Агротуризм в России развивается вне закона

Что мешает быстрому развитию сельских и природных территорий
Потенциал рынка агротуризма на базе фермерских хозяйств может составить до 55 млрд руб. ежегодно /Евгений Разумный / Ведомости

В разрабатываемый с 2019 г. национальный проект «Туризм и индустрия гостеприимства» отдельным блоком будет включен агрономический туризм (агротуризм). Такое поручение Ростуризму и Минсельхозу дал премьер Михаил Мишустин после своей февральской поездки в Карелию. Глава правительства считает, что нужен комплекс мер по развитию агротуризма – не только в Карелии, конечно, но и в других регионах. «Просто экскурсии уже не работают. Люди хотят эмоций и впечатлений, хотят быть участниками живого процесса. Посещение сельской местности, общение с местными жителями, гастрономические мастер-классы, участие в обрядах дают такую возможность», – комментирует Татьяна Нечепаева, директор компании «Рейна-тур НТВ» из Ростова-на-Дону, член правления Российского союза туриндустрии (РСТ-юг). Что сегодня мешает развитию агротуризма?

Потенциал на миллион

Определить агротуризм как самостоятельную категорию непросто. «Даже в профессиональной среде отсутствуют четкое разграничение понятий «аграрный», «сельский», «фермерский», «деревенский» туризм и единый подход в их употреблении, причем как в России, так и за рубежом, – говорит Светлана Дихтяр, директор АНО «Развитие туризма и гостеприимства в современном мире». – На наш взгляд, к сельскому туризму относится пребывание гостей в деревне, тогда как агротуризм связан с сельскохозяйственным производством принимающей стороны, которое становится источником получения новых знаний, навыков, впечатлений». В то же время Общественный исследовательский университет Пёрдью́ в Индиане (США) дает такое определение: «Агротуризм – это сельскохозяйственный туризм, который классифицируется как деятельность фермеров, оказывающих услуги, связанные с отдыхом и обучением населения с целью сбыта сельскохозяйственной продукции и получения дополнительного заработка».

2 млрд руб.

достигает, по оценкам экспертов, суммарный годовой доход от официальной аренды сельских гостевых домов (при средней годовой загрузке гостевого дома в 20–22%, среднем чеке за размещение и питание в 2000 руб. в сутки и средней продолжительности пребывания 2–3 суток). С учетом теневого сектора этот показатель составляет около 8 млрд руб. в год

В мире толчком к развитию агротуризма стал кризис сельского хозяйства второй половины XX в. Безработица на селе и низкие заработки вынудили фермеров искать новые источники дохода. И оказалось, что люди готовы платить за то, чтобы попробовать натуральные продукты, понаблюдать за животными и даже поработать. Более 50% европейцев отдыхают в сельской местности. При этом в Австрии, например, на агротуристов приходится 16% от общего числа сельских туристов ЕС, в Италии – 13%, во Франции –15%, в Испании – 8%, говорится в исследовании Нижегородского государственного педагогического университета им. Козьмы Минина «Агротуризм как одно из перспективных направлений туризма».

В России агротуризм также вполне способен поддержать сельское хозяйство самых разных уровней. «Агротуризм – хороший маркетинговый ход, чтобы продвигать собственную продукцию, в том числе на внешнем рынке», – считает министр культуры Республики Карелии Алексей Лесонен. Согласно исследованию Высшей школы экономики, потенциально 41,6 млн человек заинтересованы в отдыхе внутри страны. При этом 20–22% путешествующих по России посещают объекты сельского туризма, говорится в исследовании «Текущее состояние сельского туризма в России. Выявление проблем и перспектив развития» (2019 г.), выполненном Агентством развития сельских инициатив (АРСИ). Потенциал рынка агротуризма на базе фермерских хозяйств – до 55 млрд руб. ежегодно, заявил зампредседателя правления Россельхозбанка Денис Константинов на форуме Агентства стратегических инициатив «Сильные идеи для нового времени» в ноябре 2020 г. По его словам, если развивать инфраструктуру и маркетинг сельских территорий, в сельскую местность можно привлекать ежегодно до 8 млн туристов.

