Статья опубликована в № 4010 от 08.02.2016 под заголовком: Золотой голос Газпромбанка

«Мечел» дает кредиторам право вето

Все крупные операции компании должны единогласно одобряться советом директоров, куда войдет представитель Газпромбанка

Четвертого марта внеочередное собрание акционеров «Мечела» должно одобрить реструктуризацию долга компании, устав в новой редакции и избрать новый состав совета директоров. В минувший четверг «Мечел» опубликовал документы к собранию на своем сайте. Выяснилось, что после изменения устава компания сможет проводить ряд сделок только при единогласном одобрении совета директоров, в который войдет в том числе и представитель Газпромбанка – Тигран Хачатуров. Это делается для того, чтобы обеспечить дополнительный контроль, указано в документах компании.

Единогласно совет будет одобрять: рекомендации акционерам по размеру дивидендов и по использованию резервного фонда, увеличение или уменьшение уставного капитала, сделки с имуществом на сумму свыше 100 млн руб., привлечение кредитов сроком более чем на 180 дней на сумму более 1% от балансовых активов (около 1,2 млрд руб., так как на 30 сентября балансовые активы «Мечела» составляли 116,6 млрд руб.), досрочное погашение кредитов на сумму более 0,5% от балансовых активов (около 600 млн руб.), выдачу поручительств или гарантий, сделки с производными финансовыми инструментами или залог акций в репо, предоставление авансов более чем на 6 месяцев, выпуск и погашение облигаций, привлечение проектного финансирования и даже вступление или выход из ассоциаций, а также открытие и закрытие филиалов.

«Ограничения в уставе – это инструмент контроля, заниматься операционным управлением «Мечела» совет директоров скорее всего не будет», – считает аналитик БКС Кирилл Чуйко.

Компания также предлагает внести в устав механизм, по которому «Мечел» не сможет реструктурировать задолженность по части займов таким образом, что один из банков-кредиторов получит существенные преимущества по ставкам и срокам погашения. «Это условие защищает интересы маленьких кредиторов «Мечела» и более полезно им, нежели крупным госбанкам», – говорит один из держателей долга «Мечела».

Вся власть миноритариям

4 марта акционеры «Мечела» должны будут одобрить сделки по реструктуризации задолженности на $5,1 млрд с госбанками и синдикатом кредиторов (из $6,1 млрд общего и чистого долга). Это сделки с заинтересованностью, поэтому Зюзин и члены его семьи голосовать не смогут. Для одобрения реструктуризации за нее должны проголосовать не менее половины миноритариев или 16,3% голосующих акций.

В старом уставе работа совета директоров регламентировалась 66 пунктами и подпунктами, в новом уставе их 95. Часть из новых параметров в старом уставе вовсе не регламентировалась, а значит, принималась простым большинством голосов на совете директоров, поясняет старший юрист BMS Law Firm Денис Фролов. Все вопросы, которые новый устав предполагает принимать совету единогласно, – корпоративные, затрагивают основные направления деятельности компании, продолжает он. Естественно, это усложнит работу совета, констатирует Фролов.

Сейчас в совете директоров «Мечела» из девяти членов пятеро независимых, трое – менеджеры компании. Возглавляет совет владелец компании Игорь Зюзин (вместе с семьей контролирует 67,4% акций компании). В новый состав совета не номинированы независимые директора Игорь Кожуховский (гендиректор Агентства по прогнозированию балансов в электроэнергетике) и Артур Джонсон (Coal Еnergy S.A.), а также вице-президент «Мечела» Виктор Тригубко. Вместо них в совет баллотируются Хачатуров, а также два новых независимых кандидата – Александр Коцкий (был членом совета директоров «Южного Кузбасса») и Александр Орищин (член совета директоров «Мечел-майнинга»).

Выходит, решения практически по всем операционным вопросам компании остаются за представителем кредиторов в совете, говорит один из держателей долга «Мечела». И это логично, утверждает он. Кредиторы с самого начала пытались получить контроль над «Мечелом». Еще летом 2014 г., когда конфликт вокруг долга компании только набирал обороты, ВТБ, Газпромбанк и Сбербанк предлагали конвертировать долг компании в акции с последующим опционом на обратный выкуп. Но Зюзин на такую сделку не согласился.

Хачатуров – финансист, отвечал в «Атомредметзолоте» («дочка» «Росатома») и Uranium One за покупку активов, рассказывал его бывший коллега. Один из источников «Ведомостей», близкий к участникам переговоров по реструктуризации задолженности «Мечела», рассказывал, что Хачатуров занимался в Газпромбанке долгом «Мечела» с осени 2015 г., проводил оценку активов компании, в частности Эльгинского угольного месторождения (2,2 млрд т коксующегося угля). Еще один источник говорил, что на визитке у Хачатурова указана должность советника предправления Газпромбанка, однако в документах «Мечела» к собранию акционеров указано, что Хачатуров является советником гендиректора «Мечела» по финансам.

Представители «Мечела» и ВТБ отказались от комментариев, их коллеги из Сбербанка и Газпромбанка не ответили на вопросы «Ведомостей».