Статья опубликована в № 4309 от 25.04.2017 под заголовком: «Я не хотел проверять чьи-то цифры, я хотел создавать их сам»

«Я не хотел проверять чьи-то цифры, я хотел создавать их сам»

Британец Джефф Дрэббл надеется на Трампа и его поддержку корпораций: сдающая в аренду промышленное оборудование Ashtead 90% выручки получает в США – почти $2,8 млрд в год

Если и есть в Великобритании бизнесмен, который искренне рад победе Дональда Трампа, так это гендиректор группы Ashtead Джефф Дрэббл. Американский президент обещал вложить $1 трлн в инфраструктурные проекты и отделиться стеной от Мексики. Ироничный заголовок The Sunday Times, приуроченный к выборам в США, гласил: «Строите стену? У нас есть фирма, готовая помочь!»

Ashtead Group plc.

поставщик промышленного оборудования
Акционеры (данные Thomson Reuters): 96,5% акций в свободном обращении, крупнейшие инвесторы – Blackrock (5,87%), Abrams Bison Investments (5,04%).
Капитализация – 7,9 млрд фунтов стерлингов ($10,1 млрд).
Финансовые показатели (девять месяцев финансового года, завершившиеся 31 января 2017 г.):
выручка – 2,4 млрд фунтов ($3,1 млрд),
чистая прибыль – 380,8 млн фунтов ($497,2 млн).
Специализируется на предоставлении в аренду строительного и промышленного оборудования. Работает в США, Великобритании и Канаде.

Ashtead сдает в аренду спецтехнику и промышленное оборудование. В Великобритании она работает через «дочку» A-Plant, в США – через Sunbelt, которая является крупнейшим арендодателем техники для строительных компаний США. А материнской Ashtead операции в Америке приносят 90% выручки, отмечает FT. С момента выборов в ноябре прошлого года ее акции подорожали где-то на треть – спасибо надеждам инвесторов на трампономику.

Дрэббла такие результаты не удивляют. За подсчетом голосов он следил из отеля в Майами вместе с приближенными сотрудниками, пишет The Sunday Times. Когда стало ясно, что Хилари Клинтон проигрывает, Дрэббл не смог скрыть радости: «Трамп – это хорошо для нас!» Планы Трампа уменьшить налогообложение корпораций принесут «огромную выгоду», потирал руки Дрэббл в эфире Sky news. Протекционистские планы Трампа его не смущают: «Исходя из величины нашего местного технического парка мы можем считаться американским бизнесом».

Uber для застройщика

Но 57-летний Дрэббл надеется не только на американского президента. В мире меняется отношение к владению, использованию и обслуживанию вещей, объясняет он FT. На первый взгляд огромные самосвалы и дизельные электрогенераторы – вещи, весьма далекие от входящей в моду экономики совместного потребления (sharing economy), к которой относятся Uber или Airbnb. Но идея, что лучше получать в распоряжение вещь, когда она нужна, нежели владеть простаивающим оборудованием, оказалась популярной и у компаний, констатирует Дрэббл: «Люди больше не хотят владеть вещами. Они будут брать их в собственность, если это окажется самым дешевым и надежным способом». Ashtead предлагает во временное пользование очень разное оборудование – от средств термической обработки одежды и постельных принадлежностей для борьбы с клопами до бетономешалок и инерционных глайдеров, которые, используя морские волны, могут годами в автономном плавании исследовать океан, чтобы собирать информацию для нефтяных компаний.

«Наши клиенты немного похожи на меня, когда я еду кататься на горных лыжах на выходные [беру их напрокат] <...> Заставлять лыжи простаивать в гараже 51 неделю в год не имеет смысла», – приводит Дрэббл простейшую аналогию. Но можно провести аналогию и дальше. Для компании по аренде главное – закупить эти лыжи в правильный момент. Ведь придется влезать в кредиты – а вдруг зима выдастся малоснежная?

Простейший бизнес в мире

Сейчас Дрэббл делает ставку на то, что в строительстве и других отраслях, обслуживаемых его группой, идет продолжительный рост. Пока его ставки срабатывали. С 2007 г., когда Дрэббл стал гендиректором, выручка Ashtead почти утроилась до 2,5 млрд фунтов. Сейчас группа входит в индекс FTSE 100.