Погладить козу за деньги

Наибольшим спросом у туристов, говорят эксперты, сегодня пользуются дегустации фермерских продуктов, мастер-классы по производству сыров и домашнему консервированию, знакомство с технологиями производства сельхозпродукции, а также общение с животными.
Например, на ферме в составе экопарка «Вазуза ривер» в Тверской области в свободном выпасе гуляют чешские короткошерстные козы, коровы, бараны, свиньи. Гости пьют кофе на террасе, любуясь животными. «Всех животных можно покормить и погладить. Утром поучаствовать в дойке коровы или козы – мы специально ставим в план дойку позже 5 утра, чтобы гости могли выспаться», – рассказывает Любавина. Также в усадьбе проводят квесты для детей, мастер-классы по варке сыра и росписи керамики. В местной лавке можно купить продукты и сувениры.
В траттории «Кафе Вазуза» еду из собственных продуктов подают в современной посуде, но можно попросить, например, налить парное молоко в алюминиевую кружку: «Мы создаем пасторальную картинку. Но иногда люди говорят: дайте нам сапоги, мы хотим погрести, что-то поделать». В Тульской области в экопарке «Ясно поле» кроме фермы с коровами, козами, овцами и сыроварней есть конный двор, пасека, огород и ягодный сад. «Начинали с конюшни – хотя она редко где окупается, для создания туристического потока одной лишь фермы с коровами и козами мало. Поэтому у нас есть керамическая мастерская и даже театр. Мы проводим фестивали, творческие мероприятия, есть место для проведения конференций. Загрузка довольно высокая: в среднем по году – около 60%», – рассказывает Черепков.
Во Владимирской области центром агротуризма стал комплекс «Богдарня», где с 1992 г. российский предприниматель польско-английского происхождения Джон Максвелл Кописки производит сыры под брендом «Сыр сэр Джон». Под гостиницу в стиле купеческого дома оборудовано здание бывшей сельской школы. Большие компании могут поселиться в «Избе на озере», бюджетное размещение предлагается в гостинице на «Постоялом дворе» при конюшне, более комфортабельное – в бутик-отеле. На ферме много животных, есть контактный зоопарк, проводятся мастер-классы с дегустацией продукции, можно покататься верхом на лошади или на тройке. Ресторан аутентичной кухни называется «Колхозный клуб». Главная идея комплекса – сочетание английского сервиса с русскими традициями.
В Ростовской области агротуризм сочетают с этническим. Один из трендов – армянская сельская культура (армяне компактно проживают в нескольких селах региона еще со времен Екатерины II). «В селе Чалтырь гости приходят в дом к местным жителям, вместе с хозяйкой учатся делать традиционные армянские пирожки с лебедой», – рассказывает Нечепаева. А в село Ивановка Амурской области тысячи туристов стекаются посмотреть на озеро лотосов, а потом просят местных жителей покатать их на комбайне или провести экскурсию по зерновому двору. В Кабардино-Балкарии можно неделю провести в высокогорных селах Булунгу или Эль-Тюбю, познакомиться с бытом балкарцев, попробовать блюда местной кухни, подоить корову, вывести ее на альпийское пастбище, а также побывать на сенокосе и провести ночь в сакле пастуха. В Костромской области на базе отдыха «Сендега» предлагается поработать на хоздворе, где живут олени, козы, гуси, куры. В экоусадьбе «Белово» в Ленобласти вдобавок к ферме планируется открыть школу гончарного, столярного, кузнечного мастерства. Примеры можно продолжать.

Трудности развития

По данным исследования АРСИ, в 2019 г. в России функционировало около 4500 сельских объектов размещения туристов, из них 3500 – это гостевые дома и около 1000 – агротуристические фермы. Таким образом, количество объектов размещения агротуризма составляет лишь 22% от общего предложения размещения в сфере сельского туризма. По экспертным оценкам, соотношение официально зарегистрированного фонда размещения к теневому – 1 к 3, а то и больше. Таким образом, реально в стране функционирует около 20 000 гостевых домов.

