Статья опубликована в № 3882 от 28.07.2015 под заголовком: «Дочки» лишатся самостоятельности

Акционеры должны иметь возможность контролировать сделки «дочек»

Чаще всего через них выводятся активы
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Сейчас сделки стоимостью свыше 25% балансовой стоимости активов компании и нехарактерные для ее обычной деятельности общества должны проходить особую процедуру согласования на совете директоров или собрании акционеров, а если 50% – на собрании акционеров, а вот сделки «дочек» под контроль не попадают. В Минэкономразвития обсуждаются поправки (проект есть у «Ведомостей»), дающие акционерам такой контроль, рассказали чиновник и два участника обсуждения.

Согласно этим поправкам материнская компания, внеся положения в устав, сможет выбрать особый режим одобрения: любая ее структура, не только «дочка», на все крупные сделки, выводящие активы за пределы группы, должна получить согласие материнской компании. Но для сделок внутри группы требовать одобрения чиновники не будут; сейчас такие сделки одобряются как сделки с заинтересованностью.

Новый режим предназначен для обществ, которые следуют международным стандартам финансовой отчетности. Не надо бояться потока мелких сделок, успокаивают участники обсуждений: минимальный размер для одобрения будет считаться от финансовых показателей не «дочки», а группы.

Вопрос прорабатывается, подтверждает представитель Минэкономразвития. Министерство подготовило и другие поправки по крупным сделкам – о повышении минимального размера сделки, подлежащей одобрению, в непубличных компаниях; планировалось вместе с ними внести поправки по «дочкам», но решили их доработать, говорит чиновник Минэкономразвития: «Они не забыты, министерство не против идеи».

Против может быть Минюст, знает другой чиновник: «Их позиция – в России и так очень низкий порог крупности сделок, дышать нельзя без необходимости одобрять». Новые правила могут нарушить стабильность оборота – контрагенты должны будут проверять, одобрило ли сделку контролирующее лицо, думает представитель Минюста.

В России институт одобрения крупных сделок – особый инструмент контроля за менеджментом, поэтому и пороги низкие.

Но это иллюзия контроля, уверен Денис Спирин из Prosperity Capital, он актуален ровно до тех пор, пока актив не ушел из компании в ее «дочку» или «внучку». А дальше из отчетности видишь, что актив «дочки» ушел бесплатно в пользу контролирующего акционера, и сделать ничего не можешь – ни оспорить, ни возместить убытки. В России было много таких резонансных историй (см. врез), говорит он.

Необходимость в таких поправках назрела давно, солидарен старший юрист Herbert Smith Freehills Евгений Юрьев, классический пример: гендиректор, назначенный по предложению мажоритарного акционера, одобряет сделки по отчуждению существенных активов «дочки».

Российские суды зачастую не признают группу компаний цельной структурой, жалуется старший партнер Tenzor Consulting Group Игорь Фоминов: только недавно в деле по Кировскому заводу появилось революционное решение Высшего арбитражного суда, что директора могут нести ответственность за подконтрольные компании.

Примеры расточительности

Директор Кировского завода принял решение создать «дочку» «Путиловский завод» и внес в его уставный капитал около 580 млн руб.; «Путиловский завод» купил у директора и его родственников долю в компании «Сигма-инвест» более чем за 600 млн руб., миноритарии сочли, что он переплатил 400 млн руб. Директора спустя долгое время привлекли к ответственности и взыскали с него ничтожные суммы убытка, знает Спирин. «Дочка» ГАЗа «ГАЗ-резерв» владела акциями ГАЗа и продала их структуре контролирующего акционера за 800 млн руб., а средневзвешенная цена акций на рынке была 1,3 млрд руб. Процесс о взыскании убытков еще идет.

«Такая практика вывода активов была распространена семь лет назад, но и сейчас сделки часто намеренно переводятся вниз, на «дочки», подальше от глаз нелояльного совета директоров», – делится Сергей Недорослев, который входит в советы директоров нескольких компаний («Шереметьево», Объединенная зерновая компания и др.). Он ожидает, что поправки будут особенно актуальны для госкомпаний: «Государство делает многое, чтобы усилить советы директоров, ввело туда высокопоставленных чиновников – а потом видит, что совет директоров не контролирует полностью ситуацию в «дочках» и не имеет всех полномочий».

Две трети из списка стратегических госкомпаний страдают этой болезнью, делится данными исследований руководитель проекта в АЦ «Форум» Сергей Ярмаш, есть намерение заставить госкомпании в соответствии с Кодексом корпоративного управления ЦБ указывать все существенные вопросы деятельности «дочек» в уставе.

Уже сейчас закон об акционерных обществах позволяет включить в компетенцию совета директоров такие вопросы, но в случае злонамеренного вывода активов никаких последствий эта норма не имеет, объясняет Спирин: формально «дочки» действуют в соответствии только со своим уставом и законом. Законопроект же сделает одобрение в таких случаях обязательным, радуется он.

Механизм нужно доработать, отмечает представитель Минюста: например, как узнавать о совершении крупных сделок в «дочках».

Из опрошенных «Ведомостями» госкомпаний ответила только «Башнефть»: в 2016 г. она собирается внедрить требования из кодекса, а если к этому времени будут приняты поправки, возьмет критерии сделок из них, обещает представитель компании. Устав «Башнефти» уже обязывает все сделки «дочек» с третьими лицами дороже $100 млн одобрять на совете директоров. «Постоянное одобрение замедляет какие-то сделки, но повышает прозрачность и стоит того», – обнадеживает Недорослев.

Читать ещё
Preloader more