На растущем, но сильно фрагментированном рынке Ashtead потеснила мелких конкурентов. В США она часто выдавливает с рынка семейные компании, которым не хватает финансовых возможностей и масштаба, чтобы конкурировать на равных. Другой важный фактор – многие подрядчики после лопнувшего в 2008 г. на рынке недвижимости пузыря, чтобы выжить, распродали тяжелую технику, а теперь вынуждены ее арендовать. «[Сдача в наем оборудования] – простейший бизнес во всем мире. Что-то вроде «сделайте [аренду] простой, надежной и доступной – и зачем кому-то покупать [технику]?» – шутит Дрэббл на страницах FT.

Военная тайна
Военная тайна

Оборудование Ashtead помогло пролить свет на одну из загадок Второй мировой войны. 19 ноября 1941 г. у побережья Западной Австралии австралийский крейсер «Сидней» вступил в бой с немецким вспомогательным крейсером «Корморан», переделанным из торгового судна. Оба корабля затонули, причем из 645 моряков «Сиднея» не выжил ни один. Из 399 членов экипажа его противника в живых осталось 318. Гибель «Сиднея» стала крупнейшей потерей австралийского флота за всю его историю, насчитывающую к тому моменту 40 лет. Бой породил немало теорий, почему боевой корабль проиграл бывшему торговому судну. Возникло даже мнение, что в столкновении тайно участвовал корабль Японии, официально еще не вступившей в войну. Останки «Сиднея» были обнаружены в 2008 г. Исследовать их оказалось трудно из-за большой глубины – более 2 км. В 2015 г. Ashtead предоставила ученым оборудование, обычно сдаваемое нефтяникам для глубоководной разведки. Подводная съемка обнаружила попадание в боевую рубку «Сиднея» – в том числе 15-сантиметровую пробоину в компасной площадке, рассказывает сайт Subsea World News. По итогам 3D-моделирования вероятнее всего кажется версия, что удачным выстрелом «Корморан» лишил австралийский крейсер управления, а потом расстрелял противника.

Немалую роль играет и корпоративная культура, позволяющая способным и инициативным быстро подниматься по карьерной лестнице и получать долю от прибыли компании. В 2013 г. Дрэббл говорил The Daily Telegraph о годовых бонусах для сотен сотрудников так: «Это не будет что-то круто меняющее жизнь, как у банкиров или в хедж-фондах. Но достаточно, чтобы оплатить ипотеку и учебу в колледже ребенку».

«Однако речь не только о деньгах. Вы должны сделать так, чтобы люди почувствовали себя любимыми, – объяснял Дрэббл The Daily Telegraph. – Пожалуй, это отдает яблочным пирогом, как будто я слишком долго жил в Америке. Но я имею в виду, что приучить людей к лишней работе нельзя – они должны захотеть сами. Нужно создать культуру, и у нас неплохо получается». Дрэббл иллюстрирует свои рассуждения такой историей: в 17 часов пятницы в аризонский офис Ashtead позвонили из крупной американской энергокомпании. Они хотели получить в 7 утра понедельника определенное оборудование. «Наш парень мог положить трубку – и никто бы об этом не узнал, – рассказывает Дрэббл. – Вместо этого он провел все выходные, разыскивая оборудование и водителей».

Аудитор-неудачник

У Дрэббла репутация человека, умеющего налаживать бизнес. Предпринимательская смекалка – это наследственное, объяснял он The Daily Telegraph. Его отец владел магазинами хозтоваров в Ньюкасле. «Он просчитал: не важно, насколько плохи дела и бедны местные жители. Им все равно нужны туалетная бумага и средство для мытья посуды», – вспоминал Дрэббл.

Учился он экономике и бухгалтерскому делу в Университете Аберистуита (Уэльс). Главным результатом стало не образование, а знакомство с будущей женой. Ниа «выносить его оказалось проще, чем кому-либо еще», смеется Дрэббл. Сейчас у них двое детей, дочь Кэтрин и сын Гарет. Семья живет в Йоркшире, а сам Дрэббл по рабочим дням – в квартире в Лондоне, пишет The Daily Telegraph. Профессию же юный Дрэббл выбрал неверно: «Могу честно заявить, что был худшим дипломированным аудитором в истории. Я не хотел проверять чьи-то цифры, я хотел создавать их сам».

Дрэббл некоторое время проработал бухгалтером-аудитором в британском подразделении американского производителя инструментов Black & Decker, пока его не послали на один из складов – выяснить, почему там никак не удается наладить эффективную работу, пишет FT. Дрэббл не только разобрался, в чем дело, но и проявил себя как талантливый управленец. С тех пор аудит был забыт, в гору пошла его карьера руководителя.