Построить легальную гостиницу на территории фермы сложно: согласно Земельному кодексу на землях сельхозназначения можно заниматься только сельским хозяйством. «Нужно изменить статус земли, перевести ее в землю населенного пункта или особо охраняемой территории. Это дело долгое – в нашем случае на это ушло шесть лет, хотя нас поддерживает областная администрация, делая все, что возможно по существующему законодательству», – делится Дмитрий Черепков, владелец экопарка «Ясно поле» (Тульская обл.). Приходится идти на хитрости, располагая гостиницы в зданиях сельхозназначения. Например, в корпусе «Теплица» в «Ясном поле» южную сторону занимает собственно настоящая теплица, а в северной – номера для туристов, в корпусе «Ковчег» на первом этаже расположена конюшня, на втором – хостел.

В пресс-службе вице-премьера по вопросам сельского хозяйства, экологии и оборота недвижимости Виктории Абрамченко сообщили, что Минсельхоз разработал законопроект, позволяющий фермеру построить гостевой дом на сельхозземле. Правда, с ограничениями: на пашнях и пастбищах строить нельзя, иначе есть риск застройки сельхозугодий коттеджами. «Задача государства – создать необходимый баланс и правовые механизмы, которые, с одной стороны, сохранят земли сельхозназначения, а с другой – создадут условия для развития инфраструктуры, достаточной для реализации потенциала агротуризма», – уверена Абрамченко.

Отсутствие инфраструктуры серьезно удорожает фермерский и туристический бизнес, поскольку требует дополнительных инвестиций. «Приходится вести сети, строить дороги. Персоналу нужно платить зарплату выше, чем в городе, потому что не так много желающих жить в деревне», – объясняет Черепков. «Самое дорогое – создание инфраструктуры, – поддерживает его Татьяна Любавина, владелица усадьбы «Вазуза ривер» (Тверская обл.). – Без софинансирования со стороны местных властей такие проекты развиваются очень медленно, потому что даже без учета вложений в приобретение земли потребуется 15–20 млн руб.».

Если фермер как физическое лицо зарегистрирован, например, в Московской области, а его ферма расположена в Калужской, он не может претендовать на господдержку и гранты ни со стороны Подмосковья, ни со стороны Калуги. «Мне пришлось потратить пять лет, чтобы кусочек земли сельхозназначения в Калужской области перевести в землю населенного пункта. И только в следующем году я смогу прописаться на своей же земле, получить у местных властей разрешение на грант, – рассказывает фермер, пожелавший сохранить анонимность. – Хотя при нынешней цифровизации вроде бы несложно связать Московскую и Калужскую области, чтобы получить грант либо от тех, либо от других. Для таких проектов должны быть разработаны меры при регистрации получателя господдержки в близлежащих областях, поскольку таких случаев много».

