнь нормы, с легкостью нарушают основополагающий принцип гражданского права – договоры должны соблюдаться», – говорит Дегтярев.

«В нашей практике была попытка взыскать долги с депутата из регионального парламента. Мы попытались обратиться в его партию с жалобой на поведение однопартийца. В партии ответили формальным обещанием «принять во внимание», и на этом дело закончилось», – рассказывает адвокат «Юков и партнеры» Светлана Тарнопольская. У депутата так и не удалось установить источник дохода, чтобы взыскать средства, вспоминает она.

Комиссия по этике Госдумы часто получает жалобы от кредиторов на депутатов-должников: в кризис 2009 г. банки массово требовали поручительств от владельцев бизнеса и среди ставших поручителями немало тех, кто позже получил депутатский мандат, рассказал член комиссии, депутат Валерий Гартунг. «Мы всегда разбираемся в ситуации, запрашиваем объяснение у депутата и когда видим, что он принял все меры, чтобы выплатить задолженность, но в силу каких-то обязательств не смог исполнить все обязательства, то не находим нарушения депутатской этики», – говорит он. Гартунг не помнит, чтобы такое нарушение было найдено. При изучении ситуации выясняется, что проблемы спровоцированы поведением банков, объясняет он: они либо плохо просчитали риски при выдаче кредита, либо заняли чересчур жесткую позицию – в одностороннем порядке повысили процентную ставку или даже действовали как рейдеры, объясняет депутат. Например, вспоминает он, был случай, когда банк, в одностороннем порядке досрочно закрывший кредитную линию компании, пытался взыскать с нее и с поручителя по кредиту в 200 млн руб. 2 млрд руб. «Я не поддерживаю такую позицию банков – так с партнерами по бизнесу, которыми являются заемщики, себя вести нельзя», – говорит он.