Став вторым человеком в государстве, Владимир Путин не потерял способности удивлять. В четверг он способствовал обвалу котировок «Мечела» на 38%, капитализация компании за несколько часов упала с $15,2 млрд до $9,5 млрд. А в пятницу и индекс РТС — на волне паники инвесторов — просел более чем на 5%. Больше всего потеряли в цене коллеги «Мечела» — угольщики и металлурги. Беды ничто не предвещало. В четверг премьер-министр Путин проводил в Нижнем Новгороде вполне рутинное совещание, посвященное развитию металлургии. Материалы к совещанию готовил вице-премьер Игорь Сечин, известный в первую очередь как куратор нефтяной отрасли. А нефтянка в каком-то смысле производная металлургии. Половина затрат на разработку новых месторождений — это закупка труб. Нефтяники жалуются, что трубы с начала года подорожали на 20-30%. Трубники кивают на поставщиков, которые подняли цены на сталь и металлолом.

По металлолому решение нашли: глава Минпромторга Виктор Христенко предложил повысить пошлины на экспорт лома до запретительного уровня — с €15 до €120 за тонну. А что делать со сталеварами? Весной Фонд развития трубной промышленности вместе с «Газпромнефтью» и «Сургутнефтегазом» пожаловался на них в правительство. Сталевары, в свою очередь, указывают на подорожание сырья. Прежде всего коксующегося угля. С начала года он подорожал в два с лишним раза. Здесь и попал под раздачу «Мечел» — он крупнейший в стране производитель углей для металлургии. А по ряду дефицитных марок угля и вовсе монополист. «В I квартале компания продавала сырье за границу по ценам в 2 раза ниже внутренних, а значит, и мировых, — заявил Путин. — А маржа где, в виде налогов для гоcударства?» Премьер имел в виду ситуацию, сложившуюся в компании «Якутуголь». Она вошла в состав группы «Мечел» осенью прошлого года. У компании оставался годовой контракт (до апреля 2008 г.) на поставку углей в Японию по цене $100 за тонну. Между тем российским потребителям уголь поставлялся по спотовым ценам, которые уже весной составляли около $180 за тонну.

В Федеральную антимонопольную службу (ФАС) пошли жалобы — в частности, от Новолипецкого меткомбината. Дело дошло до Сечина, а затем уже и до Путина. Формально это может подпасть под статью 40 Налогового кодекса: если цена для одних потребителей отличается от уровня цен для других более чем на 20%, налоговики вправе потребовать доначисления налогов. А антимонопольная служба вправе оштрафовать компанию за ценовую дискриминацию. Но что такое рыночный уровень цен, придется еще доказывать. Ведь сравнивать долгосрочные и спотовые контракты некорректно. Впрочем, по подсчетам аналитика ИФК «Метрополь» Максима Худалова, максимум, что грозило «Мечелу», — это доплата $40 млн НДС и штрафов в ФАС.

Но Путин обиделся, что собственник и гендиректор «Мечела» Игорь Зюзин сказался больным и не приехал к нему на совещание. «Я советую Игорю Владимировичу поскорее выздороветь. Иначе к нему доктора придется послать и зачистить все эти проблемы», — заявил премьер-министр. На роль докторов Путин предложил ФАС и Следственный комитет прокуратуры. Последний раз в столь жесткой тональности Путин общался с бизнесом в 2003 г. Тогда он заявил главе ЮКОСа Михаилу Ходорковскому: «Ваша компания имеет сверхзапасы — а как она их получила? У компании были проблемы с неуплатой налогов… Я возвращаю вам вашу шайбу». Итог этой истории всем известен: Ходорковский — в тюрьме, его активы — в составе госкомпании «Роснефть».

Теперь инвесторы испугались, не повторяется ли история: не получил ли и Зюзин черную метку? Западные инвесторы бросились продавать российские акции. «Если руководство страны хочет превратить Россию в мировой финансовый центр, нельзя делать подобные политические заявления, — считает гендиректор ИК “Церих Кэпитал Менеджмент” Александр Щеглов. — Может, Зюзин действительно не прав. Но сначала это надо доказать в правовом поле».

Интересно, что претензии по налогам «Мечелу» предъявляют не впервые. Аналогичный случай был в 2004 г. — когда «Мечел» пытался купить госпакет Магнитки. Такой альянс угля и стали позволил бы создать крупнейшего игрока в черной металлургии. Но директор ММК Виктор Рашников этому воспротивился и обратился за помощью к министру промышленности Виктору Христенко, в прошлом челябинцу. Накануне продажи госпакета Магнитки в офисе «Мечела» начались проверки МВД, были предъявлены обвинения в уклонении от уплаты налогов. В итоге «Мечелу» пришлось продать долю в Магнитке Рашникову. Дело о нарушениях замяли, «Мечел» отделался небольшими штрафами.

С тех пор «Мечел» стал осторожнее, налоги платит исправно. Однако конфликты у Зюзина с коллегами все равно случаются. Покупал «Якутуголь» — перешел дорогу всем металлургам: «Северстали», Магнитке, НЛМК. Покупал ферросплавный бизнес (выпуск легирующих добавок для сталей) — опередил «Евраз». Главным стальным активом «Мечела» — Челябинским меткомбинатом, который делает спецстали для оборонки, — давно интересуется глава «Ростехнологий» Сергей Чемезов. Правда, последнее время не очень активно, так что это не главная угроза.

Куда серьезнее претензии Амана Тулеева, губернатора Кузбасса. С ним у Зюзина не слишком хорошие отношения с давних пор. В 2006 г. структуры «Южного Кузбасса» (дочерней компании «Мечела») начали добывать уголь на соседнем участке, на который у них не было лицензии. За полтора года добыли 1,1 млн т — на сумму более 1 млрд руб. «Одно уголовное дело уже возбуждено, — рассказывает замглавы Росприроднадзора Олег Митволь. — Мы надеемся, что еще будет возбуждено дело о незаконном предпринимательстве». Это статья 171 УК, которая тянет на пять лет лишения свободы. Интересно, что в своих природоохранных начинаниях Митволь часто действовал в интересах «Газпрома». А покупкой «Мечела» в свое время интересовался глава «Газпром-инвестхолдинга» Алишер Усманов. Другое сырье для металлургов — железную руду — он уже контролирует.

До сих пор сложности «Мечела» носили локальный характер. Скорее всего, металлурги просто хотели заставить Зюзина правильно продавать им сырье. Но теперь, раз Главный сделал такое заявление, ситуация могла измениться в корне и последствия могут быть любые. Вплоть до того, что компанию могут попробовать распилить, говорит знакомый с Зюзиным бизнесмен. Самый простой вариант — «Мечел» исправится и перейдет на длинные контракты с металлургами. Собственно, «Мечел» уже двигался в этом направлении. 22 июля — буквально за два дня до путинского совещания — компания сообщила, что зафиксировала цены для российских покупателей на весь III квартал, а после контракты станут еще длиннее.

Для держателей ADR самое главное, чтобы компанию не распродали по частям. А если сменится владелец — например, на Усманова или Абрамовича, — ничего ужасного для держателей этих бумаг не произойдет. Скорее наоборот, стоимость котировок пойдет вверх. С учетом того, что сейчас бумаги «Мечела» торгуются с коэффициентом EV/EBITDA порядка 1,5, а бумаги остальных по 5-7, «Мечел» надо покупать. До иностранных участников рынка это, видимо, дошло на следующий день после скандала — к вечеру пятницы акции компании «выздоровели» на 15%. Но более почтительным по отношению к власти отечественным бизнесменам купить «Мечел» все еще легче, чем до болезни Зюзина.