Правительство отказалось от приватизации ряда крупных компаний

Министерства не хотят расставаться с активами
Продажа долей в крупных компаниях наталкивается на нежелание чиновников расставаться с активами /Евгений Разумный / Ведомости

Несколько крупных компаний, приватизация которых обсуждалась в правительстве, не войдут в список на 2020–2022 гг., сообщила замминистра экономического развития Оксана Тарасенко «Интерфаксу»: «Алроса», «Росспиртпром», «Зарубежнефть», «Первый канал», Государственная транспортная лизинговая компания. Из крупных в списке остаются «Совкомфлот», Объединенная зерновая компания (ОЗК), рассматриваются и «Аэрофлот», Новороссийский морской торговый порт, РЖД.

Продажа долей в крупных компаниях наталкивается на нежелание чиновников расставаться с активами, следует из слов Тарасенко. Минтранс, к примеру, не поддерживает приватизацию 1,17% «Аэрофлота» (у государства 51,17% компании, 3,5% принадлежит «Ростеху»). Сейчас нет ни структурных, ни конъюнктурных предпосылок для продажи, сказал представитель министерства. Улучшить структуру частного инвестиционного капитала такая сделка не поможет, но может привести к потере контроля государства над компанией, объяснил он, но не комментировал ситуацию с портом и РЖД.

Минсельхоз, по словам Тарасенко, выступил против снижения доли государства в ОЗК до 25% плюс 1 акция (у государства 50% плюс 1 акция, остальное у ВТБ) – об этом в июне просил президента России Путина президент ВТБ Андрей Костин. ОЗК стоит в плане на приватизацию на 2017–2019 гг., но процесс фактически остановлен, жаловался банкир. Минсельхоз это не поддерживал, но Костин недавно обратился с тем же предложением к правительству: госбанк хотел бы сам принять участие в приватизации компании. ВТБ создает национального зернового лидера: он приобрел 75% зернотрейдера «Мирогрупп ресурсы», у него 33,7% в Новороссийском комбинате хлебопродуктов (подконтролен ОЗК), 100% Новороссийского зернового терминала и 50% плюс 1 акция «Рустранскома» (владеет крупнейшим оператором зерновозов).

Снижение доли государства на зерновом рынке нецелесообразно, категоричен представитель Минсельхоза, ОЗК – стратегически важное предприятие, у него развитая инфраструктура и собственные портовые мощности.

В «Алросе» долю снижать не готово правительство Якутии, сказала Тарасенко. Сейчас у Росимущества 33% акций компании, у Якутии – 25% плюс 1 акция и еще 8% у якутских улусов. «Ведомости» направили запрос в правительство Якутии, но не получили ответа.

«Мы воспринимаем включение крупных компаний в план как своего рода попытку начать диалог между бизнесом, органами власти, компаниями и инвесторами», – сказала Тарасенко.

Средняя и малая приватизация стремятся к нулю, признала замминистра. Многие активы из нынешнего трехлетнего плана перейдут в новый – за исключением банкротящихся компаний или подлежащих ликвидации. Но министерство намерено сделать приватизационный план выполнимым и установить KPI для ведомств и агентов по аналогии с контролем за внедрением ключевых показателей эффективности в госкомпаниях, заявила Тарасенко.

Программа приватизации, конечно, нужна более амбициозная, сказал первый зампред правительства Антон Силуанов: составить список компаний, в том числе крупных, которые не определяющие и не ключевые, где можно вполне освободиться от долей участия, например в нефтегазовой отрасли и банковском секторе.

В 2018 г. федеральный бюджет получил от приватизации 12,8 млрд руб. В ближайшие три года эти его доходы должны составить 18,5 млрд руб. (в эту сумму не включены поступления от возможной продажи долей в крупных активах) и стать одним из источников финансирования ненефтегазового дефицита. В 2020 г. на это заложено 11,3 млрд руб., в 2021 и 2022 гг. – всего по 3,6 млрд руб. Ненефтегазовый дефицит, как ожидается, составит около 21 трлн руб., и финансировать его Минфин намерен преимущественно внутренними заимствованиями. Амбициозные планы приватизации редко исполняются, замечает эксперт Экономической экспертной группы Александра Суслина. Бюджет составляется так, чтобы, даже если приватизация совсем не состоится, это не сказалось на его доходах и расходах, говорит она.

Интерес к приватизации крупных компаний у инвесторов есть, считает генеральный директор УК «Спутник» Александр Лосев. Минфин проявляет настойчивость и добивается от госкомпаний повышения дивидендов, что нравится инвесторам, контроль государства в таких условиях всех устраивает, рассуждает он. Именно сейчас и государству, и текущим держателям выгоднее статус-кво: отсутствие избыточной доли акций в свободном обращении, контроль Минфина за дивидендами, государственная защита ключевых компаний от излишних рисков.

Задача сократить госсектор и не ставится, сокращать уже особо нечего, считает Тарасенко. Приватизация, в теории, способ не только снизить долю государства в экономике, но и привлечь иностранных инвесторов, а с ними – передовые технологии, говорит главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова, но сейчас вряд ли можно вести речь о продаже государственных активов иностранцам.

Частный бизнес эффективнее государственного, объясняет смысл приватизации Александр Бранис из Prosperity Capital Management, но Россия добилась значительных успехов в управлении госкомпаниями. Активы в стране дешевы, деньги стране не нужны, неудивительно, что у правительства нет желания продавать, заключает он.