Статья опубликована в № 4243 от 18.01.2017 под заголовком: Угроза рублю

Текущий счет в 2016 году сократился до 18-летнего минимума: угроза рублю

Сделку по «Роснефти» сначала закрывали за счет России, следует из платежного баланса
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

По данным ЦБ, сальдо текущего счета в 2016 г. сократилось до $22,2 млрд c $69 млрд в 2015 г., в номинальном выражении это минимум с 1998 г. В соотношении с ВВП сальдо сократилось до порядка 1,8% ВВП против средних за 2009–2016 гг. 3,5%, правда, это не антирекорд: меньше было в 2013 г. – 1,5% ВВП. ЦБ ожидал, что текущий счет в 2016 г. составит $27 млрд, следует из его доклада об основных направлениях денежно-кредитной политики.

Сжатие текущего счета было компенсировано столь же сильным сокращением оттока капитала до $15,4 млрд с $57,5 млрд в 2015 г. Это самое низкое значение с 2008 г. Подобная сбалансированность объясняет прочность рубля в 2016 г., что также может продолжиться и в 2017 г., ожидает Дмитрий Полевой из ING: главная угроза рублю – внешние потрясения. ЦБ в базовом сценарии ($40/барр. в 2017–2019 гг.) ожидает стагнации текущего счета ($25–27 млрд) при таком же постоянстве оттока – в пределах 2% ВВП. Однако данные отдельных статей платежного баланса делают такой вариант развития ситуации не самым вероятным.

Экспорт товаров в 2016 г. сократился на 18% прежде всего из-за снижения цены нефти ($41,9/барр. в среднем за 2016 г. против средних $51,2 в 2015 г.), упал на 10% и несырьевой экспорт. Однако в IV квартале экспорт не вырос, несмотря на рост цены нефти: в октябре – ноябре баррель российской Urals был на 3–4% дороже, чем в те же месяцы 2015 г., а в декабре – дороже на 40%. Меньше, чем годом ранее, был в IV квартале и несырьевой экспорт. При этом товарный импорт из-за быстрого восстановления по итогам 2016 г. остался почти на том же уровне, что и в 2015 г., с III квартала его объемы превышают уровень предыдущего года. И это на фоне продолжающегося спада как в частном потреблении, так и в инвестициях, обращает внимание главный экономист ПФ «Капитал» Евгений Надоршин: рост инвестиционного импорта без роста инвестиций означает, что, похоже, увеличение импорта необходимо даже просто для поддержки текущего состояния.

В 2017 г. с восстановлением потребления импорт должен расти еще сильнее, ожидает Надоршин. Процесс импортозамещения, в том числе ориентированного на экспорт, ограничен, а сырьевой экспорт при условии соблюдения соглашения с ОПЕК расти не будет. Все это еще сильнее «уронит» текущий счет, полагает Надоршин. Еще одна «угроза» для текущего счета – рост доходов к выплате, включающий дивиденды, проценты по кредитам: они также с III квартала превышают уровень 2015 г., как и по году в целом. «При таком небольшом текущем счете это очень неприятный факт, поскольку доходы к выплате – вторая [после импорта] крупнейшая «минусовая» статья», – говорит Надоршин. Возможно, одна из причин – реакция на изменение налогового законодательства, вынудившее часть владельцев активов сменить российское резидентство на иностранное, полагает он. Отток же капитала остается балансирующей статьей, уравновешивающей текущий счет, и в условиях плавающего курса равновесие достигается за счет изменения курса рубля. «Положение рубля остается шатким», – заключает Надоршин.

Сальдированный минимум

Сальдо текущего счета 2016 г. сопоставимо с 1999 г.: $22,2 млрд и $22,9 млрд соответственно, только в 1999 г. это составляло 11,7% ВВП, а в 2016 г. – 1,8%. В среднем в 1999–2016 гг. положительное сальдо текущего счета было 7% ВВП, отток капитала – 2,9% ВВП в год. Чистый приток наблюдался только в 2006–2007 гг. В номинальном выражении максимальный отток был в 2014 г.: $152,1 млрд, в соотношении с ВВП – в 2008 г. (8% ВВП) и 1999–2000 гг. (10 и 9% ВВП соответственно).

Приватизация «Роснефти» не повлияла на отток капитала, не повлияла и эйфория на финансовых рынках, что еще более тревожно, беспокоятся Надоршин и Наталия Орлова из Альфа-банка: в IV квартале отток продолжился, составив $6,4 млрд, или примерно 40% годового оттока. Единственное, что могло бы создать потенциал для укрепления рубля, – это снятие санкций, но это настолько политически обусловленная история, что закладывать ее в сценарии нереалистично, говорит Орлова. Фундаментальных же причин для укрепления рубля нет, солидарна она: при таком текущем счете его курс в 2017 г. – 60–65 руб. за доллар.

Еще одним сюрпризом платежного баланса стал резкий рост прямых инвестиций в российский нефинансовый сектор – $25,8 млрд (против $5,9 млрд в 2015 г.), более половины которых – $15,2 млрд – приходится на IV квартал. Это влияние сделки с «Роснефтью», полагают Надоршин и Орлова; при этом, обращает внимание Надоршин, приток прямых инвестиций балансируется резким ростом иностранных активов российского нефинансового сектора по статье «прочие активы» (включает ссуды). За счет IV квартала годовой объем «прочих активов» – $18 млрд – также побил многолетний рекорд: выше значение было только в 2007–2008 гг. Похоже, сделку закрывали сначала за счет России, а потом уже улаживали формальности, заключает Надоршин.

ВТБ в декабре прокредитовал сингапурский фонд QHG Shares Limited – консорциум купивших 19,5% акций «Роснефти» Glencore и Катарского инвестиционного фонда. Спустя неделю права требования (актив) перешли к «Роснефтегазу».

Участие России в сделке видно и по динамике чистых активов банков, указывает Надоршин: в течение трех кварталов 2016 г. (как и в течение почти всего 2015 года) банки планомерно сокращали свои иностранные активы, а в IV квартале они выросли. Динамика иностранных обязательств банков – зеркальная активам статья – при этом в IV квартале практически не изменилась, продолжая планомерно сокращаться 11-й квартал подряд. Это может означать, что в российские банки деньги за «Роснефть», скорее всего, не приходили, а вот из России могли уйти за рубеж в качестве ссуды.

Читать ещё
Preloader more