Статья опубликована в № 3854 от 18.06.2015 под заголовком: Минфин придумал, как резать бюджет

Минфин придумал, как резать бюджет

Ведомство предлагает сократить индексацию соцрасходов и продлить 10%-ное сокращение финансирования госпрограмм

Вместо секвестра бюджета Минфин предлагает сократить индексацию социальных расходов и продлить 10%-ное сокращение финансирования госпрограмм на следующие три года. Тогда бюджет уложится в предельные значения расходов, заявил министр финансов Антон Силуанов (см. стр. 08).

Сокращение расходов в 2016–2017 гг. ограничено 2,5% расходов бюджета, принятого в прошлом году. Согласно проектировкам Минфина (см. таблицу) доходы в 2016–2017 гг. будут на 3,5 трлн руб. меньше, чем планировалось, а расходы – на 835 млрд. Сокращать расходы больше чем на 2,5% в год не позволяет закон, указывает замминистра финансов Максим Орешкин, но за большими суммами расходов скрывается большое сокращение, потому что предстоит вписать в основные параметры обязательства, которые растут, в первую очередь – социальные.

Минфин пытается решить две задачи: избежать резкого секвестра производительных расходов, неминуемого при снижении предельных расходов бюджета, и не ухудшить структуру расходов, почти 50% которых – оборона и социальная политика. Если оставлять прежние правила индексации, эта доля превысит 70%, сетует Силуанов, и бюджет не впишется даже в прежние параметры, установленные законом о бюджете. А трансферт Пенсионному фонду России (ПФР) в 2016–2018 гг. придется увеличить на 4 трлн руб., в том числе на 1,1 трлн – в 2016 г.

Это связано с двумя причинами: меньшими, чем планировалось, доходами ПФР и проведенной в феврале 2015 г. индексацией пенсий на уровень фактической инфляции (11,9%) вместо плановой (7,5%), и все последующие индексации будут на основе этой, более высокой базы. Индексация же на плановую инфляцию (4–5%) высвобождает 2,5 трлн руб. в 2016–2018 гг.

Минфин предлагает также продлить 10%-ное сокращение госпрограмм на 2015–2018 гг. Если ежегодно сокращать расходы на 5% в реальном выражении, как поручал президент, и сохранить правила индексации (на фактическую инфляцию), госпрограммы придется резать на 16, 20 и 30% в 2016, 2017 и 2018 гг. соответственно, подсчитывал ранее Минфин, в том числе, например, программу развития образования в 2016 г. – на 21,5%, здравоохранения – на 18%.

Силуанов считает, что лучше ограничиться меньшим снижением: как следует из бюджетных проектировок, расходы в 2016 г. в реальном выражении сократятся на 3%, в 2017 г. – на 1%. «Главное – наращивать социальные выплаты в соответствии с нашими возможностями», – уверен министр.

Даже если предложения Минфина одобрит правительство, проектировки бюджета предполагают значительный дефицит в 2016 и 2017 гг. – 1,9 трлн руб. (2,4% ВВП) и 1,7 трлн (1,9% ВВП). В 2018 г. выйти на нулевой дефицит, как планировал Минфин, не удастся. Но в Минфине указывают, что в следующем году можно сократить расходы 2017 г. еще на 2,5%, или на 400 млрд руб., т. е. всего на 5%.

Финансировать дефицит Минфин предлагает из резервного фонда – он исчерпается к концу 2017 г., накануне президентских выборов. Понадобятся также и крупные займы: в 2016 г. – 1,1 трлн руб. на внутреннем рынке и $7 млрд (420 млрд руб.) на внешнем или если на внешний рынок выйти не получится, то 1,5 трлн руб. на внутреннем рынке. Сейчас весь внутренний госдолг в бумагах (за вычетом госгарантий) – 5,6 трлн руб.

Занять такую сумму можно – это вопрос ставок, уверена Наталия Орлова из Альфа-банка, но проиграет частный сектор: Минфин вытеснит этих заемщиков с долгового рынка. 1,5 трлн руб. – амбициозный план, замечает Денис Порывай из Райффайзенбанка, Минфину придется увеличить стоимость займов, автоматически вырастут и доходности корпоративных бумаг. Есть риск, что частный сектор не сможет рефинансировать долг, опасается Владимир Тихомиров из БКС.

Как говорит Силуанов, расхо­до­вание резервов – стратегия ошибочная. А наращивание внутренних займов отвлечет ресурсы от частной экономики, и без того страдающей от нехватки заемных средств из-за санкций и подорожавшего внутреннего финансирования. Альтернатива – жесткие социальные решения или полный отказ от финансирования отдельных направлений: хорошего выхода нет, признают в Минфине.

Вряд ли предложенный Минфином сценарий устроит правительство и Кремль, сомневается Тихомиров: оказаться без резервов, с растущим долгом и частным сектором без доступа к рефинансированию. На это Минфин и рассчитывает, полагает он: действует строго по закону и показывает, что ждет бюджет, если не менять законодательство, правила, не принимать политически неудобных решений.

Это сценарий для бюджета при сохранении его структуры, отмечает директор Научно-исследовательского финансового института Минфина Владимир Назаров. В первую очередь нужно отменить норму о предельном сокращении расходов, считает он, которая связывает руки при принятии трехлетнего бюджета, зато позволяет более существенно резать расходы в течение года, а это гораздо болезненнее для экономики и противоречит логике бюджетного планирования.

Это техническое решение, принципиальные должны последовать, говорит Тихомиров: более серьезная экономия на социальных расходах, на помощи регионам, на инвестиционных расходах – последнее будет более вредно для экономики, но политически нейтрально.

Можно потратить резервы при низких ценах на нефть, но только если после электорального периода будут приняты принципиальные решения по перебалансировке бюджета и повышению пенсионного возраста, заключает Назаров.