Эксперты предложили разработать российский налог с «цифровой» выручки

И не ждать появления международного налога на прибыль технологических гигантов
Facebook и Google – одни из технологических компаний, для которых могут ввести «цифровой налог» /DPA / ТАСС

Пока в ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития) продолжается дискуссия о налогообложении международных технологических корпораций, России стоит поспешить и разработать собственный «цифровой налог», считают эксперты Центра стратегических разработок (ЦСР), который возглавляет помощник президента Максим Орешкин.

Это поможет защитить бюджет и российские компании в конкурентной борьбе с технологическими гигантами, если странам ОЭСР не удастся договориться, считают эксперты ЦСР. «Появление наднационального регулирования налогообложения таких [цифровых] компаний и распределения налогов между странами, где они работают, неизбежно», – говорил около года назад в интервью «Ведомостям» Орешкин, будучи еще министром экономического развития.

«Нужно продолжать работать с ОЭСР, но параллельно прорабатывать российский налог с выручки от оказания цифровых услуг, связанных с российскими пользователями», – рекомендует руководитель направления «Налоговая политика» ЦСР Левон Айрапетян. Налог должен удерживаться и при опосредованном использовании данных российских пользователей, например при их продаже или таргетировании рекламы, считает он.

137 стран, присоединившихся к плану борьбы с размыванием налоговой базы (BEPS), решили обязать международные компании платить налоги с доходов от цифровых услуг в странах, где они получают прибыль, а не только по месту их регистрации. Но как именно это сделать, страны еще не решили и собираются разработать механизм к концу 2020 г. Налог придется платить не только IT-компаниям, предупреждал на конференции «Ведомостей» в декабре 2019 г. замруководителя ФНС Алексей Оверчук, в январе назначенный вице-премьером: цифровые услуги сейчас оказывают компании из самых разных секторов, например производители автомобилей.

Эксперты ЦСР опасаются, что страны могут не прийти к единому решению или предложения ОЭСР останутся рекомендациями для бизнеса, и тогда пострадают российский бюджет и компании, которым приходится платить налоги с оказываемых в России услуг. Среди недостатков налога эксперты ЦСР отмечают риски двойного налогообложения, экономических санкций за введение одностороннего налога, рост неопределенности для международного бизнеса, которому придется подстраиваться под отличный от других российский налог.

Франция в июле приняла закон о 3%-ном налоге с дохода, который технологические гиганты получают в стране. Она начала взимать его задним числом с 1 января 2019 г., но потом «заморозила». Британский премьер Борис Джонсон 3 декабря подтвердил намерение ввести 2%-ный налог на выручку технологических гигантов. Оборотный налог в 2–3% с выручки – это высокий налог, который по аналогии может оказать существенный эффект на рынок цифровых услуг в России, предупреждает партнер PwC Екатерина Лазорина.

Налогообложение IT-компаний, в частности мультинационациональных, в России реформировать нужно, полагает партнер KPMG Иларион Леметюйнен. Но говорить о целесообразности одностороннего «цифрового налога» можно только после того, как будет полностью описана его архитектура и просчитаны поступления в бюджет, предупреждает он. Ожидаемый кризис увеличит потребности бюджетов в деньгах и было бы не совсем разумно не использовать предоставленную ОЭСР возможность ввести такой налог, поддерживает партнер по международному налогообложению компании «Кроу экспертиза» Рустам Вахитов.

Технически есть возможности ввести «цифровой налог», рассуждает Леметюйнен: иностранные компании уже обязаны вставать на учет в российской ФНС и им легко будет добавить новый налог. Однако в разных странах под этот налог попадают разные услуги, и при налогообложении некоторых из них могут возникать трудности. Например, говорит Леметюйнен, если компания, которая распространяет рекламу, находится в одной стране, рекламодатель – в другой, а просматривает рекламу пользователь в России, то отследить таргетирование рекламы может только ее распространитель и налоговый орган не может его перепроверить.

По российскому законодательству информация не объект гражданских прав и никаких «договоров на продажу данных» быть не может, рассуждает директор по правовым инициативам Фонда развития интернет-инициатив Александра Орехович. Компании «продают» данные по договорам оказания услуг, проведения исследовательских работ, разработки или передачи прав на базы данных, поэтому будет непросто подсчитать выручку, заключает она.

В любом случае разработать односторонний цифровой налог проще, чем реализовать план ОЭСР, продолжает Леметюйнен. А если страны ОЭСР договорятся о едином механизме, то российский налог можно будет модифицировать, считает он. Стоит придерживаться единообразного подхода ОЭСР, спорит Вахитов, тем более он дает достаточно большую свободу выбора конкретных мер и частично повторяет принципы и механизмы взимания НДС при продаже электронных услуг. К тому же действия по рекомендациям ОЭСР снизят риски обвинений в нарушении соглашений об избежании двойного налогообложения, советует Вахитов.