Адвокат Дерипаски: “Черной был окружен avtoritet-ами с obschak-ом, вымогал dolya за krysha”

Барристер Томас Бизли пытается с помощью жаргонизмов доказать, что Михаил Черной был не партнером Олега Дерипаски, а “крышевал” его бизнес
Михаил Черной (слева) и Олег Дерипаска
М.Рожкова; Bloombegr

Вчера в самом конце дня судья Эндрю Смит дал Бизли слово, в котором тот проанонсировал свое сегодняшнее выступление, передал корреспондент «Газета.ru» из зала суда. Бизли сообщил, что никакого бизнес-партнерства между его клиентом и Черным не было: партнерство предполагает финансирование и инвестиции, а Черной их не делал, несмотря на утверждения стороны истца о платежах в 1993 и 1994 гг. Также Черной не присутствовал на важных собраниях, на которых, по идее, должен был присутствовать, если бы владел, как он утверждает, 20% акций «Сибирского алюминия» («Сибала»), заявил Бизли.

За этот пакет Черной, по его утверждению, получил от Дерипаски в марте 2001 г. $250 млн и договорился, что также получит 20% акций «Русского алюминия» (Русала»), решение о создании которого путем объединения «Сибала» и алюминиевых активов Романа Абрамовича было принято годом ранее.

Дерипаска был не «бедствующим студентом», а в отличие от Черного “настоящим бизнесменом”, у которого были сотрудники, партнеры, юристы в России и на Кипре, заявил вчера вечером Бизли. У Черного в начале 1990-х гг., когда он встретился с Дерипаской, по словам адвоката, “ничего этого не было”, передает Bloomberg.

Сегодня Бизли пытается предметно доказать, что будущий крупнейший акционер UC Rusal в 1990-е гг. не нуждался в услугах Черного. Согласно подробному письменному заявлению Бизли для суда, на основе которого строится его речь, Дерипаске приходилось платить за «крышу» Черному, который действовал вместе с Антоном Малевским и Сергеем Поповым.

Сплошная уголовщина

По утверждению Черного, Малевскиий и владелец «Союзконтракта» Попов впоследствии стали партнерами его и Дерипаски. «На самом деле Черной не был настоящим, обычным бизнесменом… он был уголовником, который в своей криминальной деятельности и при формировании своего богатства пользовался помощью сообщников-уголовников, в числе которых были Малевский и Попов (но не только), а также стоявшие за ними организованные преступные группировки (ОПГ), Измайловская и Подольская», – говорится в заявлении Бизли.

Малевский погиб в конце 2001 г. В 2008 г., когда стали известны детали претензий Черного и ответ на них Дерипаски (их описания содержались в решении судьи Кристофера Кларка о том, что дело может слушаться в Лондоне), Попов заявил “Ведомостям”, что был шокирован “лживыми показаниями” Дерипаски против него: “Мы с ним дружим больше 15 лет, я крестный отец его дочери». Заявления Дерипаски о том, что Черной не был его партнером, Попов тогда назвал абсурдными.

Ховард в начале недели указывал: фотографии и видеозаписи, на которых Дерипаска, Малевский и Попов дружески отмечают дни рождения и свадьбы, свидетельствуют о том, что утверждения Дерипаски о «крышевании» его бизнеса – это выдумка.

Бизли же в своем заявлении отмечает, что Дерипаске приходилось следовать ритуалам, которые предполагало «крышевание», т. е. участвовать во встречах, выглядеть дружелюбно и относиться уважительно к тем, кто предоставлял протекцию. Поэтому третьи лица и не знали об их реальных взаимоотношениях.

Дерипаска, по словам Бизли, никогда не давал ни устного, ни письменного согласия на партнерство с Черным и такого партнерства не было. Однако с 1995 г. Черной при участии прежде всего Малевского и стоявших за ними ОПГ стали «крышевать» бизнес Дерипаски. Черной и ОПГ угрожали непосредственно Дерипаске, окружавшим его людям и другим предпринимателям в алюминиевой отрасли, и Дерипаска подчинился, указывает адвокат. В обмен на это Черной и его сообщники требовали «долю» (к ставшему уже привычным для английских юристов после процесса между Борисом Березовским и Абрамовичем термину krysha Бизли добавил еще одну российскую реалию – dolya). С 1995 по 2001 г. Черному было переведено множество платежей в виде “доли”, утверждает Бизли.

Заявление Бизли пестрит российскими терминами, а точнее, жаргонизмами: obschak (у Измайловской ОПГ и Малевского роль общака, к которому якобы приложил руку и Черной, играла Trenton Business Corporation, зарегистрированная Малевским на Британских Виргинских островах), avtoritet (им, по утверждению стороны ответчика, был в Подольской ОПГ Попов, который любил отмечать, что занимается ее коммерческими делами), ponyatiyka (см. ниже). Черной, отмечается в заявлении Бизли, постоянно общался “с уголовниками или теми, кто таковым считался”, оплачивал их поездки, проживание в отелях, счета по картам, перечислял деньги им и их семьям. В заявлении приводятся имена и клички 10 таких человек, включая такие известные, как Вячеслав Иваньков (Япончик), Алимжан Тохтахунов (Тайванчик), называемый vor-v-zakone, Анатолий Быков, “также известный как Толян и Бык, лидер Красноярской ОПГ” (в 1990-е гг. Быков был совладельцем и председателем совета директоров Красноярского алюминиевого завода).

Черной указывает, что все подобные обвинения в отношении него необоснованны, это совпадение или kompromat, но подобное утверждение не выдерживает критики, отмечает Бизли. Если бы это было так, вряд ли бы власти по меньшей мере 10 стран начинали расследования в отношении Черного. На суд в Лондоне Черной не может явиться лично, так как в Испании выдали общеевропейский ордер на его арест по побвинению в отмывании денег (судья Смит разрешил ему участвовать в процессе по видеосвязи).

