Экономика
Бесплатный
Елизавета Базанова
Статья опубликована в № 4063 от 26.04.2016 под заголовком: Ручная работа с правом

Российские юрфирмы пока не готовы тратиться на технологии

Эти инвестиции они считают слишком рискованными

Обработка big data, программы, анализирующие за несколько часов законы сотни стран, обыгрывающие команды юристов и прогнозирующие исход процесса, – вот что дают технологии лидерам мирового юридического рынка (см. статью на стр. В6). Пусть и неохотно, но понемногу юристы начинают использовать эти возможности. Обмен мгновенными сообщениями, корпоративный сайт для сотрудников и электронный документооборот – вот какими технологическими достижениями гордятся российские юрфирмы. Большинству юристов, включая часть партнеров московских офисов международных фирм, не интересно все, что может заменить юриста, показал опрос «Ведомостей» (с помощью ОКЮРа). Этим они отличаются от своих клиентов, для которых право – просто инструмент бизнеса.

Технология отношений

Конкуренция на рынке растет – падают спрос и бюджеты клиентов, еще вчера уникальный продукт сегодня становится типовым. Автоматизация могла бы стать способом увеличить конкурентоспособность, признает партнер «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Анна Нумерова. Но используют эту возможность пока международные юрфирмы (ILF) – когда-то они принесли в Россию свой опыт и умение организовывать бизнес, теперь первыми внедряют технологии.

Наиболее передовые технологии до России еще не дошли – они пока проходят испытания, настроены под английский язык и иностранное право. Но российские офисы ILF активно автоматизируют работу с клиентами. Например, подготовку документов, рассказывает старший партнер Linklaters Дмитрий Добаткин: достаточно ответить на вопросы онлайн-опросника – и у юриста уже есть первый проект документа по сделке. То, на что раньше уходили часы, сейчас можно сделать за 15 минут, рассказывает он. Кроме того, Linklaters внедряет приложение DocuSign, позволяющее клиентам самостоятельно оформлять документы.

EY предлагает клиентам систему контроля за проверками, говорит старший юрист EY Елена Халимовская: программа отслеживает, когда была проведена последняя проверка, рассчитывает вероятность следующей, анализирует соответствие работы компании законодательству. Еще одна программа – по управлению дебиторской задолженностью – отслеживает статус исполнения договоров, рассказывает Халимовская, система напомнит о просрочке, необходимости подать претензию или иск и даже сама их составит. Почти во всех направлениях есть процессы, которые можно автоматизировать, говорит Добаткин. Например, в финансовой практике – проекты юридических заключений, в корпоративном секторе и рынках капитала – документы и due diligence.

Следующий этап развития международного рынка – отдать машинам большую часть общей работы, признает председатель комитета партнеров «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Дмитрий Афанасьев.

Российский опыт

Мы используем правовые базы – так сотрудники многих российских юрфирм отвечали на вопрос, какие технологии они применяют. Некоторые к достижениям относят обмен мгновенными сообщениями, корпоративный сайт для сотрудников, подписку на информацию о движении судебных дел и даже мониторинг СМИ. Самые продвинутые автоматизируют управление процессами – шаблоны работы, биллинг, документооборот, системы коммуникаций, показал опрос «Ведомостей». Да и это делают только из необходимости связывать юристов между собой, говорит партнер «Некторов, Савельев и партнеры» Александр Некторов.

Сколько тратят

«Юс ауреум» тратит на технологии 1,5% выручки, Vegas Lex – 1–2%, «Линия права» – от 1%, из ответивших фирм лидер – «Юст», 7–8% (биллинговая система, система электронного документооборота и платная программа мониторинга судебных дел). Представительства ILF сочли информацию об этих расходах конфиденциальной. Данные раскрыла лишь CMS – от 2 до 5% локального годового бюджета. Глобальные расходы некоторых ILF куда выше. Например, превратившая технологии в отдельное направление бизнеса Dentons тратит на них до 20–25% своего бюджета.

Доля выручки, которую российские юрфирмы тратят на технологии, невелика – в среднем до 2% (см. врез). Российские юристы называют множество препятствий для использования технологий. Одно из основных – отсутствие предложения и денег, говорят они. Программ искусственного интеллекта для юристов на российском рынке просто нет, отмечает управляющий партнер «Щекин и партнеры» Денис Щекин. Предлагают полуфабрикаты, рассказывает управляющий партнер «Корельский, Ищук, Астафьев и партнеры» Андрей Корельский, например, составление типовых договоров и уставов, но настроены они, как правило, под английский язык и нужно еще потратиться на их адаптацию под российское право. Последовать примеру иностранных компаний и разрабатывать такие программы самим еще дороже, говорит Корельский. Это огромные деньги, подтверждает Некторов, позволить себе такие расходы могут только крупные юрфирмы.

