Статья опубликована в № 4272 от 02.03.2017 под заголовком: Единоразовый рост

ВЭБ: Январский рост экономики полностью обусловлен разовой выплатой пенсионерам

Без нее рост был бы нулевым после декабрьского спада

По оценке Внешэкономбанка (ВЭБ), в январе экономика снова возобновила рост после декабрьского спада. Индекс ВВП, рассчитываемый ВЭБом, показал рост в январе на 0,3% после снижения на 0,3–0,4% в декабре, к предыдущему месяцу при устранении влияния сезонных факторов. В сравнении с январем 2016 г. рост ВВП составил, по оценке ВЭБа, 0,8% (см. врез).

Экономика в январе стала чувствовать себя лучше, приводятся в сообщении ВЭБа слова его главного экономиста Андрея Клепача: улучшаются ожидания и настроения, выросла промышленность, существенно возросли реальные доходы населения и, что важнее, потребление – и розница, и услуги выросли (по оценке с сезонной очисткой) после декабрьского спада.

Однако благоприятная статистика января связана с разовыми факторами, констатирует Клепач: с календарным эффектом – два дополнительных в сравнении с январем 2016 г. рабочих дня оказали очень сильное положительное влияние на промышленный выпуск, – и с разовой выплатой пенсионерам в 5000 руб. Реальные доходы населения в январе, по данным Росстата, выросли на 8,1% и впервые с ноября 2014 г. Их рост полностью обеспечен разовой выплатой в 5000 руб. пенсионерам, посчитали в ВЭБе.

Условный счет

Расчеты сделаны на основе имеющихся данных Росстата об оценке ВВП за 2016 г., согласно которой спад экономики в прошлом году сократился до 0,2%, но годовая оценка не совпадает с прежними поквартальными данными, которые статслужба пересмотрит только в марте. По оценкам ВЭБа, рецессия завершилась в 2016 г., II квартал стал последним кварталом спада: в III квартале темпы экономики, к тому же периоду предыдущего года, были нулевыми, в IV квартале она выросла на 0,4%. Поквартальный рост с сезонной очисткой начался еще раньше: после нулевых темпов во II квартале он составил 0,4% в третьем и 0,1% в IV квартале. Но отсутствие данных Росстата о внутригодовой динамике в 2016 г., так же как и переход на новый классификатор промышленного производства, существенно затрудняют анализ. Из-за этого сопоставлять показатели января 2017 г. с январем прошлого года можно лишь условно, оговаривает ВЭБ.

По данным ПФР, разовую выплату получили 43,5 млн пенсионеров, расходы на нее в 221,7 млрд руб. профинансированы федеральным бюджетом. Она была призвана частично компенсировать отказ правительства от индексации пенсий по инфляции: в 2016 г. индексация составила 4% вместо 12,9%.

При отсутствии разовой выплаты потребительский спрос в январе продолжил бы сокращаться, отмечает Клепач: оборот розницы вместо роста на 1,1% сократился бы на 0,5%, услуги вместо роста на 0,8% сократились бы на 1,1% (все цифры – к предыдущему месяцу с сезонной очисткой). Эти оценки основаны на предположении, что половину дополнительного дохода пенсионеры потратили (в среднем за 2016 г. на потребление население потратило 72,5% доходов, в январе эта доля обычно максимальна – в январе 2016 и 2015 гг. она составляла 94,1%).

Исходя из доли потребления домохозяйств в ВВП получается, что рост ВВП в январе почти полностью обусловлен единовременной выплатой пенсионерам, посчитал директор департамента ВЭБа Олег Засов: без нее сезонно сглаженный рост был бы не 0,3%, а нулевым. Рост в годовом сравнении (к январю 2016 г.) сократился бы вдвое, составив не 0,8%, а 0,4%.

Следовательно, потребление пока остается подавленным, заключает Клепач; это же относится и к инвестициям. Хотя новые данные Росстата показали, что экономика на более высоком уровне, чем предполагалось, ожидать мощного роста в 2017 г. еще рано, считает он.

Улучшение Росстатом данных 2015–2016 гг. произошло за счет госсекторов, отмечает Наталия Орлова из Альфа-банка: сильнее всего пересмотрен сектор обороны, со спада в 2015 г. на 0,9% – на рост в 3%. Доля сельского хозяйства в ВВП не изменилась: импортозамещение оказалось нежизнеспособным. Самое негативное, что улучшение показателей ВВП никак не связано с улучшением динамики инвестиций, замечает она. Доля потребления в ВВП в 2016 г. упала до 48% против средних за 2011–2015 гг. 52,2%. В условиях отсутствия восстановления потребления невозможно ожидать и ускорения инвестиций, заключает Орлова, а значит – потенциал роста экономики по-прежнему ограничен.