Бизнес
Бесплатный
Ирина Резник

Ходорковскому отказали в следственном эксперименте

Заседание Хамовнического суда началось с конфуза, а гособвинителю по делу ЮКОСа не удалось ни объяснить, ни показать, как владельцы ЮКОСа могли украсть всю нефть компании, добытую с 1998 по 2003 г.
М.Стулов

Заседание Хамовнического суда, на котором должны были слушаться показания бывших совладельцев ЮКОСа Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, началось с конфуза. Лебедев попросил председателя Хамовнического суда Москвы Виктора Данилкина "подумать над устранением от участия по сфабрикованному уголовному делу" и взять самоотвод.

Лебедев объяснил, что закон обязывал Данилкина еще в марте прошлого года вернуть дело о "хищении" акций "Томскнефти" вместе с обвинительным заключением, так как срок давности по этому делу истек в ноябре 2008 г. Но судья Данилкин этого не сделал, поэтому обвиняемые и их адвокаты полагают, что судья лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе дела ЮКОСа.

"Вы, ваша честь, это протухшее и сфабрикованное обвинение по ст. 160 УК РФ используете уже более года для моего и Ходорковского заведомо незаконного уголовного преследования", – сказал Лебедев. Прокурор Валерий Лахтин вскочил и потребовал у Лебедева держать себя в руках. "Включаете эту протухшую статью во все ваши процессуальные решения", – продолжал Лебедев. Лахтин опять вскочил. А после того как бывший глава МФО "Менатеп" начал говорить про "протухший эпизод", нервы не выдержали у судьи Данилкина. "Прошу перерыв", - взвизгнул Данилкин. И пулей выскочил из зала суда.

Через 15 минут он вернулся, а Лебедев пообещал не произносить больше слово, так выводящее судью из себя, и Данилкин успокоился.

У гособвинителя Лахтина не нашлось оснований для отвода судьи, как и у самого судьи Данилкина. И суд приступил к заслушиванию показаний Ходорковского.

Нефть и скважинная жидкость

Ходорковский для начала решил показать разницу между нефтью и скважинной жидкостью. Адвокаты Ходорковского достали из-под стола литровую банку нефти и трехлитровую банку скважинной жидкости, чтобы Данилкин лично убедился, что между ними существует разница. "Представьте себе, что я покупаю нефть у своего адвоката за 1 руб., - начал Ходорковский. – Нефть остается в банке у адвоката, а я получаю только права на нее. Вы понимаете разницу?!"

"Немедленно уберите горючие жидкости из зала судебного заседания, – закричал приставам Данилкин, придя в себя. – Не вижу ничего смешного в том, что горючая жидкость находится в зале судебных заседаний, где такое количество людей и только одна дверь".

Приставы вынесли из зала обе банки. "Я не передаю эту нефть суду, права на нее у меня", – сказал им вслед Ходорковский. Он объяснил, что ЮКОС скупал у своих "дочек" не саму нефть, а права на нее. "Нефть у "Юганскнефтегаза", "Самаранефтегаза" и "Томскнефти" никуда не пропала, – заявил Ходорковский. – Какие-либо документы, свидетельствующие о пропаже нефти, не имеются не только в этом уголовном деле, но и вообще не существуют".

Он напомнил, что согласно закону уголовное дело возбуждается по факту совершения преступления, однако каких-либо заявлений о том, что нефть исчезла, не существует. Нет никаких актов инвентаризации, которые бы подтверждали факт пропажи нефти. Поэтому он предложил суду допросить в суде в качестве свидетеля следователя Каримова, который подписывал постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Ходорковского и Лебедева, чтобы он пояснил, на основании каких документов дело было возбуждено.

"Если же такие документы не будут обнаружены, то я предлагаю стороне обвинения отказаться от обвинений, а уголовное дело прекратить", — заявил Ходорковский. Он добавил, что не понимает, от чего защищаться, так как суть обвинений ему не ясна.

"Всю суть обвинений вам разъяснили в Ингодинском суде, – парировал прокурор Лахтин. – Пусть дают показания, а не спрашивают, какие! Правдивые пусть дают! Сказано же, что похитили нефть, пусть читают резолютивную часть, если им непонятно".

Ходорковский попросил Лахтина поучаствовать в следственном эксперименте в зале суда и продемонстрировать на примере бутылки с водой, как акционеры ЮКОСа могли изъять нефть. Лахтин, полистав несколько минут Уголовно-процессуальный кодекс, встал и зачитал оттуда несколько предложений о том, что в зале суда следственные эксперименты не проводятся.

После этого в заседании суда был объявлен перерыв.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more