Простые программы не нужны – всю типовую работу клиенты научились делать сами, говорит Нумерова, а большие инвестиции могут просто не окупиться: нести такие расходы на падающем рынке, когда нет постоянного запроса на услуги, рискованно. Рынок еще молодой и дикий, рассуждает Корельский, царит демпинг и жесткая конкуренция, в таких условиях опасно тратить миллионы на разработку технологий, которые могут быть не востребованы. Все зависит от выбора бизнес-модели, говорит сотрудник одной из крупнейших ILF, одни выбирают типовую модель проекта и начинают ее тиражировать, другие создают индивидуальные проекты. Прибыль генерируют обе модели, но во втором случае автоматизация бессмысленна, считает он. Трудно просчитать, как скажется автоматизация на цене услуг, согласен партнер Taxadvisor Дмитрий Костальгин.

Сравнивать потребность в таких программах с ILF нельзя, уверены юристы. Офисы по всему миру вынуждают ILF работать с огромными массивами информации, пишет FT. Это и стало одной из причин формирования рынка технологических услуг для юристов, считает управляющий партнер KK&P Максим Кульков. «А нам нужно просто зайти в соседний кабинет к коллеге, транснациональных сделок с огромным массивом информации нет, судебная практика не столь изощренная, и оплата моего интеллекта ниже, чем искусственного», – говорит партнер крупной российской фирмы.

Есть боязнь перед новым, признает Костальгин: люди не хотят переучиваться. Чем сложнее система, тем менее охотно юристы ею пользуются, подтверждает Щекин, приходится заставлять их. «Я до сих пор пользуюсь «Гарантом» или «Консультантом», – рассказывает юрист крупнейшей российской юрфирмы. – У компании есть своя программа подбора судебной практики и документов, но она слишком сложная и неудобная».

Но, пожалуй, главное препятствие – менталитет. Как и многие юристы иностранных фирм, особенно наиболее дорогих, российские юристы не хотят расставаться со своей уникальностью. Партнеры и создатели российских юрфирм говорят о своей работе как об искусстве, не подлежащем автоматизации, забывая, что с каждым годом все больше их произведений становятся массовым продуктом, который можно скачать в интернете. Ответ «мне эти программы не интересны» давала значительная часть опрошенных юристов как российских, так и международных фирм.

Клиенты задают тон

Клиенты приветствуют индивидуальный подход, но не готовы переплачивать за то, что можно купить дешевле. Все чаще клиенты настаивают на внедрении технологий для снижения издержек, рассказывает старший партнер «CMS Россия» Леонид Зубарев. Особенно иностранные, говорит Кульков.

Сами клиенты уже научились экономить с помощью технологий. Автоматизируем все, что поддается автоматизации, отмечает директор по правовым вопросам «Ростелекома» Жанна Лобейко. «В «Т плюс» действует комплексное программное решение для системы договорной работы, автоматизированы сервисы по заказу правовых заключений и подготовке мировых соглашений», – рассказывает замдиректора по правовым вопросам компании Владимир Уткин. Автоматизация позволяет снизить число человеческих ошибок, говорит директор по правовым вопросам Siemens Светлана Гербель. Она может сделать любой процесс более эффективным, сократить время на работу, снизить число человеческих ошибок, согласна президент ОКЮРа Александра Нестеренко. А за «ювелирной юридической работой» продолжат обращаться к юрфирмам, говорит она. Это позволяет высвободить время юристов для решения творческих задач и повышает мотивацию, считает Нестеренко.

Впрочем, корпоративные юристы признают, что их работу проще автоматизировать, чем работу их консультантов. Чем больше типовых задач, тем больше простора для автоматизации, констатирует директор по правовым вопросам Heineken Татьяна Одабашян, например, компания использует программу – конструктор всех типовых договоров и доверенностей. Юрфирмам сложнее стандартизировать продукт, продолжает она, но любая автоматизация – это сокращение издержек.

С таким отношением к автоматизации юрфирмы очень рискуют, признает Некторов: именно технологии могут перетряхнуть рынок, особенно если появится игрок, который будет активно инвестировать в них.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more