Репутация Игоря Сечина пострадала из-за яхты – решение суда

Руководитель «Роснефти» выиграл иск против «Новой газеты»
  • Ксения Болецкая,
  • Екатерина Брызгалова
  • / Ведомости

Басманный суд Москвы удовлетворил иск о защите чести и достоинства президента «Роснефти» Игоря Сечина к «Новой газете» и журналисту Роману Анину, пишет «Интерфакс».

Публикация не является общественно значимой, так как Сечин не публичный человек и не влиятельный общественный деятель, заявил в суде его представитель. Материал о многомиллионной яхте адвокат Сечина назвал «удовлетворением праздного интереса», пишет после заседания суда сама «Новая».

Автор статьи «Секрет "Принцессы Ольги"» Анин в материале в форме «скрытого утверждения», то есть посредством изложения фактов в форме вопросов или предположения, распространил недостоверную и порочащую Сечина информацию о том, что тот якобы имеет отношение к одной из самых шикарных яхт мира, живет не по средствам, а значит, скрывает свои истинные доходы, являясь главой госкомпании, заявил адвокат руководителя «Роснефти» (его слова приводит «Интерфакс»).

«Новая» будет обжаловать решения суда, сообщается на сайте издания. «Мы считаем, исковые требования были абсурдны. Нас просили опровергнуть то, что в публикации не содержалось. По фактурной части материала у истца не было претензий. Оспаривалось то представление, которое могло сложиться после прочтения», - цитируются на сайте слова заместителя главного редактора «Новой» Сергея Соколова.

«Автор специально использовал определённые приемы для подачи информации. Автором просто добавлялись какие-то слова: "возможно", "предположительно", а на самом деле это форма утверждения», - цитирует агентство представителя Сечина.

Поводом для иска Сечина стала статья о яхте St. Princess Olga, опубликованная в «Новой газете» в начале августа 2016 г. Судно, по сведениям издания, спущено на воду в 2013 г., его размер – «с футбольное поле (85,6 м)». На яхте якобы есть бассейн, который при необходимости превращается в вертолетную площадку, а также спа и лифт. St. Princess Olga ходит под флагом Каймановых островов и принадлежит местной фирме Serlio Shipping Ltd., писала «Новая газета». Изучив с помощью специальных сайтов о морских судах маршрут яхты и фотографии в аккаунте Instagram жены Игоря Сечина Ольги Сечиной, издание предположило, что St. Princess Olga либо собственность семьи Сечиных, либо они часто арендуют это судно. Сейчас фотографии в аккаунте Instagram, на который ссылается «Новая», доступны только его подписчикам, убедились «Ведомости». По оценкам экспертов, опрошенных «Новой», такая яхта стоит «не менее $100 млн».

Первой иск к «Новой» подала жена Сечина. Она уверена, что заметка нарушает ее право на неприкосновенность частной жизни. Суд дважды не принимал ее заявление к рассмотрению из-за ошибок.

Представитель «Новой газеты» в суде Ярослав Кожеуров заявил, что Анин руководствовался законными мотивами, у Сечина были все возможности ответить на вопросы журналиста.

Автор статьи не утверждал, а лишь задавался вопросом, какое отношение Сечин и его супруга имеют к дорогостоящей яхте, указал адвокат «Новой». Автор лишь сопоставил фотографии с геотэгами из личного аккаунта Сечиной в Instagram, указал на схожесть интерьеров на фото и яхте, а также совпадения местонахождения судна в момент пребывания в том или ином месте супруги главы нефтяной компании, передает «Интерфакс» слова представителя «Новой».

По словам Кожеурова, информация о доходах элиты может быть предметом общественной дискуссии, тем более в кризис, когда благосостояние граждан падает. Рядом с текстом о яхте на той же полосе «Новой» опубликована статья о жизни российского села, что собирательство позволяет выжить людям с доходом около 10 000 руб. в месяц, но представители власти предлагают им «тратить меньше электроэнергии».

Сечин в прошлом влиятельный политик и высокопоставленный чиновник, сейчас руководитель крупнейшей нефтегазовой компании, большой пакет акций которой принадлежит государству, напомнил адвокат «Новой».

По оборотам «по всей видимости», «предположительно», «возможно» устоявшейся судебной практики в России нет, указывает управляющий партнер Коллегии медиа-юристов Федор Кравченко. Журналисты таким образом предупреждают, что событие может не состояться, а приводимая информация может оказаться не точной, говорит Кравченко. С другой стороны, некоторые СМИ злоупотребляют такими оборотами для распространения недостоверной информации, указывает юрист. Для проверки восприятия читателями текста суды и назначают лингвистическую и психолингвистическую экспертизу, объяснил Кравченко.

«Фраза "скрытое утверждение" в принципе допустима, если мы говорим, например, о риторических вопросах, которые считаются утверждениями по сути и вопросами по форме. В решениях судов такие выводы изредка встречаются, хотя разъяснения “скрытого утверждения” в законодательстве нет, - рассуждает главный юрист ИД “Коммерсантъ” Георгий Иванов. – Но журналист до сих пор знал, что его мнение, выраженное в форме подозрения (о чем он честно сообщает читателю), вполне укладывается в рамки закона о СМИ. Теперь правила игры нарушены». Опасность такого вердикта суда по иску Сечина очевидна, указывает Иванов: «Любого журналиста можно запугать тем, что его рассуждения подпадают под “скрытое утверждение”, и привлечь к ответственности. СМИ в итоге просто не смогут реализовывать свои права».

«Роснефть», как и сам Сечин, в последние годы регулярно судится с журналистами. Так, в апреле 2016 г. «Роснефть» через суд потребовала от РБК опровергнуть сведения, опубликованные в статье «Сечин попросил правительство защитить «Роснефть» от BP». Судебные разбирательства по этому иску еще не окончены, в конце сентября «Роснефть» уточнила свои требования по этому иск и теперь намерена получить от РБК 3,1 млрд руб. в качестве компенсации ущерба деловой репутации. Недавно суд признал порочащей достоинство Сечина статью «Ведомостей» о строящемся доме руководителя «Роснефти» в Барвихе (решение не вступило в силу). В 2014 г. суд принял аналогичное решение по колонке «Ведомостей» о Сечине и его влиянии на чиновников. Ранее в том же году суд признал порочащими репутацию президента «Роснефти» две статьи в журнале Forbes, в частности сведения о том, что вознаграждение Сечина якобы одно из самых высоких среди российских топ-менеджеров.