В своем выступлении в начале недели Ховард упирал, в частности, на то, что Черного ни разу так и не признали виновным, а Дерипаска с помощью обвинений в связях с криминалитетом пытается скрыть недостаток доказательств, подтверждающих версию «крышевания». Кроме того, указывается в письменном заявлении Ховарда, на котором основывалась его вступительная речь, создается впечатление, что стороны обсуждают два разных дела: Черной говорит о природе взаимоотношений с Дерипаской и условиях соглашения в марте 2001 г., а тот – «о том, были ли Черной и третьи лица вовлечены или могли быть вовлечены в какую-либо преступную деятельность».

Черной был нужен Дерипаске, чтобы использовать его средства и связи для расширения алюминиевого бизнеса, утверждал Ховард. «Он понимал, что партнерство с Черным выведет его в совершенно другую лигу», – заявил Ховард. В эту лигу, судя по словам адвоката, Дерипаска в итоге и попал. «В современной жизни у Дерипаски особый статус. Он один из самых богатых и влиятельных людей в России, тесно связанный с президентом Путиным, – говорится в заявлении Ховарда. – Невозможно переоценить его власть. Без сомнения, по этой причине он полагает, что даже история должна склониться перед ним».

”Дерипаска не нуждался в Черном»

У стороны Дерипаски совершенно противоположное мнение. Деловое партнерство с Черным ему было не нужно, указывает Бизли. По утверждению Черного, вскоре после знакомства они договорились иметь по 50% в активах и прибыли, при этом Дерипаска якобы вносил свои активы, должен был единолично управлять бизнесом и не начинать нового без согласия Черного; последний же предоставлял или организовывал финансирование и помогал своими контактами в правительственных и деловых кругах. Черной называет это «щедрым предложением», указывает Бизли, но сам дает такой договоренности другое определение – «неравный брак». Ее условия он называет обременительными для Дерипаски, слишком расплывчатыми, а также указывает, что остается неясным, сколько средств и в какой форме Черной вложил в бизнес ($488 млн, о которых говорит Черной, Бизли называет невероятной для России того времени суммой). Кроме того, Дерипаска к моменту знакомства с Черным был «высокообразованным человеком, понимавшим экономические реалии, состоявшимся бизнесменом» с прибыльными компаниями, поэтому помощь Черного была ему абсолютно не нужна, утверждает Бизли. Да и сложно было Черному помогать «контактами и финансами», потому что с 1994 г. он жил за границей, куда уехал вместе с Малевским по поддельным паспортам, спасаясь от преследования российских правоохранительных органов, расследовавших дело о фальшивых авизо, добавляет адвокат.

Согласья нет

Показания Черного и Дерипаски по многим пунктам кардинально расходятся. Судья Кларк в свое время даже указал, что, по его мнению, «один из них лжет в грандиозных масштабах». Черной утверждает, что впервые они встретились в октябре 1993 г. в Лондоне на мероприятии, организованном Лондонской биржей металлов, причем встречи искал Дерипаска; вскоре они договорились о партнерстве. Последний же настаивает, что они впервые увиделись в мае 1994 г. в Лондоне во время одного ужина, причем его Черному представили, а сам он с ним встречаться не собирался.

Радикально расходятся их показания и по главному вопросу о том, что за документы были подписаны 10 марта 2001 г. в Лондоне. Черной утверждает, что Дерипаска подписал соглашение о выплате ему $250 млн за долю в «Сибале». Кроме того, было подписано и дополнение к соглашению, предусматривавшее, что в 2005-2007 гг. Дерипаска продаст «третьим лицам» долю Черного в «Русале» (Черной определяет ее в 20%) и передаст ему вырученные деньги за вычетом $250 млн.

К началу 2001 г. угроза со стороны ОПГ в отношении Дерипаски и близких к нему людей ослабла, указывает Бизли, в частности – из-за борьбы с организованной преступностью, предпринятой новым правительство Владимира Путина. Позиции Дерипаски укрепляло и партнерство с Абрамовичем, а также усилившаяся служба безопасности компании. Поэтому он решил избавиться от «крыши». Подписанные соглашение и дополнение были не настоящими документами о сделке, а фиктивными – то, что по-русски может быть названо «понятийка» (ponyatiyka), т. е. запись о договоренности, которую не собираются исполнять и которая не имеет юридической силы, указывает Бизли. На встрече 10 марта было решено, что Дерипаска заплатит Черному $250 млн отступных, а соглашение будет фиктивным документом, прикрывающим этот платеж, настаивает адвокат.

А дополнение к соглашению, по его утверждению, было вообще написано не для Черного, а для Малевского. То, о чем в нем говорится, с Черным 10 марта не обсуждалось. Дерипаска передал его Малевскому после своего возвращения в Россию, указывает Бизли; на нем тогда стояла подпись Дерипаски, а подпись Черного, сделанная другими чернилами, вообще может быть подделкой. Черной мог получить дополнение впоследствии через свои связи в ОПГ или от жены Малевского, уточняет адвокат.

После 10 марта Дерипаска выплатил Черному $250 млн и еще $170 млн людям, связанным с Малевским и Поповым, указывает Бизли, тем самым полностью отказавшись от “крыши”.

После создания в 2007 г. на базе «Русала», «Суала» и алюминиевых активов Glencore компании UC Rusal, в которой Дерипаска получил 66%, Черной внес изменения в исковое заявление. Он требует «20% от 66% акций UC Rusal», а также дивиденды и «другие возможные выплаты по этим акциям». Пакет в 13,2% акций UC Rusal, если исходить из котировок на Гонконгской бирже, стоит более $1 млрд.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать