Экономика
Бесплатный
Ольга Кувшинова
Статья опубликована в № 4229 от 21.12.2016 под заголовком: С верой в чудо

Россияне хотят верить, что 2017 год будет лучше 2016-го

Спустя два года с начала кризиса число экономящих на самом необходимом продолжает расти

За два кризисных года (с октября 2014 г. по октябрь 2016 г.) реальные располагаемые доходы населения сократились на 12,3%, реальные зарплаты – на 8,7%, пенсии – на 7%, подвели итоги эксперты РАНХиГС. По соотношению с прожиточным минимумом среднедушевые доходы отброшены на уровень 2006 г. Реальные зарплаты в октябре были на 8% ниже, чем в октябре 2013 г. Сильнее всех пострадали работники бюджетного сектора: покупательная способность их зарплат упала сильнее, чем в среднем по стране.

Чуть более чем каждая пятая семья (22%) ощущает себя бедной: денег хватает только на еду. В 48 из 85 регионов доля таких семей еще выше, в том числе в 17 регионах – выше в 1,5 раза и более. В целом уровень бедности в январе – сентябре 2016 г. составил 13,9%, немногим меньше, чем за тот же период 2015 г. (14,1%), но больше, чем в 2012–2014 гг.

Численность населения, которое кризис не затронул, в последние 1,5 года остается на уровне 7–8%, доля пострадавших возросла с 66 до 75% за счет тех, кого кризис затронул в сильной степени (их численность выросла с 20 до 31%; число тех, кого кризис затронул незначительно, стабильно на уровне 46%).

В адаптации населения к кризису преобладают пассивные формы – приспособление, отказ от привычных норм жизни, выжидание, отмечали ранее эксперты РАНХиГС. В течение 2016 г. регулярные подработки имели только 7–9%, разовые – 11–15%, нашли вторую работу 5–6%. Россияне продолжают сокращать расходы, экономя на всем: в ноябре 2016 г. на еде экономили 52% (в ноябре 2015 г. – 49%), на лекарствах – 26% (19%), на платных медуслугах – 33% (25%), на развлечениях – 57,5% (51%). Половина экономит на отпуске внутри страны, 60% – на отдыхе за границей. Доля сбережений сокращается, но сберегать население стремится все еще активнее, чем до кризиса (см. врез).

Доля сбережений

В январе – октябре 2016 г. из каждых 100 руб. полученного дохода россияне сберегали 10 руб., за тот же период 2015 г. – 13 руб. Доля сбережений все еще выше, чем в 2011–2014 гг. (6–9%).

Преобладание пассивных форм адаптации имеет под собой ясные институциональные причины, пишут эксперты РАНХиГС. Неорганизованная торговля проиграла крупным сетям; малый бизнес обременен большим числом административных барьеров и не создает рабочих мест. На российском рынке труда кризис проявляется не в росте безработицы, а в сокращении занятости в малом и среднем бизнесе (в крупном занятость сокращается с начала 2000-х гг.). С 2013 г. по середину 2016 г. число занятых на малых и средних предприятиях сократилось на 4%, хотя данные региональной статистики могут быть неточны, отмечается в мониторинге РАНХиГС. В Москве, на которую в 2013 г. приходилось 12% всех занятых в малом и среднем бизнесе страны, к середине 2016 г. занятость в этом секторе сократилась на 19% из-за роста ставок аренды и борьбы властей с павильонной торговлей у станций метро. Для сравнения: в Петербурге и Московской области, где таких репрессий не было, занятость в малом и среднем бизнесе возросла на 2–5%, пишут эксперты. Растет популярность ведения личного подсобного хозяйства (в мае им занимались 29% россиян, в ноябре – 35%). Однако как вид экономической деятельности, приносящий доход, оно утратило свое значение из-за роста доли городского населения.

Уровень пессимизма, по данным ВЦИОМа, с пиков начала 2016 г. снизился в ноябре до уровня конца 2015 г., т. е. в целом за год представления россиян о кризисе почти не изменились: чуть менее половины (47%) полагают, что худшие времена еще впереди, по 22% – что самое худшее происходит сейчас или что уже позади. По данным ФОМа, возрастают ощущения стабилизации: с начала года доля считающих, что ситуация в экономике ухудшается, снизилась с 58 до 38%, число считающих, что она не меняется, возросло с 24 до 34% (уровни начала 2014 г.).

В новый 2017 год большинство россиян смотрит с оптимизмом: 45% считают, что он будет лучше 2016 г., 29% – таким же, 10% – хуже. Причины своих позитивных ожиданий оптимисты объясняли верой в лучшее, перечисляет ФОМ ответы респондентов: «хочется в это верить», «надежда умирает последней», «я верю в чудо», «не високосный год», «потому что это будет год Петуха».