Женщина в горжетке из пушного зверя написала: «Влад, ты мой!» - и завернулась в меха

Яблокиада, день девятый: как болельщики фотографируются на фоне своих мыслей
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

На задворках Олимпийского парка стоит Японский дом. Туда попадают только те, кто сбился с дороги, или просто хоккей еще не начался, и человек бродит без дела, в надежде разжиться сувенирной мелочью.

Я тоже попал туда случайно. Встреча у меня сорвалась с хорошим человеком, причем уже в третий раз. Досадуя на обстоятельства, я свернул не туда и оказался перед гранитным крыльцом, на котором был раскинут белый шатер. На ступенях стояла толпа. Я протиснулся внутрь: оказалось, очередь жаждет сфотографироваться на фоне большого экрана, куда проецировались черно-белые виды Токио и облако с текстом, который сами посетители набирали на ноутбуке.

Японцы, как всегда, поступили мудрее всех. Другие дома гостеприимства, вроде казахского или швейцарского, рассказывали о своей стране, о национальных видах спорта, дарили буклеты. Японцы даже не пускали людей внутрь здания. Зачем? Знакомство с Японией, с ее философией заключалось в том, что, печатая легкомысленный текст, болельщики невольно выражали самые сокровенные мысли. А уж когда позировали возле экрана, тут уж их качества проявлялись в полный рост. Двое крепких мужчин во всем спортивном написали: «Опарино рулит!!» - и сделали вид, как будто они целуются. Публика в восторге хохотала. Женщина в горжетке из пушного зверя написала: «Влад, ты мой!» - и завернулась в меха. Девочка десяти лет одним пальцем напечатала: «Тайский риджбек - это сила», вызвав непродолжительный спор в толпе: что такое риджбек - борьба или вид массажа?

Самое интересное, что болельщики напряженно думали перед тем, как напечатать текст. Но на экране все равно появлялось: «Майкоп навек», «Я люблю Светика», «Чемпионы, вперед». Некоторые даже советовались. «Давай напишем день нашей свадьбы», - предложил стоявший впереди меня юноша. «Может, и свадьбы-то еще не будет!» - отвечала неприступная.

Дирижировал молодой японец. Он помогал печатать, фотографировал и фотографировался с болельщиками. С мужчинами изображал бокс, женщин прихватывал за талию, детей поднимал над головой.

- Зырь, чисто актер! - восхищались в очереди.

Улучив момент, я немного поговорил с ним. Звали юношу Хироки Такахаси, был он родом из Токио, где занимался тем же, чем и здесь: снимал людей на фоне их мыслей.

- А что пишут в Токио? - спросил я.

- Да то же, что и здесь, - ответил он.

- А ты сам что бы написал?

- Я не знаю, - посмеивался Хироки, - может быть, «Сочи»?

Между прочим, Сочи он искренне хвалил. Конечно, приятно, когда в Токио идет снег, а тут плюс пятнадцать. Я спросил, как ему еда. Рис тут отстойный, ответил японец, а вот борщ и бефстроганов - сила.

- Ты вообще счастливый человек, Хироки Такахаси?

- Я-то? Конечно! Люди меня делают счастливым, - говорил он, выводя на экран очередное «Хочу в Японию». - Я - как они. Когда они улыбаются, я тоже улыбаюсь. Когда злятся, я тоже злюсь. Я как зеркало. Вот сейчас, например, я немного нервничаю, потому что ты смотришь на меня в упор и ты гораздо выше меня.

- Извини, - я отступил на шаг и опустил глаза. - Скажи, а что ты знаешь про смысл жизни? Ты ведь из Японии, там про это все-все знают.

Он сморщился, как будто я ему дал немного нашего риса.

- Честно говоря, я об этом вообще не думал, - сказал он. - Ни здесь, ни в Японии.

Уже потом, когда я уходил из Японского дома, я решил, что человек-зеркало неспроста ответил мне так. Смысл жизни (и ее главной части - Олимпиады) в том, чтобы вообще не думать.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more