Крупный бизнес просит вернуть отмененный налог на движимое имущество

Он слишком измучен налоговой неопределенностью и спорами с ФНС о льготах
Отношения налоговиков и бизнеса по поводу налога на имущество накалились /Андрей Гордеев / Ведомости

Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) предлагает дать бизнесу новые налоговые права – самому выбирать, как платить налог с имущества. Как сейчас – по ставке 2,2% с недвижимости и не платить с движимого имущества или по единой ставке 1,1%, рассказал президент РСПП Александр Шохин в интервью порталу KPMG Mustread.

Это предложение будет обсуждаться на совещании у первого вице-премьера, министра финансов Антона Силуанова, сообщили «Ведомостям» участвующий в обсуждении эксперт и федеральный чиновник, а также подтвердил представитель Минпромторга. Министерство получило предложения РСПП и готовит позицию, заявил он. Представитель Минфина не комментирует совещание, а РСПП – от дополнительных комментариев отказался.

По словам представителя Минфина, о конкретной единой ставке говорить рано, но в любом случае она должна быть такой, чтобы региональные бюджеты не понесли потерь. За январь – октябрь 2019 г. льгота на движимое имущество обошлась регионам в 56 млрд руб. – это меньше оценок, которые были в 2018 г., сослался он на данные ФНС. Представитель ФНС переадресовал вопросы Минфину.

В спорах о льготе для движимого имущества было сломано немало копий. Она была введена в конце 2012 г., чтобы стимулировать модернизацию и покупку нового оборудования. Но в 2016 г. льгота была отдана на откуп регионам – с 2018 г. они должны были решить, сохранить ее или отменить. Сохранить решили лишь несколько регионов, и бизнес возмутился, напомнив президенту Владимиру Путину о моратории на рост налоговой нагрузки до 2019 г. Путин бизнес поддержал, и ко второму чтению законопроекта была внесена поправка, предусматривающая сохранение льготы. Но в последний момент правительство передумало и решило ввести в 2018 г. налог с льготной ставкой до 1,1% в регионах, которые решили вернуть налог. Затем власти снова передумали и отменили налог с 2019 г. в качестве компенсации за повышение НДС.

Но вместе с льготой бизнес получил и проблемы – споры с налоговиками, какое имущество считать движимым и недвижимым. Определение в Гражданском кодексе размыто и налоговики начали переквалифицировать оборудование в недвижимость и доначислять налог, сообщала ассоциация «Русская сталь» (объединяет девять предприятий сталелитейной и трубной отрасли, ее возглавляет основной акционер НЛМК Владимир Лисин). Основные пострадавшие – нефтегазовые, химические, металлургические и энергетические компании, перечислял партнер Taxology Алексей Артюх, который вел в суде спор с налоговиками об определении типа имущества. Признать недвижимостью налоговики пытаются оборудование и производственные машины, если, например, считают объект составной частью большого комплекса– скажем, завода, поясняет сотрудник крупной промышленной компании.

Проблема преувеличена, уверен федеральный чиновник, с 2013 г. всего 22 таких спора попало в суды, решения принимались в пользу и бизнеса, и бюджета.

Решить проблему пыталось Минэкономразвития, подготовив поправки в Гражданский кодекс, отделяющие недвижимое имущество от движимого. Министерство предлагало считать недвижимостью земельные участки, а также здания и сооружения, которые являются объектами капитального строительства и прочно связаны с землей, т. е. их невозможно перенести. Законопроект был внесен в правительство в ноябре 2019 г., сказал представитель Минэкономразвития, не комментируя, как документ изменился после года обсуждений с другими ведомствами.

Четкие критерии разграничения изобрести не удалось и бизнес все еще находится под угрозой налоговых доначислений, опасается сотрудник промышленной компании, единая ставка решила бы проблему и существенно снизила бы налоговую нагрузку. Споры будут продолжаться, провести четкую границу невозможно, именно поэтому в 2017 г. и предлагалась пониженная единая ставка 1,1% вместо льготы, но бизнес настаивал на ней, вспоминает федеральный чиновник. Бизнес убеждал, что налог мешает модернизации, а теперь готов отказаться от льготы и вернуть прежнюю систему – единая ставка, но более низкая, чем прежде (2,2%), замечает другой чиновник, т. е. просто хочет платить меньше налогов. Государство должно решить, чего оно хочет – стимулировать модернизацию или снизить налоговую нагрузку, заключает он.

Впрочем, и о единой ставке бизнес не может договориться, отмечают несколько чиновников: у компаний разная позиция и зависит она от того, сколько у них оборудования и недвижимости. Обсуждаются две ставки – 1,1 и 1,4%, говорят два человека, участвующих в ведомственных совещаниях. Ставка 1,4% – это предельный вариант для обсуждения с Минфином, замечает один из них. Представитель Минфина не комментирует это.

Бизнес устал от неопределенности, жалуется старший юрист Taxadvisor Виктор Андреев. Бизнесу удобнее единая ставка, чем пытаться своими силами квалифицировать имущество и ждать споров с налоговиками и доначислений, согласен партнер KPMG Андрей Ермолаев. Но общая ставка может привести к серьезным выпадающим доходам регионов: у крупных компаний огромная дорогостоящая недвижимость. Кроме того, единая ставка может породить неравенство: нагрузка на крупный бизнес с множеством недвижимости снизится, а на мелкий и средний бизнес – вырастет. Лучше все же внести поправки в Налоговый кодекс и определить перечни движимого и недвижимого имущества, заключает Ермолаев.