Винные дороги России

Винные туры, по оценкам экспертов, имеют очень высокий потенциал. Завод «Абрау-Дюрсо» в Краснодарском крае начал проводить экскурсии по производству еще 15 лет назад, создав туристический центр и маршрут «Винная дорога Кубани». Туристы ездят по окрестным усадьбам, где производят вино и сыр. Достойные предложения появляются и в Ростовской области. Однако в целом винный туризм в России пока в зачаточном состоянии.
«Виноделие – капиталоемкое производство, к тому же построить на землях сельхозназначения гостиницу и ресторан не так просто. Да и поток туристов нестабилен», – поясняет Андрей Григорьев, партнер агентства винного консалтинга Double Magnum. Серьезная попытка развить данное направление предпринята в Крыму: по заказу министерства курортов и туризма республики разработан маршрут «Винная дорога Крыма» (в программе – дегустации, экскурсии, главные блюда черноморской кухни). Сейчас маршрут включает 15 предприятий, среди которых «Массандра», «Новый Свет», Alma Valley, Inkerman, «Солнечная долина». «В дальнейшем в маршрут наверняка войдут небольшие хозяйства, самобытные и уникальные, – предполагает Григорьев. – Например, через год должна открыться мини-гостиница на 5–6 номеров, которую строит семья Акчуриных, известная крымская винодельческая династия, владеющая одним из лучших севастопольских виноградников в районе Черной речки. Это будет первая в Крыму гостиница при винодельне и одна из винных точек ситуативного туризма. Приехать, попить вина, поужинать, переночевать и утром поехать дальше – отличный вариант».
Инвестиции собственно в строительство отеля быстро не окупятся. Но, говорит Григорьев, стоит учитывать косвенные эффекты – наличие гостиницы позволяет увеличить как объемы, так и рентабельность продаж вина на месте: «Это подходит для малых хозяйств, у которых нет ни возможности, ни необходимости вкладываться в маркетинг и входить в торговые сети. Для них нормально продавать на месте 50 000 бутылок в год». К тому же у рекламы алкоголя есть серьезные ограничения, поэтому винные туры помогают производителям всех уровней не только продать вино, но и рассказать о своей продукции. «Именно винный туризм станет локомотивом агротуризма и будет опережать фермы. Это более привлекательная и более маржинальная история. Вместо пары сувениров можно будет купить пару ящиков вина», – считает Григорьев.

Год на раскачку

Проблемы строительства гостиниц на землях сельхозугодий отчасти можно решить с помощью глэмпингов – разновидности кемпингов, сочетающих комфорт гостиничного номера с возможностью отдыха на природе. Вместо домов в этом случае возводятся тканевые шатры, тенты, модульные конструкции, которые легко собрать и разобрать. Внутри – полноценная комната с кроватью. «В 2000-е неплохо развивались гостиницы и хостелы. Теперь пришло время наполнить местами проживания сельские и природные территории», – говорит Ростислав Вылегжанин, сооснователь компании глэмпингов Lodge.Camp, сопредседатель комиссии по глэмпингам и быстровозводимым модульным средствам размещения РСТ.

Сами шатры (на профессиональном языке – «юниты») не являются капитальными строениями, поэтому количество согласований, необходимых для их размещения, минимально. Возвести их можно за пару недель, а за три – открыть глэмпинг. По опыту Lodge.Camp средняя рентабельность глэмпинга составляет 25% в год, окупаемость – примерно три года, экономически целесообразное количество юнитов – от 6–7, минимальные первоначальные инвестиции в глэмпинги – от 5 млн руб. Достоинства таких конструкций еще и в том, что они автономны и их можно установить в уникальных природных местах.

Проживание в юните обычно стоит от 3000 до 9000 руб. на человека в сутки. Но есть и более дорогие варианты: например, пять дней в глэмпинге с панорамными окнами на Кольском полуострове на берегу Баренцева моря от компании RussiaDiscovery стоят в среднем 85 000 руб. с человека (включая питание, активности и трансфер из Мурманска). «В плане монетизации глэмпинга больше приносят дополнительные услуги, а не само размещение, – поясняет Вылегжанин. – Срок окупаемости может сильно сократиться в этом случае». Размещение глэмпинга недалеко от фермы – подходящий вариант для агротуризма. Например, за счет глэмпингов планирует развиваться «Вазуза ривер» в Тверской области.

Так или иначе без решения вопроса о возможности вести турбизнес на селе развитие агротуризма будет идти медленно и не выйдет из серой зоны. Между тем сейчас самое время для его развития, настаивают участники этого рынка. «Как только откроются границы, туристы поедут за рубеж. Поэтому сейчас всем необходимо создать лояльную аудиторию, предлагая уникальный сервис и продукты, конкурентоспособные на мировом уровне. И тогда, даже если наши уедут, к нам приедут иностранцы, а думать о въездном туризме стратегически правильно. Тем более что иностранцы давно готовы потреблять знакомый им агротуристический продукт», – констатирует Вылегжанин.