В 1997 г. Дрэббла переманили в группу Laird исполнительным директором, отвечающим за подразделение стройматериалов. Финансовый директор этого подразделения Эндрю Хорнби рассказывал, что Дрэббл на удивление быстро разобрался в работе вверенного ему бизнеса. «Он отлично умеет общаться с людьми на всех уровнях. Я никогда не видел его особо раздраженным, – вспоминал Хорнби. – Ему всегда удавалось добиться желаемого, ободряя, убеждая и сотрудничая».

С 2 до 618 пенсов

С середины 2000-х Дрэббл совмещал работу в Laird с постом неисполнительного директора Ashtead, которая восстанавливалась после скандала 2003 г. Тогда всплыла история с искажением финансовой отчетности – за три дня группа потеряла 90% капитализации. «Мы пытались расти слишком быстро. Совершали слишком много поглощений, плохо их финансировали с точки зрения структуры долга и были не очень искренни в отчетности, потому что отчаялись показать, что сделки были успешны», – объяснял Дрэббл The Daily Telegraph.

От той истории удалось оправиться, но последовал новый удар. В 2006 г. Ashtead за $1 млрд купил американского конкурента Nationsrent. Момент был выбран неудачно – в США как раз начали падать цены на недвижимость. Еще не зная, что это приведет к ипотечному, а затем и мировому финансовому кризису, председатель совета директоров Ashtead обеспокоился и встретился с Дрэбблом. Разговор о том, как может развиваться ситуация и как выживать группе, кончился предложением возглавить ее, рассказывает The Daily Telegraph. Официально Дрэббл заступил на пост гендиректора 1 января 2007 г. Ashtead – третья компания в его карьере. Сам он гордится, что не «порхает, как мотылек».

В марте 2003 г., на пике скандала, цена акций Ashtead упала до 2 пенсов. В июне 2013 г. акции стоили уже 618 пенсов за штуку и боролись за право войти в FTSE 100, писала The Daily Telegraph. В декабре того же года бумаги Ashtead были включены в этот индекс.

С 2011 г. у Ashtead двузначные цифры годового роста. Согласно пятилетнему плану так будет до 2021 г., пишет FT. Аналитики беспокоятся, сумеет ли компания выполнить такое обязательство. «И меня это тоже беспокоит, – признавался Дрэббл. – Хотя некоторое время я не волновался». Он обращает внимание, что у компании сравнительно низкая долговая нагрузка – 1,7 EBITDA. Это ниже, чем у многих конкурентов и даже у самой Ashtead в 2009 г. – со времен последнего кризиса руководство Ashtead избегает делать резкие телодвижения. «Мы были настолько глупы, что позакрывали отделения и уволили слишком много персонала, – вспоминает Дрэббл о борьбе с кризисом 2007 г. – Через 18 месяцев нам пришлось нанимать людей заново с мыслью: «Мне действительно надо было это делать или надо было продемонстрировать, что я это делаю?» Еще он жалеет, что в США приостановил из-за кризиса выплаты за работников по пенсионному плану 401(k). «Это сильно навредило», – констатирует Дрэббл, это был удар по корпоративной культуре, о которой он так печется.

Поворотным моментом стала поездка Дрэббла на стройку объекта для Олимпиады в Лондоне в 2009 г., рассказывает The Daily Telegraph.

Он узнал о куда более важной, нежели снижение издержек, проблеме своей компании. Дрэббл разговорился на стройке с частным подрядчиком, работавшим на арендованном у Ashtead землеройном оборудовании. «Сервис у вас идиотский, но менее идиотский, чем у всех остальных», – попросту объяснил собеседник, почему он выбрал Ashtead.

«Мы прекратили сокращения и закрытия и начали инвестировать в сервис и новую технику. Все подумали, что мы сошли с ума», – рассказывал Дрэббл The Daily Telegraph. В 2010 г. на закупки нового оборудования было потрачено 200 млн фунтов, хотя за год до этого – всего 20 млн. Но рынок начал восстанавливаться, и затраты окупились.

Уроки ипотечного кризиса не забыты. Чтобы защититься от резкого падения рынка, Дрэббл снизил зависимость Ashtead от поставок строителям. На них приходится менее половины выручки, пишет FT. Правда, от беспокойства о будущем застройщиков это Дрэббла не избавило. «Когда гендиректор любой отрасли, имеющей отношение к строительству, говорит, что его собственный бизнес не подвержен цикличности, – ему пора в отставку», – считает он.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать